Фандом: Ориджиналы. Быть последней из своего племени — дело нелёгкое. Нора Найт считает, что уже пережила самую большую трагедию в своей жизни, и теперь глупо чего-то бояться. Однако эту позицию ей предстоит пересмотреть, потому что хотя личные счёты и сведены, большая заварушка только начинается.
Добавить в моё избранное
608 мин, 2 сек 10006
Она привела людей сюда, и теперь не знала, что делать дальше. — Хвостик всегда чуяла кровососов издалека и предупреждала меня. Без неё я бы в пустыне не выжила. А теперь вот она предупреждает не только о кровососах, но и о чём-то другом…
— А может, не о другом? — предположил Арпад. — Может, это тоже гемофилы, только… новой породы?
— Вряд ли, — неуверенно сказала Нора. Что-то ей подсказывало, что это не так. — А наши вчерашние были новой породы или старой?
— Новой, — сказал Трог. — Так что версия не очень правдоподобная.
— Но постойте, — всё не успокаивался Честер. — Это же абсурд. Как череп собаки может учуять какую-либо тварь? Ты наверняка сама себе внушила…
— А как работают амулеты, обереги и другие зачарованные вещи? — резко перебил его Арпад. — По-моему, сейчас не время обсуждать метафизические аспекты бытия.
— Как раз время, как по мне. Направления у нас нет, я правильно понял? А значит…
— Неправильно, — перебила его Нора. — Нам нужно спуститься ниже… намного ниже. Оно где-то там.
Она указала направление и выжидающе уставилась на Ага Марто. Пока они отвлеклись на спор, Хвостик немного успокоилась и смогла сообщить, откуда ей мерещится наибольшая опасность. Возможно, псина таким образом пыталась доказать Честеру, что он не прав.
Аг изучил карту и повёл всех по одному из узких проходов — спуск на более низкие уровни был дальше.
— Нора, ты поклоняешься какому-нибудь богу? — неожиданно спросил Честер.
Она не обнаружила в этом вопросе ничего провокационного, поэтому просто ответила:
— Нет. Я задумывалась об этом, но пока моя жизнь принадлежит гильдии, и я не могу передавать её в распоряжение какому-либо культу.
— Ох, Великие, сколько пафоса и драматизма, — насмешливо вздохнул Честер. — «Моя жизнь принадлежит гильдии». Ты оценил, Трог? — Тот не ответил, как будто и не к нему обращались, и тогда Честер снова повернулся к Норе. — Слушай, хочешь, я тебя выкуплю? Уверен, я смогу договориться и с магистром, и со счетоводом… Будешь свободна, сможешь посвятить себя какому-нибудь культу… О, придумал, перепродам тебя Винценту, он обрадуется…
— Не хочу, — фыркнула Нора. Она понимала, к чему он ведёт, но всё возрастающий страх Хвостик передался и ей, и было трудно сосредоточиться одновременно на разговоре и ощущениях. — В Ахаонге рабство запрещено.
— О, так ты в курсе? — с притворным огорчением сказал Честер. — Так что за чушь ты мелешь про гильдию? Это всего лишь работа, она не должна мешать другим сторонам твоей жизни.
— И, тем не менее, занимает значительную её часть, — заметила Нора. — Я не могу полностью посвятить себя чему-нибудь другому, это будет мешать…
— Не спорю, — вынужден был признать Честер. — Ну ладно, попробуем так: ты бы вступила в какой-нибудь культ, если бы не была вынуждена работать на гильдию?
Нора помолчала несколько секунд, прислушиваясь к ощущениям. Ей по-прежнему не хотелось говорить, но пока она участвовала в разговоре, Хвостик тоже каким-то образом отвлекалась от страха, и тот становился достаточно терпимым, чтобы можно было найти его источник. Поэтому Нора решила поддержать разговор, хотя бы ещё некоторое время.
— Мне довольно трудно это вообразить, — сказала она. — Честно говоря, я вообще не представляю, как буду жить, когда всё это закончится. Скорее всего, присоединюсь к какому-нибудь племени, а номады богам не поклоняются.
— И ты даже не рассматриваешь возможность остаться в городе?
— Рано думать об этом, — отмахнулась Нора. — Я ещё не до конца освоилась в городе, постоянно чувствую себя чужой. Возможно, через два года это изменится, а может, и нет… Хотя, если предположить, что я всё-таки останусь… думаю, я бы всё равно осталась работать в гильдии. С соответствующими последствиями для других кланов и культов.
Повисла довольно долгая пауза, во время которой Честер обдумывал её слова и пытался связать с собственной теорией насчёт Хвостик. Было даже любопытно узнать, к чему он придёт, потому что Нора сама не знала, как получилось, что собака осталась с хозяйкой после смерти тела. Вообще-то Нора никогда об этом не задумывалась — всё вышло так естественно!
— То есть хочешь сказать, что ты не просила помощи у богов, не проводила ритуал, не зачаровывала свою собаку — ничего такого?
— Именно так, — подтвердила Нора. — Я даже не могу сказать точно, когда Хвостик из обычной собаки превратилась в бдительного духа. Для меня она как будто и вовсе не менялась, разве что в еде нуждаться перестала.
