Фандом: Гарри Поттер. Гермиона живет ради того, чтобы напоминать всем вокруг, для чего сражался Гарри. И для чего он погиб. Она готова отдать ради этого все, что у нее есть, готова мстить даже тем, кого уже забрала сама смерть. Но так ли это возможно? И в той ли реальности живет Гермиона?
Добавить в моё избранное
24 мин, 29 сек 17087
Гермиона даже не пытается обратить внимание на реакцию секретаря — сразу скрывается у себя в кабинете и взмахом палочки призывает из кармана форменной мантии, висящей на вешалке у двери, пачку сигарет. Нервы с такой работой быстро становятся ни к черту. Через четыре минуты и двенадцать секунд раздается стук, и в кабинет заглядывает Саманта.
— Мистер Малфой будет через пятнадцать минут. Тут, кстати, вам пришли бумаги от мистера Уизли.
— Которого? — мрачно спрашивает Гермиона, выпуская облачко сизого дыма.
— Вашего бывшего мужа. Что-то насчет дома на Гриммо, — поясняет секретарь.
Гермиона кивает.
— Давай сюда. Посмотрим, что он хочет от меня на этот раз, — она протягивает руку и, получив бумаги, бегло их просматривает. — Вызови мне Перси Уизли, — задумывается на секунду, — нет, лучше Падму Патил. Мне нужен грамотный юрист.
Саманта кивает и уходит. Гермиона остается одна и разглядывает причудливые образы, в которые собирается сигаретный дым.
Рон утаскивает ее из Большого зала, где все оплакивают смерть своих любимых и близких, и приводит на лестницу. Тут тихо и можно спокойно поговорить, но Гермиону слишком угнетает разруха вокруг. Она все никак не может сосредоточиться на словах Рона и просто бессмысленно смотрит перед собой, гадая, что сейчас происходит с Гарри. Сзади раздаются шаги, и она резко поворачивается.
— Что с тобой? — единственное, на что хватает ее фантазии. Гарри и правда выглядит хреново — очень бледный, ссутулившийся, глаза совсем даже не яркие. Руки пустые, в карманах — ни намека на палочку. — Куда ты собрался?
Гарри дергается от звука ее голоса и смотрит как-то потерянно и опустошенно.
— К нему, — коротко отвечает он, проходя мимо.
Гермиона хватает его за руку, в отчаянии смотрит на Рона, но тот будто застыл.
— Но почему? Мы столько сил приложили, чтобы тебя защитить, а ты сам идешь к нему? — кричит она. — Да постой же ты!
Гарри медленно поворачивается к ней и смотрит долго и тяжело.
— Меня к этому готовили. Всегда, всю мою жизнь. Дамблдор знал, что он убьет меня. Знал давным-давно. Я был всего лишь свиньей на убой, — с горечью выплевывает он слова, и в каждом Гермиона явственно слышит его боль. Она бросается ему на шею, обнимает, пытается еще что-то придумать, но уже понимает, что ничего не поделать.
— Я пойду с тобой, — выдает она наконец. — До самого конца.
— Ты умрешь, — Гарри смотрит на нее серьезно. — Оно того не стоит.
— Плевать, — Гермиона сжимает его руку. — Я буду с тобой до самого конца.
Они медленно спускаются по ступенькам, держась за руки. На последней Гермиона оборачивается, но Рона на площадке уже нет.
Они идут по двору, потом по почти разрушенному мосту, углубляются в чащу леса. Вдалеке уже слышатся голоса, и Гарри неожиданно останавливается.
— Это конец, дальше нельзя, — говорит он, и Гермиона откуда-то знает, что он прав. — Я хочу, чтобы ты жила и помнила: я сделал все ради этого мира и его спокойствия. Мне хотелось бы сделать еще больше — стать Главным аврором, уничтожить всех Пожирателей, восстановить справедливость, но я этого сделать уже не смогу.
Гарри замолкает на секунду, а потом вытаскивает из кармана джинс волшебную палочку.
— Пусть будет у тебя. Если удастся меня похоронить, положишь ее мне в гроб, — поясняет он, вкладывая древко в руку Гермионы.
— Что? Гарри, это идиотизм! Ты не можешь пойти туда совсем без оружия!
Гарри усмехается.
— Палочка уже давно не является моим оружием. Я думал, ты это заметила.
Гермиона смотрит на него непонимающе, ей хочется ударить его и выбить из головы всю дурь. Но неожиданно вспоминается, что после ограбления Гринготтса Гарри очень редко пользовался палочкой. Если задуматься — почти никогда. Да и во время ограбления всего пару раз, а после был совсем измученным.
— Но ты же летел на метле. В Выручай-комнате, — Гермиона не изменяет своей рациональности.
— Да, я тоже заметил. Почему-то аппарировать и летать на метле могу. Но ни одно заклинание уже не срабатывает — даже самое элементарное. Потому рассчитывать не на что. Спасись сама, добейте Волдеморта, живите дальше. Если сможете — продолжите мое дело, — он тяжело сглатывает и закрывает глаза. — Все, иди. Оставь меня одного, пожалуйста.
— Постой, — Гермиона хватает его за руку и заставляет посмотреть ей в глаза. — Это проклятие Беллатрисы, да? Оно ведь попало в тебя? Тот голубой шарик.
Гарри слабо улыбается и кивает.
