Фандом: Ориджиналы. Быть последней из своего племени — дело нелёгкое. Нора Найт считает, что уже пережила самую большую трагедию в своей жизни, и теперь глупо чего-то бояться. Однако эту позицию ей предстоит пересмотреть, потому что хотя личные счёты и сведены, большая заварушка только начинается.
Добавить в моё избранное
608 мин, 2 сек 9955
Я чувствовала боль от потери мамы и сестры, и очень боялась за отца и брата. Я их любила, они мне были нужны, и в тот момент, когда я поняла, что есть кое-что более важное, чем немедленная месть, я смогла взять себя в руки. Вот это вот, — она пренебрежительно указала на разворот книги, — не отражает и сотой доли того, что такое «влияние гемофила». Это… просто летописи, а не книги.
— Ты лжёшь, — просто сказал Дорин.
— Что? — ошарашенно переспросила Нора. Да, она была готова к недоверию с его стороны, но не к такому прямому обвинению. — Зачем мне, по-вашему…
— Ты не показываешь и половины тех чувств, о которых говоришь, — сказал Дорин. — Ты говоришь о страшной боли, о нечеловеческих переживаниях, но голос твой спокоен, а лицо равнодушно. Как я могу поверить тебе?
Нора озадаченно замерла. Она обвиняла авторов в холодности, а теперь её саму упрекнули в том же только потому, что она была сдержанной!
— Если бы вы были моим другом или близким человеком, я показала бы вам больше эмоций. Я не могу выплескивать чувства на первого встречного…
— Почему же ты думаешь, что автор книги может это делать? Все то, что ты описала, вполне умещается в сдержанном слове «агрессия». А насколько она сильно проявляется — это сугубо индивидуальное проявление. Автор не ставил перед собой цель описать свой личный опыт. Вполне возможно, что ты права, и он никогда не видел гемофила своими глазами. Но я почти уверен, что он опросил множество охотников, миньонов да и самих гемофилов, прежде чем писал эту книгу. Вряд ли в Ахаонге есть много людей, которые знают о кровососах больше, чем он.
Дорин выехал из-за стола и направился в сторону боковой двери, которая, как предполагала Нора, вела в его личные покои.
— Подожди минутку, — сказал он. — Думаю, у меня есть кое-что, что тебе придётся по душе.
Пока его не было, Нора напряженно размышляла. Кажется, она поняла, зачем нужны эти книги. Не для погружения в другую реальность, как она ожидала, а наоборот, для лучшего познания этой. Чтобы человек, который никогда в жизни не видел гемофила, мог подготовиться к встрече с ним. Но ведь читать их ужасно скучно! Сколько таких книг ей придётся прочесть, прежде чем она станет такой же умной, как Агил Лесет? Это просто нереально. Нора честно пыталась читать эти тексты, но из-за отсутствия жизни в строках, она постоянно отвлекалась. Глаза бегали по буквам и словам, а мозг уносился куда-то далеко. А когда она усилием воли пыталась сосредоточиться на том, что читает, её настроение портилось, а голова быстро уставала. Она была действительно разочарована.
— Вот, попробуй это, — Дорин положил на стол перед ней довольно большую книгу в коричневой обложке. — Нечто промежуточное между тем, что ты называешь «правдивым» и всем этим справочным хламом, — он кивнул в сторону книжных шкафов.
Решив дать «городской» литературе последний шанс, Нора снова раскрыла перед собой книгу.
— Эй, тебе спать не пора?
Нора подняла взгляд от книги и удивленно огляделась. Она не сразу вспомнила, где находится и кто это рядом с ней. С некоторой озадаченностью она провела пальцами по чуть шероховатой странице. Это была всего лишь книга. А теперь она снова здесь… Как странно. За несколько часов она прочитала чуть меньше трети.
— Можешь завтра прийти, если хочешь, — сказал Дорин. — А сейчас я хочу лечь спать.
Нора удивленно поглядела в окно — снаружи было темно. А потом она вспомнила, что сказал Дорин: не мешать ему спать, и тогда проблем не будет. Нора быстро извинилась и убралась в свою комнату. Она пропустила время общего ужина в гильдии, и теперь чувствовала голод, но идти куда-либо ей не хотелось. Она съела два яблока из своих запасов, приняла душ и легла спать.
Поначалу предложенная Дорином книга тоже читалась нелегко — в ней было много отступлений в стиле тех справочников, что казались ей бездушными. Но потом она поняла, что каждое отступление имеёт смысл для лучшего понимания прочего содержания. Текст стал для неё более цельным, осмысленным. Он был одновременно и о монстрах, и о людях, на них охотившихся. Это было что-то вроде летописи о работе выдающихся охотников, вместе с которыми путешествовал автор, но все же строгой летописью, насколько Нора могла судить, это не являлось. Она увлеклась.
