Фандом: Гарри Поттер. Апатия — агрессия — депрессия — недоверие — зависимость — боль — любовь… И все это — Драко Малфой.
Добавить в моё избранное
130 мин, 13 сек 4075
Они уже почти вышли, когда он резко передумал.
— Подождите! — Драко вскочил с места и бросился к дверям. — Профессор!
Тяжелые двери закрылись за ним, и Малфой оказался в коридоре.
— Вы что-то хотели? — МакГонагалл неприязненно глянула на него поверх очков.
— Да мэм, — Драко склонил голову. — Я только хотел сказать, что знаю, кто добавил флимону в мою еду. И хочу уверить вас, что этот человек уже достаточно наказан…
— Суд Линча? — МакГонагалл скривила губы. — Вы знаете, что в этой школе подобное не поощряется.
— Нет-нет, — Драко отвёл взгляд. — Не в этом дело, просто то, чего хотел добиться э-э-э… злоумышленник, сыграло против него. И теперь он уже никогда не сможет добиться того, ради чего все затеял.
Он тяжело вздохнул, раздумывая, насколько глупо сейчас выглядит.
Дафна заплакала. Гермиона покраснела и отвернулась, и по её лицу ничего нельзя было понять.
А МакГонагалл задумалась.
— Вернитесь в класс, мистер Малфой, я услышала вас. Девушки, следуйте за мной.
Это была хорошая попытка. Но провальная. Драко опустил плечи и отправился писать свою работу.
Весь день Малфой пытался понять, что же произошло в кабинете у МакГонагалл. Но Грейнджер была неуловима. Наконец, отчаявшись, он решился на рискованный шаг.
— Гринграсс!
Дафна отстала от Паркинсон и Буллстроуд.
— Ты что-то хотел? — напряжённо спросила она без намёка на кокетство.
— Что произошло у МакГонагалл? — резко бросил Драко, и его глаза опасно сверкнули. Но он держал себя в руках.
— Я и сама не поняла… — Дафна вздохнула.
— Конкретнее!
— Понимаешь, Грейнджер сама созналась. Все это время не сознавалась, а вот теперь…
— Да хватит уже! — Малфой сжал кулаки, чтобы не выхватить палочку. — Я прекрасно знаю, что это была ты! И Грейнджер знает! С чего бы ей признаваться?!
— Не знаю! — истерично выкрикнула Гринграсс. — Спроси у неё! А, нет, ничего не выйдет, — вдруг запальчиво произнесла Дафна, и её глаза превратились в щелки. — Грейнджер запрещено приближаться к тебе до конца выпускных экзаменов!
Драко словно ледяной водой окатили.
— Но это же… — промямлил он. — Это же так несправедливо!
— Много что несправедливо, — огрызнулась Дафна довольно.
— Ты сейчас же пойдёшь к МакГонагалл и все ей расскажешь! — зашипел Малфой и схватил Гринграсс за запястье, готовый тащить её силой, если потребуется.
— Убери руки, Ромео, — Дафна вырвалась и отошла на условно безопасное расстояние. — Грейнджер мне велела никому ничего не говорить. И знаешь, из вас двоих она была более убедительной!
— Какая же ты тварь… — устало вздохнул Малфой. Бой был проигран.
— Я как все, — сухо бросила Дафна на прощание.
И в чем-то она была права.
Итак, Гермиона взяла на себя чужую вину и велела Дафне держать язык за зубами. Гриффиндорское благородство? Львиная смелость? Нет, конечно. Драко прекрасно понимал, что МакГонагалл, сама того не зная, дала Грейнджер отличный шанс избавиться от лишних чувств, гарантируя, что объект этих самых чувств больше не окажется в такой опасной близости… Да ни в какой близости.
Малфой почувствовал, что очень зол на Грейнджер. Разве что зубами не скрежетал. И это именно тогда, когда он решил перестать её бояться! Да кто она такая, чтобы решать, общаться им или нет?!
На следующее утро Драко бодро отправился к башне Гриффиндора и стал караулить. Гермиона появилась довольно быстро в компании Поттера и младшей Уизли.
— Грейнджер!
Но Гермиона даже бровью не повела.
— Ей нельзя общаться с тобой, — Поттер посмотрел на Малфоя хмуро. — Она тебя не видит и не слышит.
— Как это? — удивился Драко.
— Чары МакГонагалл, — пояснила Джинни, хихикнув. — Ты для Гермионы теперь — пусто место!
Грейнджер нахмурилась.
— Гарри, пойдёмте уже, — тихо сказала она, глядя словно сквозь Драко. — Малфой, извини.
— Поттер! — Драко схватил Гарри за локоть. — Передай Грейнджер, что я найду способ снять эти чары, и тогда она никуда не денется, сколько бы ни пыталась.
— Ну-ну! — хохотнула Джинни. — Как трогательно!
— Передам, — вдруг кивнул Поттер серьезно и повторил фразу, сказанную Малфоем, чтобы Гермиона услышала.
Она вздрогнула, словно электрический разряд прошёл по ней. Это понравилось Драко. Он был на верном пути.
— Подождите! — Драко вскочил с места и бросился к дверям. — Профессор!
