Фандом: Ориджиналы. Руинн'рин глубоко вдохнул и взволнованно выпрямился, внутренне ликуя. Какой-то воин счёл его вполне подходящим для роли своего сопровождающего. Выходит, он напрасно изводил себя, думая, что совершенно никчёмен. — Я готов. — Отлично, — глава придвинул к себе какой-то свиток, заглянул в него и сказал: — В некотором смысле Вам даже повезло. Вашего покровителя зовут Джиллианис Амортаре, и он довольно известный в своих кругах охотник за артефактами.
Добавить в моё избранное
149 мин, 30 сек 1879
В отличие от двух первых, одетых в простые полотняные рубашки и штаны, последний был утянут в дорогую виверновую кожу, начиная от широкого ошейника на шее и заканчивая высокими мягкими сапогами разведчика.
— Ой, а кто это у нас здесь такой миленький? — просюсюкал здоровяк, сложив руки на груди, однако, вопреки ласковому тону, его серые глаза обжигали холодным превосходством.
Одноглазый хохотнул и ткнул локтём в бок долговязого, на лице которого тут же расцвела предвкушающая усмешка. Маг сглотнул, пропихивая вставший в горле мерзкий липкий ком, и бросил полный отчаяния и мольбы взгляд в сторону Амортаре, вот только тот по-прежнему не замечал ничего, подперев голову кулаком одной руки, а пальцами другой двигая с места на место стакан, наполненный до краёв насыщенно-красной жидкостью. Нет, слишком далеко, слишком шумно, чтобы кричать и быть услышанным, — понял Руинн'рин. Он зажмурился и напрягся, взывая к внутренней силе (ведь получалось же зажечь свечу, а вдруг получится материализовать пламя побольше?), однако измождённость и ужас сделали своё чёрное дело — сейчас у него не выходило вообще ничего. Осознав, что сегодня, возможно, последний день его жизни, Руинни запаниковал и шарахнулся назад, к ступеням, но троица моментально оттеснила его в уединённый тёмный закуток под лестницей.
Чьи-то шершавые руки забрались под тунику и стали шарить по вздрагивающему телу, ещё одна ладонь пошлым прикосновением обожгла пах, другая до боли сжала ягодицу. Горячие влажные губы впились в шею, и чародей почувствовал — ещё чуть-чуть, и он потеряет сознание. Юноша попытался трепыхаться, с силой наступил кому-то на ногу — его мгновенно наградили болезненным тычком под рёбра, отчего перед глазами поплыло, а рот стал стремительно наполняться горькой слюной. Этот подлый удар окончательно убедил эльфа — бесполезно сопротивляться или умолять…
— Джиллиан… — прошептал он, уже голыми ногами ощущая чужие твёрдые бёдра — ни штанов, ни сапог на нём теперь не было.
— А ну заткнись! — зло зашипел черноволосый, вздёрнув мага над полом и прижав к стене, но его прервали самым бесцеремонным образом — позади кто-то закричал и послышался звон разбитой посуды.
Руинни, находящийся в полуобморочном состоянии, внезапно освободился и сполз на пол, уже ничего не понимая. Только и успел заметить знакомые белые косы, взметнувшиеся в воздух от резкого движения своего хозяина. Одноглазый эльф стоял в стороне, наблюдая за насилием, творимым его подельниками, поэтому сумел среагировать первым, но Джиллиан ловко перехватил занесённую с кинжалом руку и вскользь ударил противника ребром ладони по горлу над ошейником. Недостаточно, чтобы убить, но этого хватило, чтобы надолго вывести врага из строя. Долговязого разъярённо рычащий дроу сложил пополам, ткнув его кулаком в солнечное сплетение, а здоровяка, словно не замечая сыплющихся на него тумаков, поверг себе под ноги, с размаху ударив головой в лицо. Успокоив пытающегося подняться рыжего пинком в бок, Амортаре быстро собрал разбросанную одежду, схватил своего непутёвого сопровождающего за растрёпанную косу и потащил наверх.
Задыхающийся от смеси страха и радости, Руинн'рин, конечно же, не поспевал за ним, из-за чего коленками сосчитал все ступеньки и мало-мальски выступающие доски и сильно содрал кожу. Но это было ничто по сравнению с тем ужасом, что он только что пережил. Молодой чародей захлёбывался слезами от счастья, что всё наконец-то закончилось и ему не успели навредить, и даже не думал бояться охотника, хоть тот и был вне себя от гнева. В конце концов, что бы ни сделал с ним покровитель, всё будет заслуженно и правильно.
Ногой захлопнув дверь в комнату, дроу подтащил эльфа к кровати и вжал в постель, обеими руками схватив за грудки.
— Острых ощущений захотелось?! — зарычал он, тряся съёжившегося юношу. — Ты представляешь, что бы с тобой было, если б меня не предупредили?! Для кого ты так вырядился? Ты шлюха? Нравится, когда лапают по углам все кому не лень?
Свечи когда-то успели погаснуть, погрузив помещение в страшную чёрную тьму, и Руинни совершенно некстати разбила истерика. Он беспомощно вдыхал раз за разом и не мог не только ответить, но и выдохнуть жгущий грудь воздух. Лишь получив пощёчину, маг сдавленно пискнул, втянув голову в плечи:
— Нет!
— Тогда на кой ты припёрся туда?!
Вот тут и Арджиа разобрала злость — на бесчувственного, непрошибаемого покровителя. И плевать, что эти обвинения в адрес Джиллиана несправедливы, в конце концов, у Руинн'рина тоже есть чувства! Он не собака и не раб, чтобы не иметь своего мнения… или сидеть на одном месте, сложив ручки, когда душа так и раскалывается на мириады осколков!
