Свобода

Из-за всех этих странностей начал дёргаться уже сам Янис. Нет, головой, выглядывая неведомую опасность, он не крутил, но змейки языками в воздух так и стреляли. Даже в косу укладываться не стали, ниспадая детям на плечи шевелящейся волной.

До дома добрались безо всяких проблем, а там пока накормили детей, пока спровадили баловаться в бассейне — купальня была обустроена в лучших серпентерских традициях — Ян уже готов был тихо шипеть.

— Рил, что случилось?

Чего он не ждал — так что вместо ответа вроде как немного успокоившийся эльф прижмёт его к себе, стиснув так, что дышать стало нечем. Хорошо хоть на кухне в этот момент были, а не в коридоре, так что полупридушенный шип дети не услышали.

— Извини, — хватка стала послабее, но отпускать он не спешил, уткнулся в змеек и так и стоял. — Испугался. За тебя.

— А почему? Что мне угрожало там?

— Как рука? — проигнорировав вопрос, Рил наконец отпустил горгону, вместо этого поймав его кисть, осторожно погладил пальцы. — Мать сказала, что всё убрала, но…

— Рука? — удивился Ян. — Да всё в порядке…

Он пошевелил пальцами, прислушиваясь к себе, но боль не вернулась.

— А что именно нужно было убирать? Риатте не так уже сильно её сжал.

— Он малефик. Профессиональный, не смотри на внешность, — Рилонар говорил резко, отрывисто, совсем на себя не похоже. — Я не думал, что его интерес ко мне обернётся… так. Прости, Ян.

— Тебе не за что извиняться, — горгона чуть расслабился, приобнял Рилонара змейками. — Да и пробить благословение Рашиль-хе не так уж просто. Подумаешь, поболела бы рука пару дней…

— Не подумаешь. Янис, ты — мой. И своё сокровище я буду беречь.

Вдох, выдох. Рилонар наконец успокоился, отпустил обласканные пальцы и сел, притянув Яниса к себе на колени.

— Даже мать это уже поняла.

— Не прошло и полувека? — Ян улыбнулся уголками губ. — И, кстати, что ты там говорил про интерес? Мне начинает казаться заманчивой идея присоединиться к детям и окаменить его.

Яростное фырканье в ответ изрядно озадачило. Рил редко проявлял эмоции так открыто, пусть даже и стал пораскрепощенней после приятия тёмного себя. Но чтобы так, до сжатых губ и по-кошачьи прижавшихся ушей…

— Почему — не знаю. Но заинтересовался. Вежливости не понял. Пошёл интриговать.

— Почему — как раз я знаю, — хмыкнул горгона. — А вот что по-хорошему не понял… — он почти тон в тон Рилонару фыркнул. — Но леди Ариндель его уже запомнила.

Напряжённый разговор в итоге закончился поцелуем в висок, и они пошли вылавливать детей. Ришелар плавать, в отличие от отца, любил, но в разумных пределах, а змейки-то что, змейкам плескаться в удовольствие, днями бы из воды не вылезали.

Потом сами залезли отогреваться и приходить в себя после слишком уж насыщенного дня, лёжа в горячей воде одним клубком, потом кое-как уложили детей, и только после этого Рил вспомнил о том, что ему передала мать. Поглядеть это он уже поглядел, но мельком, не до того было — выцепил в самом конце про Яниса и проклятье — и всё, голова о другом думать отказалась. А надо было. Поэтому, очутившись наконец в кровати, он не перебрался под бок уютно свернувшемуся Янису, а со вздохом подоткнул подушку под спину и взялся за планшет, читать внимательней.

— Янис, — наконец позвал он. — Ты согласен, если сюда придёт мать Ришелара?

Вопрос был внезапный, горгона, до этого просто косивший одним глазом — второй упрямо закрывался, — невольно приподнялся на руках, гадая, что же случилось. Потому что эльфийка, давшая жизнь одному из их детей, так и не появлялась рядом с ним после того, как младенца передали Рилонару. Даже не справлялась, не писала — а ведь та же Салаша, мать их змеек, периодически заползала проведать детей, попить чаю и просто поболтать о том о сём. Характер у нагайночки был лёгкий, и она с удовольствием слушала истории о столь далёком от неё мире скульпторов и эльфов, делясь своим теплом со всеми тремя малышами. Только Ришелар после её визитов иногда спрашивал, почему его мама не приходит; Рилонар отвечал, что не может — и тут нате.

— Ришелар будет рад, — ответил Ян после недолгих раздумий. — Да и я не против… если она не будет вести себя по всем эльфийским традициям.

Путешествие в земли светлых горгоне запомнилось накрепко. Так что до сих единственной эльфийкой, с которой он регулярно общался, была только леди Ариндель.

— Не знаю… — Рилонар постукивал пальцем по планшету, быстро перечитывая написанное. — Мать не может точно прогнозировать её поведение: девочка на грани. Всё-таки восемь лет в её положении — в таком возрасте это слишком много. Жаль, не смогли вытащить раньше.

— В её положении? — подобрался Янис. — А что с ним не так?

— Она не талантлива, не первая дочь в семье, не владеет магией. Вся выгода — удачный брак, но и здесь не получилось, обошлось только ребёнком.