Тяжелые двери закрылись за ним, и Малфой оказался в коридоре.
— Вы что-то хотели? — МакГонагалл неприязненно глянула на него поверх очков.
— Да мэм, — Драко склонил голову. — Я только хотел сказать, что знаю, кто добавил флимону в мою еду. И хочу уверить вас, что этот человек уже достаточно наказан…
— Суд Линча? — МакГонагалл скривила губы. — Вы знаете, что в этой школе подобное не поощряется.
— Нет-нет, — Драко отвёл взгляд. — Не в этом дело, просто то, чего хотел добиться э-э-э… злоумышленник, сыграло против него. И теперь он уже никогда не сможет добиться того, ради чего все затеял.
Он тяжело вздохнул, раздумывая, насколько глупо сейчас выглядит.
Дафна заплакала. Гермиона покраснела и отвернулась, и по её лицу ничего нельзя было понять.
А МакГонагалл задумалась.
— Вернитесь в класс, мистер Малфой, я услышала вас. Девушки, следуйте за мной.
Это была хорошая попытка. Но провальная. Драко опустил плечи и отправился писать свою работу.
Весь день Малфой пытался понять, что же произошло в кабинете у МакГонагалл. Но Грейнджер была неуловима. Наконец, отчаявшись, он решился на рискованный шаг.
— Гринграсс!
Дафна отстала от Паркинсон и Буллстроуд.
— Ты что-то хотел? — напряжённо спросила она без намёка на кокетство.
— Что произошло у МакГонагалл? — резко бросил Драко, и его глаза опасно сверкнули. Но он держал себя в руках.
— Я и сама не поняла… — Дафна вздохнула.
— Конкретнее!
— Понимаешь, Грейнджер сама созналась. Все это время не сознавалась, а вот теперь…
— Да хватит уже! — Малфой сжал кулаки, чтобы не выхватить палочку. — Я прекрасно знаю, что это была ты! И Грейнджер знает! С чего бы ей признаваться?!
— Не знаю! — истерично выкрикнула Гринграсс. — Спроси у неё! А, нет, ничего не выйдет, — вдруг запальчиво произнесла Дафна, и её глаза превратились в щелки. — Грейнджер запрещено приближаться к тебе до конца выпускных экзаменов!
Драко словно ледяной водой окатили.
— Но это же… — промямлил он. — Это же так несправедливо!
— Много что несправедливо, — огрызнулась Дафна довольно.
— Ты сейчас же пойдёшь к МакГонагалл и все ей расскажешь! — зашипел Малфой и схватил Гринграсс за запястье, готовый тащить её силой, если потребуется.
— Убери руки, Ромео, — Дафна вырвалась и отошла на условно безопасное расстояние. — Грейнджер мне велела никому ничего не говорить. И знаешь, из вас двоих она была более убедительной!
— Какая же ты тварь… — устало вздохнул Малфой. Бой был проигран.
— Я как все, — сухо бросила Дафна на прощание.
И в чем-то она была права.
Итак, Гермиона взяла на себя чужую вину и велела Дафне держать язык за зубами. Гриффиндорское благородство? Львиная смелость? Нет, конечно. Драко прекрасно понимал, что МакГонагалл, сама того не зная, дала Грейнджер отличный шанс избавиться от лишних чувств, гарантируя, что объект этих самых чувств больше не окажется в такой опасной близости… Да ни в какой близости.
Малфой почувствовал, что очень зол на Грейнджер. Разве что зубами не скрежетал. И это именно тогда, когда он решил перестать её бояться! Да кто она такая, чтобы решать, общаться им или нет?!
На следующее утро Драко бодро отправился к башне Гриффиндора и стал караулить. Гермиона появилась довольно быстро в компании Поттера и младшей Уизли.
— Грейнджер!
Но Гермиона даже бровью не повела.
— Ей нельзя общаться с тобой, — Поттер посмотрел на Малфоя хмуро. — Она тебя не видит и не слышит.
— Как это? — удивился Драко.
— Чары МакГонагалл, — пояснила Джинни, хихикнув. — Ты для Гермионы теперь — пусто место!
Грейнджер нахмурилась.
— Гарри, пойдёмте уже, — тихо сказала она, глядя словно сквозь Драко. — Малфой, извини.
— Поттер! — Драко схватил Гарри за локоть. — Передай Грейнджер, что я найду способ снять эти чары, и тогда она никуда не денется, сколько бы ни пыталась.
— Ну-ну! — хохотнула Джинни. — Как трогательно!
— Передам, — вдруг кивнул Поттер серьезно и повторил фразу, сказанную Малфоем, чтобы Гермиона услышала.
Она вздрогнула, словно электрический разряд прошёл по ней. Это понравилось Драко. Он был на верном пути.
Глава 18. Дымчатая
Малфой воспрянул духом. Это было очень странное состояние, в котором он не помнил себя уже очень давно, но ему нравилось. Увлечение Грейнджер не походило на одержимость Дафной, и сей факт придавал новому чувству легкость. Драко словно парил над коридорами и даже почти перестал курить. И перестал бы, если бы курение не перешло уже в своего рода зависимость.
Страница 30 из 38
