Проблемный

И угадать его мысли и намерения по ним невозможно. Но… сам не знаю, почему, но у меня вдруг появляется такое ощущение, что здесь он вряд ли кого-то купит. И осматривает выставленных на продажу крепких парней лишь из вежливости. А на самом деле ему вовсе не нужны жалкие лагерные рабы. И…

Что «и» — додумать я тоже не успеваю. В рёбра ощутимо врезается«мягкая» (и какой идиот её так назвал?) дубинка охранника, и я вдруг с ужасом понимаю, что… стою и в наглую таращусь на этого господина! Рассматриваю его так, словно равен ему во всём!

О, Лунное Небо! Я — идиот! Трижды идиот!

Поспешно опускаю голову, прячу взгляд. Что я наделал, боги мои, что же я наделал, теперь меня точно не купят, и теперь господин Шо-Нор уж точно исполнит своё обещание любым путём избавиться от меня!

… Была бы рядом стенка — непременно побился бы об неё дурной головой! Но стенки нет. А биться о плечо соседа — не менее дурная идея. Сосед-то тут при чём?

Господин комендант резко разворачивается к Шо-Нору.

— Какого демона ты притащил сюда этого? — шипит он, кивая на меня. — У нас — солидный покупатель, а ты ему хочешь подсунуть проблемного раба?

И, словно выплюнув, командует охранникам:

— Убрать!

… С-суки, больно-то как! Заломили руки так, что в плечах хрустнуло. Выслуживаются… А этот… «солидный покупатель»… Смотрит… лицо как у статуи, глаза ледяные — как это у них обычно… Избранники… Господа, чтоб их… Нет-нет, что я такого говорю, идиот безмозглый? Не слушайте меня, господин, у вас нормальное лицо… даже симпатичное… И — да, действительно, зачем вам такой, как я? Зачем вам вообще покупать раба в нашем гадюшнике? Я же вижу — вы можете себе позволить игрушку и поприличнее… Ай, блин, ну по голове-то зачем? Да не толкайте вы меня, я сам пойду… вот, иду уже! Проблемный… сами вы проблемные, не видите разве, как я из кожи вон лезу, чтобы доказать вам свою покорность?

— Погодите!

… Э… это кто сказал?

Мои конвоиры замирают, пригвождённые резким, почти повелительным окликом, и я соображаю: это он, тот господин. Ну, дела… И вроде даже не рявкнул — как наш комендант, бывало, — а эти повиновались. Мгновенно, как… как рабы! Во даёт!

— Погодите, господин комендант, — говорит «солидный покупатель» уже спокойно и подходит ко мне. Уверенно и властно берёт за подбородок, поднимает голову…

— Посмотри мне в глаза, раб!

… Ну вот, начинается… Подавляю безнадёжный вздох (что теперь-то толку? Всё равно ведь не купит!), вскидываю взгляд…

— Я сказал, в глаза, а не в «третий глаз»!

… Офигеть… Просёк с первого раза! Так, сейчас будет больно…

И правда: один из конвоиров уже привычно налаживается садануть мне по рёбрам, но этот одним жестом останавливает его — вижу это краем глаза… у меня неплохое боковое зрение. У нас у всех оно тут неплохое…

Ф-фух, кажись, пронесло? Спасибо, добрый господин!

… Гадская, непонятно откуда взявшаяся привычка, сколько я уже пытаюсь от неё избавиться! И… сколько колотушек уже получил и ещё получу в процессе этого!

— Виноват, господин… — шепчу умоляюще. — Не гневайтесь на никчёмного раба…

Послушное движение зрачков — и я утопаю в холодной пасмурной глубине его глаз. Длинные, чуть прищуренные, внимательные… Держат цепко, как зверь добычу, не вырвешься — даже если и захочешь… А вот не хочу. Не хочу — что бы там про меня тут ни говорили. Я, в конце концов, раб! А он — господин. И я ничего не должен хотеть или не хотеть без его на то позволения. Только вот… почему где-то там, внутри, что-то дрожит от неясной тоски и страха? И хочется упасть на колени, прижаться к его ногам и… Делай со мной, что хочешь, только не уходи! Не оставляй меня ИМ, я же сдохну тут… Меня ведь и раньше пытались продать, но только он хоть как-то заинтересовался… остальные, услышав «проблемный раб», даже не осматривали… Господин, вы же всё равно не станете меня покупать… Умоляю, не мучьте, отпустите!

… По глазам избранника обычно невозможно прочесть то, о чём он думает и что чувствует. Даже если ты — как я в данный момент — смотришь в них. И дело не в том, что ты не успеваешь даже рыпнуться перед тем, как провалиться в неумолимо засасывающую трясину колдовского взгляда господ — просто они очень хорошо умеют защищать свой внутренний мир. Нам, рабам, такое умение недоступно. Наверно, поэтому мы и рабы. Ну, в общем-то, всё правильно. Они — сильные, уверенные, величественные. Недосягаемые, как звёзды. Мы — пыль под их ногами. Разве смеет пыль мечтать о том, чтобы сравняться со звёздами? Конечно, нет. Вот и мы не мечтаем. Смешно даже помыслить о таком!

Этот избранник всё-таки отпускает меня. Милостиво убирает руку, всё ещё держащую меня за подбородок. Можно опустить голову.

… Выныриваю. Уффф… Живой…

— Сколько вы за него хотите, господин комендант?

… ЧТО-О-О-О-О?!

Ноги вдруг становятся ватными.