Чистые помыслы

Перри всегда готовит его наспех, не особо заботясь о комфорте и нежных прикосновениях. Словно знает, что так и нужно. Генри задыхается, захлебывается криком, когда Перри наконец входит в него и сразу же, не давая времени привыкнуть, начинает его трахать. Нет, ебать, как Генри и просил. Грубо, болезненно, жестко, схватив рукой за волосы. Именно так, как нужно. Генри ощущает себя растянутым и заполненным, его чувства обострены, нервы напряжены до предела, член Перри, таранящий его задницу, заставляет его забыть обо всем. Перри отпускает волосы, кладет ладони на основание его шеи и легонько сжимает — совсем не сильно, но воздух заканчивается, и Генри только беспомощно хрипит, извиваясь на бильярдном столе. Еще немного, еще несколько толчков — Перри разжимает руки и Генри кончает с криком, пачкая зеленое сукно.

Перри рывком поднимает его, оглушенного невероятной силы оргазмом и практически ничего не соображающего, со стола и заставляет опуститься на колени. Генри послушно открывает рот, принимая в себя мокрый пульсирующий член. Перри, крепко обхватив его затылок, начинает размашисто и глубоко трахать его в рот. Всего несколько движений — и рот Генри заполняется спермой. Грейвз не отпускает его, пока он не проглатывает все, до последней капли. Тщательно облизав член и яички, Генри поднимается с колен, чувствуя себя как нельзя лучше.

Когда Генри уже одет, он видит на полу подвеску, треугольник с вертикально перечеркнутым кругом внутри, наклоняется, поднимает и пристально разглядывает, не обращая внимания на Перри, что-то ищущего по карманам щегольского длиннополого плаща.

— Странная штука, — хмыкает он. Перри поднимает взгляд и ухмыляется.

— Это моя. Дорога как память, — протянув руку он забирает медальон у Генри. — Уже пора. Завтра у тебя тяжелый день.

Генри едет по пустынным темным улицам. Завтра тяжелый день, Перри прав. Так, на чем он остановился в своей речи? Только чистые помыслы могут гарантировать, величие и процветание Америки! Генри удовлетворенно улыбается, думая о завтрашнем вечере…