Фандом: Песнь Льда и Огня. Сир Барристан Селми предпринимает вылазку по спасению своего короля раньше, чем это должно было произойти. Эйрис отчасти справляется с безумием, и эта цепочка событий запускает эффект бабочки. Рейгар, которому отец позволяет общаться с братом, начинает понимать, что не только Эйриса коснулось проклятье Таргариенов.
Добавить в моё избранное
115 мин, 32 сек 7868
Их? Они ничего не сделают мне. Они будут бояться меня.
— Рейгар?
— Да, отец?
— Вестеросу нужен наследник.
— Гораздо больше, отец, Вестеросу нужны драконы.
Из тронного зала он пошел прямиком в комнаты Визериса. Брат стоял у окна, разглядывая закат. Здесь они были другими. Рейгару нравился вид возле Драконьего Камня. Но вернуться туда они смогут еще не скоро.
«Вернуться туда — это было бы лучше всего», — подумал он.
Оставить Вестерос Дени. Помогать ей, направлять, защищать, но не касаться его своими руками.
— Я уже забыл, как здесь пусто, — сказал Визерис. Рейгар подошел вплотную и обнял его, положив голову на плечо — как прежде.
— Я говорил с отцом.
— Что-то хорошее?
— Почти ничего. Он знает.
Визерис попытался вырваться из его объятий, но Рейгар позволил ему лишь развернуться, так что они оказались лицом к лицу.
— Ну? Что он сказал? Не молчи!
Рейгар запустил пальцы в серебряные волосы, притянул Визериса к себе и поцеловал. Сначала брат не отвечал ему, а потом прижался ближе и вцепился в одежду. Он не знал, что делать — никто и никогда не целовал его так. У него быстро закончилось дыхание и он, тяжело дыша, уткнулся головой в грудь Рейгара.
— Вчера я думал, ты никогда этого не сделаешь.
— Почему?
— Я думал, мы не доберемся сюда.
— Теперь все хорошо, — Рейгар обнял брата. — Я больше не буду ждать.
— Ты придешь завтра?
— Нет, — Рейгар усмехнулся, хотя Визерис не видел этого. Он все еще держался за шелковую рубаху и горячим дыханием обжигал грудь Рейгара.
— Почему?
— Я останусь здесь.
Визерис посмотрел на него широко распахнутыми от испуга глазами. Он уже не боялся боли от случайно пропущенного удара тренировочного меча, не боялся темноты и холода, но сейчас его охватил ужас.
— Они ничего не сделают нам. Они — никто. Их нет.
— Ты правда веришь в это?
— Да, — Рейгар отпустил брата и подошел к столу, где прислуга оставила поднос с фруктами, вином и холодным мясом. Визерис мало ел, и кому-то пришло в голову, что будет хорошей идеей завалить его угощениями. Но вино было кстати. Рейгар разлил его в два бокала и один отнес Визерису.
— Если ты веришь… — Визерис сомневался.
— Я расскажу тебе про Сумеречный Дол, — сказал Рейгар.
Он залпом выпил кубок, подошел к столу и налил еще.
— Не нужно, — Визерис был рядом. Его рука перехватила кубок Рейгара. — Я знаю, что было в Сумеречном Доле.
— Кто рассказал тебе?
— Никто. Я понял по твоему лицу. Ты убил их. Они этого заслужили.
— Почему?
— Потому что ты убил их, — Визерис широко улыбнулся. Безумие — оно было необходимо им, чтобы выжить. Разве можно понять подобное, оставаясь при здравом рассудке?
Оставив кубок, Рейгар пошел в соседнюю комнату. Здесь была кровать.
«Ты не причинишь ему боли», — пообещал себе Рейгар, но почти сразу нарушил обещание. Поцелуй превратился в укус, объятья — в захват, стон — в рык. На белоснежной шее Визериса появился сине-алый след, увидев его, Рейгар больше не давал себе никаких обещаний.
Он кусал, царапал, сжимал изо всех сил, выкручивал тонкие гибкие руки, прижимал Визериса к кровати, лишая возможности вдохнуть полной грудью. Ни одной девушке Мизинца не досталось столько, сколько вытерпел той ночью Визерис. К утру он тихо стонал, протягивая руки к Рейгару. Но в этих стонах не было ни отвращения, ни боли — только удовольствие.
Утром, намного позже обычного, в дверь постучала прислуга. Рейгар надел штаны, наскоро перевязал их и открыл. Девушка широко открыла глаза, заметив его. Он понял по выражению его лица, что изо всех сил она пыталась не верить в происходящее.
— Чего тебе?
— Ваше высочество, — начала девушка, но сбилась.
Он сжалился над ней:
— Не нужно еды. Принеси теплую воду.
— Как вам будет угодно, — она низко поклонилась и исчезла.
«Лучше всего, — подумал Рейгар, — у них получается исчезать».
«Еще они неплохо горят», — добавил он спустя мгновенье.
— Я хочу спать, — пробормотал Визерис, не поднимаясь с постели. — Пусть убираются.
— Заснешь, — пообещал Рейгар.
Он осторожно промыл самые глубокие ранки вином, заставил Визериса встать и потратить целый таз воды, а потом завернул в чистую простынь и лег рядом.
Брат заснул почти сразу. Его рука во сне продолжала сжимать большой палец Рейгара — там маленький принц любил делать в детстве. Теперь он вырос. Дракон не боится боли.
Дракон не боится огня. Взгляд Рейгара упал на воск сгоревшей за ночь свечи, оставленной у кровати Визериса.