— Хм. Это довольно интересный феномен. А ты пыталась когда-нибудь сама почувствовать гемофилов — без её помощи?
Нора рассмеялась абсурдности этого предположения.
— Каким образом, интересно? Нюх у меня не такой уж хороший.
Они приблизились к расщелине, за которой начинался резкий спуск — почти обрыв.
— А может, не о другом? — предположил Арпад. — Может, это тоже гемофилы, только… новой породы?
— Вряд ли, — неуверенно сказала Нора. Что-то ей подсказывало, что это не так. — А наши вчерашние были новой породы или старой?
— Новой, — сказал Трог. — Так что версия не очень правдоподобная.
— Но постойте, — всё не успокаивался Честер. — Это же абсурд. Как череп собаки может учуять какую-либо тварь? Ты наверняка сама себе внушила…
— А как работают амулеты, обереги и другие зачарованные вещи? — резко перебил его Арпад. — По-моему, сейчас не время обсуждать метафизические аспекты бытия.
— Как раз время, как по мне. Направления у нас нет, я правильно понял? А значит…
— Неправильно, — перебила его Нора. — Нам нужно спуститься ниже… намного ниже. Оно где-то там.
Она указала направление и выжидающе уставилась на Ага Марто. Пока они отвлеклись на спор, Хвостик немного успокоилась и смогла сообщить, откуда ей мерещится наибольшая опасность. Возможно, псина таким образом пыталась доказать Честеру, что он не прав.
Аг изучил карту и повёл всех по одному из узких проходов — спуск на более низкие уровни был дальше.
— Нора, ты поклоняешься какому-нибудь богу? — неожиданно спросил Честер.
Она не обнаружила в этом вопросе ничего провокационного, поэтому просто ответила:
— Нет. Я задумывалась об этом, но пока моя жизнь принадлежит гильдии, и я не могу передавать её в распоряжение какому-либо культу.
— Ох, Великие, сколько пафоса и драматизма, — насмешливо вздохнул Честер. — «Моя жизнь принадлежит гильдии». Ты оценил, Трог? — Тот не ответил, как будто и не к нему обращались, и тогда Честер снова повернулся к Норе. — Слушай, хочешь, я тебя выкуплю? Уверен, я смогу договориться и с магистром, и со счетоводом… Будешь свободна, сможешь посвятить себя какому-нибудь культу… О, придумал, перепродам тебя Винценту, он обрадуется…
— Не хочу, — фыркнула Нора. Она понимала, к чему он ведёт, но всё возрастающий страх Хвостик передался и ей, и было трудно сосредоточиться одновременно на разговоре и ощущениях. — В Ахаонге рабство запрещено.
— О, так ты в курсе? — с притворным огорчением сказал Честер. — Так что за чушь ты мелешь про гильдию? Это всего лишь работа, она не должна мешать другим сторонам твоей жизни.
— И, тем не менее, занимает значительную её часть, — заметила Нора. — Я не могу полностью посвятить себя чему-нибудь другому, это будет мешать…
— Не спорю, — вынужден был признать Честер. — Ну ладно, попробуем так: ты бы вступила в какой-нибудь культ, если бы не была вынуждена работать на гильдию?
Нора помолчала несколько секунд, прислушиваясь к ощущениям. Ей по-прежнему не хотелось говорить, но пока она участвовала в разговоре, Хвостик тоже каким-то образом отвлекалась от страха, и тот становился достаточно терпимым, чтобы можно было найти его источник. Поэтому Нора решила поддержать разговор, хотя бы ещё некоторое время.
— Мне довольно трудно это вообразить, — сказала она. — Честно говоря, я вообще не представляю, как буду жить, когда всё это закончится. Скорее всего, присоединюсь к какому-нибудь племени, а номады богам не поклоняются.
— И ты даже не рассматриваешь возможность остаться в городе?
— Рано думать об этом, — отмахнулась Нора. — Я ещё не до конца освоилась в городе, постоянно чувствую себя чужой. Возможно, через два года это изменится, а может, и нет… Хотя, если предположить, что я всё-таки останусь… думаю, я бы всё равно осталась работать в гильдии. С соответствующими последствиями для других кланов и культов.
Повисла довольно долгая пауза, во время которой Честер обдумывал её слова и пытался связать с собственной теорией насчёт Хвостик. Было даже любопытно узнать, к чему он придёт, потому что Нора сама не знала, как получилось, что собака осталась с хозяйкой после смерти тела. Вообще-то Нора никогда об этом не задумывалась — всё вышло так естественно!
— То есть хочешь сказать, что ты не просила помощи у богов, не проводила ритуал, не зачаровывала свою собаку — ничего такого?
— Именно так, — подтвердила Нора. — Я даже не могу сказать точно, когда Хвостик из обычной собаки превратилась в бдительного духа. Для меня она как будто и вовсе не менялась, разве что в еде нуждаться перестала.
— Хм. Это довольно интересный феномен. А ты пыталась когда-нибудь сама почувствовать гемофилов — без её помощи?
Нора рассмеялась абсурдности этого предположения.
— Каким образом, интересно? Нюх у меня не такой уж хороший.
Они приблизились к расщелине, за которой начинался резкий спуск — почти обрыв.
Страница 68 из 167
