Фандом: Гарри Поттер. Зеркало Эйналей так вывело из себя Дамблдора, что он отправил мерзкий артефакт с глаз подальше. В Запретный коридор. А в Хогвартсе рано или поздно туда неизвестно кто пожалует…
Добавить в моё избранное
7 мин, 17 сек 8440
— Пойдемте отсюда поскорее, кого из профессоров на помощь позовем.
— Шшшшшшш.
Пока хозяин не вышел из комнаты, миссис Норрис не отрывала взгляда от мерзкого зеркала, а затем медленно стала отступать назад. К дверям она продвигалась почти ползком и не поворачивалась к опасности спиной. Успокоилась умная кошка, только когда дверь за ней захлопнулась.
— М-мистер Ф-филч? — негромкий заикающийся голос прозвучал как гром с ясного неба. Старый сквиб схватился за сердце, миссис Норрис снова зашипела.
— Ох, профессор Квиррелл, напугали вы нас. А вас ведь сам Мерлин послал, не иначе. Самим-то нам с дверью этой и не разобраться.
— К-какой д-дверью?
— Да вот же, в стене. Вчера еще ничего не было, а сегодня вот появилась, дракклы ее дери. И что-то с ней сильно не так, вот и миссис Норрис тоже заметила.
— Я н-не в-вижу н-никакой д-двери.
— Да вот же она! — и мистер Филч распахнул подлую дверь, прячущуюся от профессора. Дверь распахнулась с издевательским скрипом.
— Д-действительно… с-скрыта антимагическими ч-чарами… в-вы идите, м-мистер Ф-филч, я с-сам разберусь.
— Уж сделайте милость, разберитесь. Не приведи Мерлин, наши балбесы малолетние туда сунутся.
Успокоившийся Филч со своей кошкой удалились со всей возможной поспешностью, а профессор Квиррелл вошел внутрь, предварительно проверив комнату диагностическими чарами. С недавних пор это вошло у него в привычку. Зеркало в углу было сразу опознано как слабый темномагический артефакт неясного назначения. Наколдовав «Люмос максима», молодой человек подошел к зеркалу поближе. Его внимание привлекли две емкости по бокам зеркала. От емкостей отчетливо несло чем-то знакомым, но никак не сочетающимся с обстановкой Хогвартса…
— Этиловый с-спирт? Ч-что з-за б-бред?
Внезапно зеркало покрылось мелкой рябью. Из глубины стало проступать изображение самого профессора. На голове у него вместо тюрбана сидела здоровенная рогатая жаба с короной, залихватски повисшей на одном роге. Жаба похабно подмигнула, вытянув губы трубочкой.
— Ты гляди, какого к нам интересного дяденьку занесло! Прямо шампунь и кондиционер — два в одном флаконе! Не то двоедушец, не то одержимый, не то попросту идиот. Как же это тебя угораздило? Чему вас в Англии только учат, бестолочей…
— Дай мне с ним поговорить, — раздался холодный шипящий голос.
— Н-но П-повелитель…
— Делай, что тебе говорят!
Профессор поспешно размотал тюрбан и повернулся к изображению спиной. Изображение изумленно присвистнуло.
— Ну и рожа у тебя, однако! Кто ж ты у нас будешь такой? Умертвие, что ли? А может ты этот… сиамский близнец, вот! И подаешь дельные советы по поводу и без повода. Да нет, не похоже. Не вампир, не лич, не пришелец из далекой-далекой галактики. Некротическое существо неизвестной породы? Ох и погань, мать твою… Меропу? Так вот ты кто! Тебя тут уж десять лет как нету, к всеобщему ликованию. И что ж тебе в земле-то не лежится? А, так тебя и не похоронили толком! Ну англичане, ну идиоты заморские… Что приперся-то, Томушка?
— Как интересно… Квазиразумный артефакт, использующий легилименцию и тянущий силы из объекта. Да еще и кодирующий на алкогольную зависимость… остроумно. Чья же это разработка? Дурмстранг? Эйна Бишта? Китежград? Где там у тебя система управления?
— Но-но, ты поаккуратнее…
— Силенцио!
— А вот хрен тебе!
— Понятно. Китежград. А клейма нет. Недоучка стряпал, на коленке. Антивандальные чары наложил, а про обычный Империус и не подумал. И про другие непростительные тоже. А если Круциатусом тебя приласкать? Или сразу Авадой?
— А рискни. Ты последний раз Авадой когда пользовался? И как, понравился результат? О младенца сам и убился, лауреат дарвиновской премии! Еще десять лет призраком помотаться хочешь? Вряд ли второго такого дурака найдешь, чтоб тебя в свою голову пустил.
— Империо! Ты сейчас забудешь наш разговор и вообще нашу встречу. Ты не будешь отзываться никому моложе семнадцати лет… и отключаться будешь после кодовой фразы сразу, без самопроизвольных включений. А память я тебе почищу… вот так. Свет мой, зеркальце, заткнись!
Изображение застыло, глядя перед собой пустыми глазами, затем пробормотало:
— И привидится же всякая дрянь! — и с хлопком исчезло.
— И меня еще называли Темным Лордом! К детям меня подпускать нельзя, скажите на милость! А самому притащить в школу вот такую пакость… ладно, поттеровское отродье не жалко, его и Авадой не пришибить, но остальные-то при чем? Да чтоб у тебя руки отсохли, а твои же выкормыши тебя и прибили… старого лицемера.
Профессор неторопливо намотал тюрбан на голову, закрыл зеркало покрывалом, вышел из комнаты и захлопнул дверь. Дверь тотчас же исчезла.