«Нужно попросить больше, — подумал Рейгар, — гораздо больше»
Прошло не больше месяца, когда их уединение нарушил кто-то кроме дрожащей от страха прислуги.
— Рейгар?
— Да, отец?
— Вестеросу нужен наследник.
— Гораздо больше, отец, Вестеросу нужны драконы.
Из тронного зала он пошел прямиком в комнаты Визериса. Брат стоял у окна, разглядывая закат. Здесь они были другими. Рейгару нравился вид возле Драконьего Камня. Но вернуться туда они смогут еще не скоро.
«Вернуться туда — это было бы лучше всего», — подумал он.
Оставить Вестерос Дени. Помогать ей, направлять, защищать, но не касаться его своими руками.
— Я уже забыл, как здесь пусто, — сказал Визерис. Рейгар подошел вплотную и обнял его, положив голову на плечо — как прежде.
— Я говорил с отцом.
— Что-то хорошее?
— Почти ничего. Он знает.
Визерис попытался вырваться из его объятий, но Рейгар позволил ему лишь развернуться, так что они оказались лицом к лицу.
— Ну? Что он сказал? Не молчи!
Рейгар запустил пальцы в серебряные волосы, притянул Визериса к себе и поцеловал. Сначала брат не отвечал ему, а потом прижался ближе и вцепился в одежду. Он не знал, что делать — никто и никогда не целовал его так. У него быстро закончилось дыхание и он, тяжело дыша, уткнулся головой в грудь Рейгара.
— Вчера я думал, ты никогда этого не сделаешь.
— Почему?
— Я думал, мы не доберемся сюда.
— Теперь все хорошо, — Рейгар обнял брата. — Я больше не буду ждать.
— Ты придешь завтра?
— Нет, — Рейгар усмехнулся, хотя Визерис не видел этого. Он все еще держался за шелковую рубаху и горячим дыханием обжигал грудь Рейгара.
— Почему?
— Я останусь здесь.
Визерис посмотрел на него широко распахнутыми от испуга глазами. Он уже не боялся боли от случайно пропущенного удара тренировочного меча, не боялся темноты и холода, но сейчас его охватил ужас.
— Они ничего не сделают нам. Они — никто. Их нет.
— Ты правда веришь в это?
— Да, — Рейгар отпустил брата и подошел к столу, где прислуга оставила поднос с фруктами, вином и холодным мясом. Визерис мало ел, и кому-то пришло в голову, что будет хорошей идеей завалить его угощениями. Но вино было кстати. Рейгар разлил его в два бокала и один отнес Визерису.
— Если ты веришь… — Визерис сомневался.
— Я расскажу тебе про Сумеречный Дол, — сказал Рейгар.
Он залпом выпил кубок, подошел к столу и налил еще.
— Не нужно, — Визерис был рядом. Его рука перехватила кубок Рейгара. — Я знаю, что было в Сумеречном Доле.
— Кто рассказал тебе?
— Никто. Я понял по твоему лицу. Ты убил их. Они этого заслужили.
— Почему?
— Потому что ты убил их, — Визерис широко улыбнулся. Безумие — оно было необходимо им, чтобы выжить. Разве можно понять подобное, оставаясь при здравом рассудке?
Оставив кубок, Рейгар пошел в соседнюю комнату. Здесь была кровать.
«Ты не причинишь ему боли», — пообещал себе Рейгар, но почти сразу нарушил обещание. Поцелуй превратился в укус, объятья — в захват, стон — в рык. На белоснежной шее Визериса появился сине-алый след, увидев его, Рейгар больше не давал себе никаких обещаний.
Он кусал, царапал, сжимал изо всех сил, выкручивал тонкие гибкие руки, прижимал Визериса к кровати, лишая возможности вдохнуть полной грудью. Ни одной девушке Мизинца не досталось столько, сколько вытерпел той ночью Визерис. К утру он тихо стонал, протягивая руки к Рейгару. Но в этих стонах не было ни отвращения, ни боли — только удовольствие.
Утром, намного позже обычного, в дверь постучала прислуга. Рейгар надел штаны, наскоро перевязал их и открыл. Девушка широко открыла глаза, заметив его. Он понял по выражению его лица, что изо всех сил она пыталась не верить в происходящее.
— Чего тебе?
— Ваше высочество, — начала девушка, но сбилась.
Он сжалился над ней:
— Не нужно еды. Принеси теплую воду.
— Как вам будет угодно, — она низко поклонилась и исчезла.
«Лучше всего, — подумал Рейгар, — у них получается исчезать».
«Еще они неплохо горят», — добавил он спустя мгновенье.
— Я хочу спать, — пробормотал Визерис, не поднимаясь с постели. — Пусть убираются.
— Заснешь, — пообещал Рейгар.
Он осторожно промыл самые глубокие ранки вином, заставил Визериса встать и потратить целый таз воды, а потом завернул в чистую простынь и лег рядом.
Брат заснул почти сразу. Его рука во сне продолжала сжимать большой палец Рейгара — там маленький принц любил делать в детстве. Теперь он вырос. Дракон не боится боли.
Дракон не боится огня. Взгляд Рейгара упал на воск сгоревшей за ночь свечи, оставленной у кровати Визериса.
«Нужно попросить больше, — подумал Рейгар, — гораздо больше»
Прошло не больше месяца, когда их уединение нарушил кто-то кроме дрожащей от страха прислуги.
Страница 16 из 34
