С их стороны: Кисе Рёта

Кисе Хитоми, раздраженно стуча каблуками, шла к дому, волоча за собой чемодан на колесиках. Да уж, мама и папа в своем репертуаре. И какого черта им понадобилось уезжать на какую-то конференцию именно в тот день, когда она приезжает? Ей стольких трудов стоило выкроить два выходных дня между съемками, чтобы повидаться с родителями и братиком, а они предпочли слет хирургов общению с собственной дочерью. Впрочем, сколько она себя помнила, так было всегда. Ну, хоть с Рётой пообщается — и то хлеб. Интересно, насколько вырос её маленький братец за последние полгода?

Хитоми повернула ключ в замке, открыла дверь и как ни в чем не бывало прокричала:

— Я дома!

Раздавшееся в ответ бурчание из глубины дома ничуть не походило на радостную встречу брата и сестры.

Она разулась, пересадила через порог чемодан и побрела по дому в поисках Рёты.

Тот обнаружился в гостиной на диване.

Первое, что бросилось ей в глаза — полупустая бутылка пива и стакан на журнальном столике. Несколько уже пустых валялось рядом с диваном. Выглядел юный алкоголик преотвратно — красные глаза, всклоченные волосы и ничего не выражающий взгляд.

— Отец тебя убьет, — только и могла вымолвить Хитоми. Сколько она себя помнила, младшенький никогда не пил больше пары бокалов. Даже в свой день рождения с друзьями тот всегда возвращался домой почти трезвым, а тут…

— Плевать, — отмахнулся от неё брат, едва ворочая языком, — возможно, именно тогда я не буду чувствовать себя таким уродом, — простонал он, опрокидывая в себя еще один стакан.

— Рёта, что случилось? — обеспокоенно спросила она. — Ты поссорился с девушкой?

— Если бы, — вздохнул Рёта, запуская пальцы в волосы, еще больше ероша их. — Хитоми, твой брат — полный козел, — наливая еще одну порцию пива из бутылки, сообщил он. — Как, впрочем, и все мы, — с мрачным удовлетворением добавил он, салютуя бокалом одной из двух фотографий в рамках, стоящих на журнальном столике.

К её большому удивлению, на фото были запечатлены шестеро ребят в баскетбольной форме средней школы Тейко. В центре стоял очень бледный голубоглазый и голубоволосый парень. На фоне остальных парней, в том числе и её брата, он казался дорогой фарфоровой куклой — даже и не верилось, что он тоже баскетболист. Может быть, талисман команды?

«Какой милый, — пронеслось в голове у Хитоми. — Приковала бы к батарее и тискала бы до посинения»….

Этого паренька одной рукой прижимал к своей богатырской груди смуглый здоровяк, положив подбородок ему на макушку. По правую руку от милашки с голубыми волосами стоял Рёта, облокотившись на его плечо. По левую — в той же позе замер почти двухметровый верзила с фиолетовыми волосами и отмороженным видом. По краям, старательно делая вид, что их сюда запихнули насильно, стояло еще двое: невысокий красноволосый крепыш и высокий зеленоволосый парень ботанистой наружности в стильных очках с толстой оправой. Знаменитое Поколение Чудес — догадалась девушка. Но разве их было не пятеро?

— Это было снято за месяц до того дня, с которого все полетело в Тартарары, — грустно произнес Рёта.

— И что, все здесь козлы? Даже этот милашка? — недоверчиво спросила она, указав на заинтересовавшего её паренька.

— Куроко-чи? Да, ты точно моя сестра, — невесело усмехнулся Рёта. — Он уж точно нет, а вот все мы — да.

— И кто же этот симпатяжка? И почему он в форме игрока основного состава?

— Да потому что это — шестой игрок Поколения Чудес, — с какой-то затаенной гордостью ответил ей братишка.

— Он? — недоверчиво переспросила Хитоми. — Такой маленький?

— Куроко Тецуя — так же известный как Невидимый распасовщик Тейко, — с пафосом произнес юный алкоголик.

— Кто-кто? — на свою голову переспросила она.

Лучше бы не спрашивала. В ответ Рёта вывалил на неё целый ворох какой-то странной, не имеющей никакого отношения к реальному баскетболу информации. «Свет», «тень»… что за бред?

— Куроко-чи такой удивительный, — протянул её брат, беря в руки вторую фотографию, на который был изображен он сам и шестой игрок Поколения Чудес. — А мы все испортили.

— Да что случилось-то? — не выдержала Хитоми.

Если честно, этот Куроко Тецуя ей уже не слишком нравился. Младшему братишке было больно, а она очень не любила, когда её маленькое солнышко обижали.

Рёта задумчиво перелил в бокал остатки пива из бутылки.

— Тебе уже хватит, — твердо произнесла Хитоми, выхватывая из его рук стакан и в два глотка осушая его — судя по всему, разговор им предстоит не из лёгких.

И тот, как обычно, молча с ней согласился.

— Это произошло на нашем междусобойчике в честь победы на очередных соревнованиях, — поджав ноги и обняв их руками, начал рассказ юный алкоголик. Он словно бы не заметил, что у него забрали стакан. — Куроко-чи тогда заснул прямо за столом, а мы продолжили праздновать.