— Сквибу память сотри. А с кошкой его договорись, чтобы она его сюда близко не подпускала.
— Шшшшшшш.
Пока хозяин не вышел из комнаты, миссис Норрис не отрывала взгляда от мерзкого зеркала, а затем медленно стала отступать назад. К дверям она продвигалась почти ползком и не поворачивалась к опасности спиной. Успокоилась умная кошка, только когда дверь за ней захлопнулась.
— М-мистер Ф-филч? — негромкий заикающийся голос прозвучал как гром с ясного неба. Старый сквиб схватился за сердце, миссис Норрис снова зашипела.
— Ох, профессор Квиррелл, напугали вы нас. А вас ведь сам Мерлин послал, не иначе. Самим-то нам с дверью этой и не разобраться.
— К-какой д-дверью?
— Да вот же, в стене. Вчера еще ничего не было, а сегодня вот появилась, дракклы ее дери. И что-то с ней сильно не так, вот и миссис Норрис тоже заметила.
— Я н-не в-вижу н-никакой д-двери.
— Да вот же она! — и мистер Филч распахнул подлую дверь, прячущуюся от профессора. Дверь распахнулась с издевательским скрипом.
— Д-действительно… с-скрыта антимагическими ч-чарами… в-вы идите, м-мистер Ф-филч, я с-сам разберусь.
— Уж сделайте милость, разберитесь. Не приведи Мерлин, наши балбесы малолетние туда сунутся.
Успокоившийся Филч со своей кошкой удалились со всей возможной поспешностью, а профессор Квиррелл вошел внутрь, предварительно проверив комнату диагностическими чарами. С недавних пор это вошло у него в привычку. Зеркало в углу было сразу опознано как слабый темномагический артефакт неясного назначения. Наколдовав «Люмос максима», молодой человек подошел к зеркалу поближе. Его внимание привлекли две емкости по бокам зеркала. От емкостей отчетливо несло чем-то знакомым, но никак не сочетающимся с обстановкой Хогвартса…
— Этиловый с-спирт? Ч-что з-за б-бред?
Внезапно зеркало покрылось мелкой рябью. Из глубины стало проступать изображение самого профессора. На голове у него вместо тюрбана сидела здоровенная рогатая жаба с короной, залихватски повисшей на одном роге. Жаба похабно подмигнула, вытянув губы трубочкой.
— Ты гляди, какого к нам интересного дяденьку занесло! Прямо шампунь и кондиционер — два в одном флаконе! Не то двоедушец, не то одержимый, не то попросту идиот. Как же это тебя угораздило? Чему вас в Англии только учат, бестолочей…
— Дай мне с ним поговорить, — раздался холодный шипящий голос.
— Н-но П-повелитель…
— Делай, что тебе говорят!
Профессор поспешно размотал тюрбан и повернулся к изображению спиной. Изображение изумленно присвистнуло.
— Ну и рожа у тебя, однако! Кто ж ты у нас будешь такой? Умертвие, что ли? А может ты этот… сиамский близнец, вот! И подаешь дельные советы по поводу и без повода. Да нет, не похоже. Не вампир, не лич, не пришелец из далекой-далекой галактики. Некротическое существо неизвестной породы? Ох и погань, мать твою… Меропу? Так вот ты кто! Тебя тут уж десять лет как нету, к всеобщему ликованию. И что ж тебе в земле-то не лежится? А, так тебя и не похоронили толком! Ну англичане, ну идиоты заморские… Что приперся-то, Томушка?
— Как интересно… Квазиразумный артефакт, использующий легилименцию и тянущий силы из объекта. Да еще и кодирующий на алкогольную зависимость… остроумно. Чья же это разработка? Дурмстранг? Эйна Бишта? Китежград? Где там у тебя система управления?
— Но-но, ты поаккуратнее…
— Силенцио!
— А вот хрен тебе!
— Понятно. Китежград. А клейма нет. Недоучка стряпал, на коленке. Антивандальные чары наложил, а про обычный Империус и не подумал. И про другие непростительные тоже. А если Круциатусом тебя приласкать? Или сразу Авадой?
— А рискни. Ты последний раз Авадой когда пользовался? И как, понравился результат? О младенца сам и убился, лауреат дарвиновской премии! Еще десять лет призраком помотаться хочешь? Вряд ли второго такого дурака найдешь, чтоб тебя в свою голову пустил.
— Империо! Ты сейчас забудешь наш разговор и вообще нашу встречу. Ты не будешь отзываться никому моложе семнадцати лет… и отключаться будешь после кодовой фразы сразу, без самопроизвольных включений. А память я тебе почищу… вот так. Свет мой, зеркальце, заткнись!
Изображение застыло, глядя перед собой пустыми глазами, затем пробормотало:
— И привидится же всякая дрянь! — и с хлопком исчезло.
— И меня еще называли Темным Лордом! К детям меня подпускать нельзя, скажите на милость! А самому притащить в школу вот такую пакость… ладно, поттеровское отродье не жалко, его и Авадой не пришибить, но остальные-то при чем? Да чтоб у тебя руки отсохли, а твои же выкормыши тебя и прибили… старого лицемера.
Профессор неторопливо намотал тюрбан на голову, закрыл зеркало покрывалом, вышел из комнаты и захлопнул дверь. Дверь тотчас же исчезла.
— Сквибу память сотри. А с кошкой его договорись, чтобы она его сюда близко не подпускала.
Страница 2 из 3