Следующие дни шли довольно однообразно: днём Нора с Агилом охотились на мелких тварей, по вечерам она приходила в библиотеку, Дорин выдавал ей книгу, и она читала. Когда она покончила с первой, он дал ей ещё одну из своей личной библиотеки. Эта понравилась Норе меньше — в ней не было романтики, а описанные монстры были какими-то совсем неинтересными. На улицах становилось тепло, все больше и больше народу проводили время на свежем воздухе, прогуливаясь, устраивая танцы, просто развлекаясь, и Норе захотелось проводить больше времени среди людей, с Донной Птахой и со своей сестрой.
— Ты лжёшь, — просто сказал Дорин.
— Что? — ошарашенно переспросила Нора. Да, она была готова к недоверию с его стороны, но не к такому прямому обвинению. — Зачем мне, по-вашему…
— Ты не показываешь и половины тех чувств, о которых говоришь, — сказал Дорин. — Ты говоришь о страшной боли, о нечеловеческих переживаниях, но голос твой спокоен, а лицо равнодушно. Как я могу поверить тебе?
Нора озадаченно замерла. Она обвиняла авторов в холодности, а теперь её саму упрекнули в том же только потому, что она была сдержанной!
— Если бы вы были моим другом или близким человеком, я показала бы вам больше эмоций. Я не могу выплескивать чувства на первого встречного…
— Почему же ты думаешь, что автор книги может это делать? Все то, что ты описала, вполне умещается в сдержанном слове «агрессия». А насколько она сильно проявляется — это сугубо индивидуальное проявление. Автор не ставил перед собой цель описать свой личный опыт. Вполне возможно, что ты права, и он никогда не видел гемофила своими глазами. Но я почти уверен, что он опросил множество охотников, миньонов да и самих гемофилов, прежде чем писал эту книгу. Вряд ли в Ахаонге есть много людей, которые знают о кровососах больше, чем он.
Дорин выехал из-за стола и направился в сторону боковой двери, которая, как предполагала Нора, вела в его личные покои.
— Подожди минутку, — сказал он. — Думаю, у меня есть кое-что, что тебе придётся по душе.
Пока его не было, Нора напряженно размышляла. Кажется, она поняла, зачем нужны эти книги. Не для погружения в другую реальность, как она ожидала, а наоборот, для лучшего познания этой. Чтобы человек, который никогда в жизни не видел гемофила, мог подготовиться к встрече с ним. Но ведь читать их ужасно скучно! Сколько таких книг ей придётся прочесть, прежде чем она станет такой же умной, как Агил Лесет? Это просто нереально. Нора честно пыталась читать эти тексты, но из-за отсутствия жизни в строках, она постоянно отвлекалась. Глаза бегали по буквам и словам, а мозг уносился куда-то далеко. А когда она усилием воли пыталась сосредоточиться на том, что читает, её настроение портилось, а голова быстро уставала. Она была действительно разочарована.
— Вот, попробуй это, — Дорин положил на стол перед ней довольно большую книгу в коричневой обложке. — Нечто промежуточное между тем, что ты называешь «правдивым» и всем этим справочным хламом, — он кивнул в сторону книжных шкафов.
Решив дать «городской» литературе последний шанс, Нора снова раскрыла перед собой книгу.
— Эй, тебе спать не пора?
Нора подняла взгляд от книги и удивленно огляделась. Она не сразу вспомнила, где находится и кто это рядом с ней. С некоторой озадаченностью она провела пальцами по чуть шероховатой странице. Это была всего лишь книга. А теперь она снова здесь… Как странно. За несколько часов она прочитала чуть меньше трети.
— Можешь завтра прийти, если хочешь, — сказал Дорин. — А сейчас я хочу лечь спать.
Нора удивленно поглядела в окно — снаружи было темно. А потом она вспомнила, что сказал Дорин: не мешать ему спать, и тогда проблем не будет. Нора быстро извинилась и убралась в свою комнату. Она пропустила время общего ужина в гильдии, и теперь чувствовала голод, но идти куда-либо ей не хотелось. Она съела два яблока из своих запасов, приняла душ и легла спать.
Поначалу предложенная Дорином книга тоже читалась нелегко — в ней было много отступлений в стиле тех справочников, что казались ей бездушными. Но потом она поняла, что каждое отступление имеёт смысл для лучшего понимания прочего содержания. Текст стал для неё более цельным, осмысленным. Он был одновременно и о монстрах, и о людях, на них охотившихся. Это было что-то вроде летописи о работе выдающихся охотников, вместе с которыми путешествовал автор, но все же строгой летописью, насколько Нора могла судить, это не являлось. Она увлеклась.
Следующие дни шли довольно однообразно: днём Нора с Агилом охотились на мелких тварей, по вечерам она приходила в библиотеку, Дорин выдавал ей книгу, и она читала. Когда она покончила с первой, он дал ей ещё одну из своей личной библиотеки. Эта понравилась Норе меньше — в ней не было романтики, а описанные монстры были какими-то совсем неинтересными. На улицах становилось тепло, все больше и больше народу проводили время на свежем воздухе, прогуливаясь, устраивая танцы, просто развлекаясь, и Норе захотелось проводить больше времени среди людей, с Донной Птахой и со своей сестрой.
Страница 18 из 167