Рассерженный чародей задёргался, слепо пытаясь оторвать от себя крепкие руки мужчины.
— Тебя хотел найти! — выкрикнул он, пылая от гнева, смущения и собственной смелости. — И вернуть! Хватит мной пренебрегать!
— Ой, а кто это у нас здесь такой миленький? — просюсюкал здоровяк, сложив руки на груди, однако, вопреки ласковому тону, его серые глаза обжигали холодным превосходством.
Одноглазый хохотнул и ткнул локтём в бок долговязого, на лице которого тут же расцвела предвкушающая усмешка. Маг сглотнул, пропихивая вставший в горле мерзкий липкий ком, и бросил полный отчаяния и мольбы взгляд в сторону Амортаре, вот только тот по-прежнему не замечал ничего, подперев голову кулаком одной руки, а пальцами другой двигая с места на место стакан, наполненный до краёв насыщенно-красной жидкостью. Нет, слишком далеко, слишком шумно, чтобы кричать и быть услышанным, — понял Руинн'рин. Он зажмурился и напрягся, взывая к внутренней силе (ведь получалось же зажечь свечу, а вдруг получится материализовать пламя побольше?), однако измождённость и ужас сделали своё чёрное дело — сейчас у него не выходило вообще ничего. Осознав, что сегодня, возможно, последний день его жизни, Руинни запаниковал и шарахнулся назад, к ступеням, но троица моментально оттеснила его в уединённый тёмный закуток под лестницей.
Чьи-то шершавые руки забрались под тунику и стали шарить по вздрагивающему телу, ещё одна ладонь пошлым прикосновением обожгла пах, другая до боли сжала ягодицу. Горячие влажные губы впились в шею, и чародей почувствовал — ещё чуть-чуть, и он потеряет сознание. Юноша попытался трепыхаться, с силой наступил кому-то на ногу — его мгновенно наградили болезненным тычком под рёбра, отчего перед глазами поплыло, а рот стал стремительно наполняться горькой слюной. Этот подлый удар окончательно убедил эльфа — бесполезно сопротивляться или умолять…
— Джиллиан… — прошептал он, уже голыми ногами ощущая чужие твёрдые бёдра — ни штанов, ни сапог на нём теперь не было.
— А ну заткнись! — зло зашипел черноволосый, вздёрнув мага над полом и прижав к стене, но его прервали самым бесцеремонным образом — позади кто-то закричал и послышался звон разбитой посуды.
Руинни, находящийся в полуобморочном состоянии, внезапно освободился и сполз на пол, уже ничего не понимая. Только и успел заметить знакомые белые косы, взметнувшиеся в воздух от резкого движения своего хозяина. Одноглазый эльф стоял в стороне, наблюдая за насилием, творимым его подельниками, поэтому сумел среагировать первым, но Джиллиан ловко перехватил занесённую с кинжалом руку и вскользь ударил противника ребром ладони по горлу над ошейником. Недостаточно, чтобы убить, но этого хватило, чтобы надолго вывести врага из строя. Долговязого разъярённо рычащий дроу сложил пополам, ткнув его кулаком в солнечное сплетение, а здоровяка, словно не замечая сыплющихся на него тумаков, поверг себе под ноги, с размаху ударив головой в лицо. Успокоив пытающегося подняться рыжего пинком в бок, Амортаре быстро собрал разбросанную одежду, схватил своего непутёвого сопровождающего за растрёпанную косу и потащил наверх.
Задыхающийся от смеси страха и радости, Руинн'рин, конечно же, не поспевал за ним, из-за чего коленками сосчитал все ступеньки и мало-мальски выступающие доски и сильно содрал кожу. Но это было ничто по сравнению с тем ужасом, что он только что пережил. Молодой чародей захлёбывался слезами от счастья, что всё наконец-то закончилось и ему не успели навредить, и даже не думал бояться охотника, хоть тот и был вне себя от гнева. В конце концов, что бы ни сделал с ним покровитель, всё будет заслуженно и правильно.
Ногой захлопнув дверь в комнату, дроу подтащил эльфа к кровати и вжал в постель, обеими руками схватив за грудки.
— Острых ощущений захотелось?! — зарычал он, тряся съёжившегося юношу. — Ты представляешь, что бы с тобой было, если б меня не предупредили?! Для кого ты так вырядился? Ты шлюха? Нравится, когда лапают по углам все кому не лень?
Свечи когда-то успели погаснуть, погрузив помещение в страшную чёрную тьму, и Руинни совершенно некстати разбила истерика. Он беспомощно вдыхал раз за разом и не мог не только ответить, но и выдохнуть жгущий грудь воздух. Лишь получив пощёчину, маг сдавленно пискнул, втянув голову в плечи:
— Нет!
— Тогда на кой ты припёрся туда?!
Вот тут и Арджиа разобрала злость — на бесчувственного, непрошибаемого покровителя. И плевать, что эти обвинения в адрес Джиллиана несправедливы, в конце концов, у Руинн'рина тоже есть чувства! Он не собака и не раб, чтобы не иметь своего мнения… или сидеть на одном месте, сложив ручки, когда душа так и раскалывается на мириады осколков!
Рассерженный чародей задёргался, слепо пытаясь оторвать от себя крепкие руки мужчины.
— Тебя хотел найти! — выкрикнул он, пылая от гнева, смущения и собственной смелости. — И вернуть! Хватит мной пренебрегать!
Страница 18 из 42
