Привет, братик!

За приготовления еды, конечно, взялась я. Остальные, похоже, готовить не совсем умели, а скорее просто не хотели. Но генеральную уборку всё-таки делали вместе. Вместе — это я и прокси. Они не хотели, но Слендер заставил их помочь мне, чем я была польщена, хоть и назвал меня Тонкий Кейт, а не Кэтрин, а потом добавил, что убираться со мной вместе парни будут в качестве наказания.

День шёл очень долго, а я всё никак не могла сидеть на месте. Хоть Рождество и будет завтра, но я уже взялась за приготовление индейки.

Честно сказать, немного удивлена тем, что маньяки тоже отмечают праздники. С виду такие беспощадные, а на самом деле, готова поспорить, они тоже рады наступлению Рождества. По крайней мере Сплендор точно.

Баг тоже решил наградить себя и спрятал на завтра большой кусок колбасы, от которого, впрочем, уже сегодня откусил половину.

На этот раз я легла рано, причём уснула сразу, с улыбкой на лице впридачу. Но спать мне оставалось недолго.

Прямо посреди ночи я почувствовала холод. Открыв глаза, убедилась, что укрыта одеялом, окно и дверь закрыты, ниоткуда не может пойти холодный воздух.

Но меня всё также знобило, начала болеть голова. Неужели, простудилась? Надеюсь, внизу где-нибудь есть аптечка, в которой есть какое-нибудь лекарство или хотя бы градусник.

Я прошла на кухню, но там аптечки не было. Тогда, закутавшись в одеяло, я пошла по всему дому и, наконец, отрыла небольшую коробочку, набитую упаковками от таблеток и разными пузырьками, видимо, с микстурами. Ни одно название не было мне знакомо, поэтому я просто взяла градусник и ушла с ним в комнату.

На удивление, градусник показал тридцать шесть и семь, хотя чувствовала я себя на все тридцать восемь.

Я легла на кровать и закрыла глаза. Голова раскалывалась и тут я почувствала резкую боль в груди и сразу опустила туда взгляд. Лучше бы я этого не делала! Из моей грудной клетки вылезало что-то серебряное, напоминающее туман. Оно медленно выползало, а я чувствовала только сильную боль и не могла пошевелиться. Когда уже невозможно было это терпеть, я потеряла сознание.

Очнулась. Кажется, я совсем немного пролежала без сознания, так как за окном всё также тёмно.

Вокруг никого не было. Я уже подумала было, что это всё сон, но тут перед моим лицом возникло то самое серебряное существо. Оно напоминало очертания человека, а через несколько секунд я уже смогла разглядеть в нём… Мелани.

Это была она — моя сестра. Её волосы стали светлее, сквозь тело немного просвечивались очертания моей комнаты, а на шее я увидела кровавую рану, проходящую по всему диаметру шеи. Сомнений быть не может, она — призрак.

Я была близка к моему недавнему состоянию, но голос Мелани привёл меня в чувства.

— Кэтрин, это я — Мелани, не пугайся, я тебе сейчас всё объясню.

— Я и так всё понимаю, — к моему удивлению, голос был уверенным и даже не дрожал. Наверное, потому что я не боялась. Бояться родную сестру, хоть и в обличии призрака? Никогда в жизни.

Несколько мгновений спустя я уже вскочила на ноги и кинулась обнимать Мелани. Но у меня это не совсем получилось. Я могла почувствовать её, прикоснуться к ней, но тепло не исходило от неё, она была как будто газом, только плотнее.

Мелани пожала плечами, печально улыбнувшись.

— Но это всё равно лучше, чем совсем ничего! — я улыбнулась ей.

Всю ночь мы провели вместе (Прим. Автора: как бы это двусмысленно не звучало, надеюсь, я не одна такая). Мы разговаривали, смеялись и даже немного поплакали. Это у нас, видно, семейное.

Утром мы вышли в коридор. Никого не было, на кухне только Слендер сидел, почитавая какую-то книженцию.

Увидев (или унюхав, не знаю, как у Безликих там с этим) Мелани, он поднялся и протянул вектор к ней. Надеюсь, с призраками он ничего сделать не сможет.

Однако Тощий поднял Мелани над землёй и, наверное, стал рассматривать.

— Это моя сестра Мелани, — начала я и, увидев, что Слендер не имеет ничего против объяснений, продолжила. — Мы с ней недавно познакомились, потом пошли в город гулять, а там начался дождь и град, и мы зашли в здание заброшенной больницы. Разделились. Я пошла в одну сторону, а Мелани в другую, и она встретила убийцу в чёрном костюме медсестры, и она отрубила ей голову… И теперь Мелани пришла ко мне в обличии призрака. Можно она будет жить у нас?

Слендермен молчал. Он вернул сжавшуюся Мелани на место и посмотрел на меня. Я поджала губы и попыталась вложить в свой взгляд столько жалости и отчаяния, сколько могла себе позволить.

— Ладно, — медленно сказал Палочник.

Я запрыгала от радости и посмотрела на Мелани, тоже счастливо улыбнувшуюся.

Мы вышли из кухни, и я потащила Мелани к Тиму.

Не постучавшись, я вошла. Маски не спал, а сидел на кровати и смотрел в одну точку.

— С добрым утром, Тим!