Фандом: Песнь Льда и Огня. Щит идеален для защиты, но для нападения используют другое оружие.
Добавить в моё избранное
5 мин, 54 сек 15295
Утром орел снова на виду — Призрак хочет достать его, но не может. Джон понимает по лицу Куорена, что от преследователей им не оторваться. Слова Полурукого всплывают в памяти: «Помнишь ли ты слова своего обета?» Он спрашивал так о вещах, про которые не говорят вслух, и Джон, призывая к себе лютоволка, уже не уверен, что понял настоящий вопрос разведчика.
Одичалые высыпают беспорядочной грудой. Джон вспоминает, что братья Ночного Дозора тоже не сразу постигали мудреную науку правильного боя. Стайка дикарей — вот кто перед ним. Куорен привел их к безумным мужчинам и женщинам, готовым убивать ради смеха.
— Помни, что я тебе приказывал, — говорит Куорен, точно услышав, о чем думает Джон.
Джон вспоминает отца, который вершил справедливый суд над дезертиром Ночного Дозора. Что сказал бы сейчас Эддард Старк, услышав не отданный приказ Куорена? Джон чувствует себя загнанным в угол стаей собак Призраком. Ему хочется завыть от бессилья. Теперь, когда Полурукий привел их к одичалым, у Джона нет выбора. Он будет предателем, если хочет выжить. Быть может, того и добивался разведчик? Не стал ждать, пока бастард Сноу сломается под тяжестью снегов за Стеной.
— Мы сдаемся! — кричит Джон, чувствуя, как тяжелый меч отца скользит по его шее.
Глупые дикари проглатывают наживку, и женщина с огненно-рыжими волосами (Игритт!) подтверждает, что Джон — не трус. Что она знает? Джон уже бежал прочь, поджав хвост, и если бы не мудрый Призрак, сейчас валялся бы в земле, убитый собственными братьями.
Джон понимает, о чем просил Куорен, когда тот достает оружие. Ему бы держать в руке щит, чтобы закрыться от Полурукого и пережить так еще один день. С рассветом одичалые растворятся мороком, а они вдвоем, втроем, отправятся дальше — к секретам вольного народа.
У Джона нет щита. Щит идеален для защиты, но для нападения используют другое оружие. В его руке Длинный Коготь, а за спиной — прирученный, верный лютоволк. Чтобы нападать, нужно стать диким зверем. Джон чувствует себя одичалым прежде, чем завершается короткий бой. Видит клыки Призрака — они хватают Куорена за ногу, и тот не может двигаться.
«Молодец, Призрак, хороший пёсик», — думает Джон, рассчитывая, что очередной кошмар закончится с рассветом. Клинок Когтя окрашивается алым, и Джон понимает, что выполнил данную клятву, когда Полурукий падает.
— Острый, — говорит Куорен и выдыхает в последний раз.
Призрак принюхивается к запаху горелого тела и облизывается — Джон видит перед собой зверя. Чтобы быть защитником стены, достаточно терпеть чужие удары. Чтобы нападать, нужно превратиться в зверя.
«Я — огонь, который разгоняет холод», — повторяет про себя Джон и видит горящие от голода глаза.
Огонь, разгоняющий холод, может быть очень жестоким. Женщина с рыжими волосами улыбается ему дикой улыбкой свободного человека. Призрак поднимает морду к небу и издает короткий радостный вой, принимая Джона в свою стаю.
Одичалые высыпают беспорядочной грудой. Джон вспоминает, что братья Ночного Дозора тоже не сразу постигали мудреную науку правильного боя. Стайка дикарей — вот кто перед ним. Куорен привел их к безумным мужчинам и женщинам, готовым убивать ради смеха.
— Помни, что я тебе приказывал, — говорит Куорен, точно услышав, о чем думает Джон.
Джон вспоминает отца, который вершил справедливый суд над дезертиром Ночного Дозора. Что сказал бы сейчас Эддард Старк, услышав не отданный приказ Куорена? Джон чувствует себя загнанным в угол стаей собак Призраком. Ему хочется завыть от бессилья. Теперь, когда Полурукий привел их к одичалым, у Джона нет выбора. Он будет предателем, если хочет выжить. Быть может, того и добивался разведчик? Не стал ждать, пока бастард Сноу сломается под тяжестью снегов за Стеной.
— Мы сдаемся! — кричит Джон, чувствуя, как тяжелый меч отца скользит по его шее.
Глупые дикари проглатывают наживку, и женщина с огненно-рыжими волосами (Игритт!) подтверждает, что Джон — не трус. Что она знает? Джон уже бежал прочь, поджав хвост, и если бы не мудрый Призрак, сейчас валялся бы в земле, убитый собственными братьями.
Джон понимает, о чем просил Куорен, когда тот достает оружие. Ему бы держать в руке щит, чтобы закрыться от Полурукого и пережить так еще один день. С рассветом одичалые растворятся мороком, а они вдвоем, втроем, отправятся дальше — к секретам вольного народа.
У Джона нет щита. Щит идеален для защиты, но для нападения используют другое оружие. В его руке Длинный Коготь, а за спиной — прирученный, верный лютоволк. Чтобы нападать, нужно стать диким зверем. Джон чувствует себя одичалым прежде, чем завершается короткий бой. Видит клыки Призрака — они хватают Куорена за ногу, и тот не может двигаться.
«Молодец, Призрак, хороший пёсик», — думает Джон, рассчитывая, что очередной кошмар закончится с рассветом. Клинок Когтя окрашивается алым, и Джон понимает, что выполнил данную клятву, когда Полурукий падает.
— Острый, — говорит Куорен и выдыхает в последний раз.
Призрак принюхивается к запаху горелого тела и облизывается — Джон видит перед собой зверя. Чтобы быть защитником стены, достаточно терпеть чужие удары. Чтобы нападать, нужно превратиться в зверя.
«Я — огонь, который разгоняет холод», — повторяет про себя Джон и видит горящие от голода глаза.
Огонь, разгоняющий холод, может быть очень жестоким. Женщина с рыжими волосами улыбается ему дикой улыбкой свободного человека. Призрак поднимает морду к небу и издает короткий радостный вой, принимая Джона в свою стаю.
Страница 2 из 2