— Все-таки ты чертовски наблюдательна и умна. А потому возвращайся в замок и подготовь всех к тому… что я уже не вернусь. Да, и передай Джинни… — Гарри замолкает на мгновение, — я хочу, чтобы она была счастлива.
Он разворачивается и уходит, а Гермиона смотрит ему вслед и чувствует, как по щекам катятся слезы.
— Мистер Малфой будет через пятнадцать минут. Тут, кстати, вам пришли бумаги от мистера Уизли.
— Которого? — мрачно спрашивает Гермиона, выпуская облачко сизого дыма.
— Вашего бывшего мужа. Что-то насчет дома на Гриммо, — поясняет секретарь.
Гермиона кивает.
— Давай сюда. Посмотрим, что он хочет от меня на этот раз, — она протягивает руку и, получив бумаги, бегло их просматривает. — Вызови мне Перси Уизли, — задумывается на секунду, — нет, лучше Падму Патил. Мне нужен грамотный юрист.
Саманта кивает и уходит. Гермиона остается одна и разглядывает причудливые образы, в которые собирается сигаретный дым.
Рон утаскивает ее из Большого зала, где все оплакивают смерть своих любимых и близких, и приводит на лестницу. Тут тихо и можно спокойно поговорить, но Гермиону слишком угнетает разруха вокруг. Она все никак не может сосредоточиться на словах Рона и просто бессмысленно смотрит перед собой, гадая, что сейчас происходит с Гарри. Сзади раздаются шаги, и она резко поворачивается.
— Что с тобой? — единственное, на что хватает ее фантазии. Гарри и правда выглядит хреново — очень бледный, ссутулившийся, глаза совсем даже не яркие. Руки пустые, в карманах — ни намека на палочку. — Куда ты собрался?
Гарри дергается от звука ее голоса и смотрит как-то потерянно и опустошенно.
— К нему, — коротко отвечает он, проходя мимо.
Гермиона хватает его за руку, в отчаянии смотрит на Рона, но тот будто застыл.
— Но почему? Мы столько сил приложили, чтобы тебя защитить, а ты сам идешь к нему? — кричит она. — Да постой же ты!
Гарри медленно поворачивается к ней и смотрит долго и тяжело.
— Меня к этому готовили. Всегда, всю мою жизнь. Дамблдор знал, что он убьет меня. Знал давным-давно. Я был всего лишь свиньей на убой, — с горечью выплевывает он слова, и в каждом Гермиона явственно слышит его боль. Она бросается ему на шею, обнимает, пытается еще что-то придумать, но уже понимает, что ничего не поделать.
— Я пойду с тобой, — выдает она наконец. — До самого конца.
— Ты умрешь, — Гарри смотрит на нее серьезно. — Оно того не стоит.
— Плевать, — Гермиона сжимает его руку. — Я буду с тобой до самого конца.
Они медленно спускаются по ступенькам, держась за руки. На последней Гермиона оборачивается, но Рона на площадке уже нет.
Они идут по двору, потом по почти разрушенному мосту, углубляются в чащу леса. Вдалеке уже слышатся голоса, и Гарри неожиданно останавливается.
— Это конец, дальше нельзя, — говорит он, и Гермиона откуда-то знает, что он прав. — Я хочу, чтобы ты жила и помнила: я сделал все ради этого мира и его спокойствия. Мне хотелось бы сделать еще больше — стать Главным аврором, уничтожить всех Пожирателей, восстановить справедливость, но я этого сделать уже не смогу.
Гарри замолкает на секунду, а потом вытаскивает из кармана джинс волшебную палочку.
— Пусть будет у тебя. Если удастся меня похоронить, положишь ее мне в гроб, — поясняет он, вкладывая древко в руку Гермионы.
— Что? Гарри, это идиотизм! Ты не можешь пойти туда совсем без оружия!
Гарри усмехается.
— Палочка уже давно не является моим оружием. Я думал, ты это заметила.
Гермиона смотрит на него непонимающе, ей хочется ударить его и выбить из головы всю дурь. Но неожиданно вспоминается, что после ограбления Гринготтса Гарри очень редко пользовался палочкой. Если задуматься — почти никогда. Да и во время ограбления всего пару раз, а после был совсем измученным.
— Но ты же летел на метле. В Выручай-комнате, — Гермиона не изменяет своей рациональности.
— Да, я тоже заметил. Почему-то аппарировать и летать на метле могу. Но ни одно заклинание уже не срабатывает — даже самое элементарное. Потому рассчитывать не на что. Спасись сама, добейте Волдеморта, живите дальше. Если сможете — продолжите мое дело, — он тяжело сглатывает и закрывает глаза. — Все, иди. Оставь меня одного, пожалуйста.
— Постой, — Гермиона хватает его за руку и заставляет посмотреть ей в глаза. — Это проклятие Беллатрисы, да? Оно ведь попало в тебя? Тот голубой шарик.
Гарри слабо улыбается и кивает.
— Все-таки ты чертовски наблюдательна и умна. А потому возвращайся в замок и подготовь всех к тому… что я уже не вернусь. Да, и передай Джинни… — Гарри замолкает на мгновение, — я хочу, чтобы она была счастлива.
Он разворачивается и уходит, а Гермиона смотрит ему вслед и чувствует, как по щекам катятся слезы.
Страница 5 из 7
