Фандом: Kuroko no Basuke. Отец тебя убьет, — только и могла вымолвить она. Сколько Хитоми себя помнила, младшенький никогда не пил больше пары бокалов. Даже в свой день рождения с друзьями, он возвращался домой почти трезвым, а тут…
Добавить в моё избранное
7 мин, 32 сек 5365
Дело дошло до алкоголя. Я выпил свою норму и угомонился, а ребята… ребята продолжили. В какой-то момент я поймал себя на том, что бездумно разглядываю Куроко-чи. Это заметил и Аомине. Он был уже достаточно пьян, чтобы заявить: «Ты хорошо потрудился на благо команды, Кисе, думаю, тебя нужно поощрить. Моя» тень«тебя устроит? Победишь меня один на один — и Куроко будет играть с тобой».
— Что, вот так прямо и сказал? — недоверчиво переспросила она. — Вот урод!
— У него тогда уже начался сдвиг на собственной исключительности, мол, его может победить только он сам и все такое… Аомине-чи заявил нам, что уже достиг вершины и ему больше не нужна поддержка Куроко-чи, чтобы победить, а вот мы можем его забирать.
— Я надеюсь, ты не согласился? — подозрительно спросила Хитоми.
Ей уже стало жаль этого паренька. Это же надо иметь таких друзей? С ними и никаких врагов не надо.
— Как тебе сказать, — вздохнул Рёта. — На следующий день ребята тактично сделали вид, что забыли о том, что мне предложил Дайки. А я нет.
— Мда уж, ты действительно козел, — выдохнула Кисе — такого от своего брата она уж точно не ожидала. — И почему ты решил в этом участвовать?
— Это сложно объяснить словами, сестрёнка, — пожал плечами он. — Но с тех пор, как мне довелось сыграть в паре с Куроко-чи, я отчаянно завидовал Аомине-чи. Завидовал, но понимал, что из нас он самый яркий «свет» и что мне такое счастье даже и не мерцает.
— Но, как я понимаю, это еще не все, — поспешила уточнить Хитоми.
— Ты права, не всё, — взъерошил волосы брат. — После того празднования всё сильно изменилось, мы изменились. С каждым выигранным матчем все больше и больше отдалялись друг от друга, все больше и больше убеждались в своей исключительности. Принцип «Все для победы» стал смыслом нашего существования, и постепенно мы стали друг другу почти чужими людьми. Единственное, что нас связывало, это баскетбол. Куроко-чи пытался быть связывающим звеном между нами, но мы вели себя как настоящие кретины. Наконец ему надоело долбиться в возведенные нами стены, и он покинул команду.
— Так это было полгода назад. Сейчас-то что стряслось?
— Да все из-за этого громилы заокеанского, — выдохнул сквозь зубы братишка. — Вот чего ему не сиделось в своей Америке?
— Так, стоп, я чего-то не врубаюсь, — перебила его она. — О чем вообще речь?
— Да о Кагами Тайге, новом «свете» Куроко-чи. Здоровый, наглый и самоуверенный придурок — в общем, Аомине номер два. Тот хотя бы играть умеет, а этот… — тут Рёта презрительно фыркнул, — сам из себя ничего не представляет, только на таланте Куроко-чи и выезжает. Имел сомнительное удовольствие познакомиться с ним, когда зашел в Сейрин. В их команде неплохие игроки, с хорошим потенциалом, но ни один из них не достоин даже стоять рядом с ним, особенно этот Кагами. Мне так захотелось показать ему и Куроко-чи, насколько он жалок, что я спровоцировал его на небольшой поединок.
— И что было дальше? — заинтересовалась Хитоми.
— Разумеется, твой брат с легкостью опустил ниже плинтуса неудачника, — самодовольно усмехнулся Рёта. — Без Куроко-чи он ни на что не годен. Но на товарищеском матче Кайдзе и Сейрин мне не так повезло.
— Ты проиграл? — ахнула она.
— Да, впервые в жизни, — неожиданно тепло улыбнулся братец. Странная реакция — не могла не отметить Хитоми. — Но зато потом я снова сыграл с Куроко-чи.
— Рада за тебя, — хмыкнула Кисе. — Так по какому поводу пьем?
— Несколько дней назад Сейрин обыграла еще одну команду с игроком Поколения Чудес. Об этом не смог не узнать Аомине — слухи в нашей среде разносятся быстро. Сегодня, хотя, скорее всего, уже вчера, он поставил на место Кагами. Ни я, ни Мидорима-чи не захотели пропускать такого и тоже пришли на спортивную площадку.
— Попинать поверженного соперника, — понимающе усмехнулась она. — Как это по-нашему!
— Да, но Кагами оказался не так прост, как мы предполагали. Он заявил нам, что мы сами виноваты в том, что Куроко-чи бросил нас, будто из-за нас он какое-то время ненавидел баскетбол. «Я едва не стал таким же, но он остановил меня. И то, что он не сделал этого ни для кого из вас, только показывает его отношение к вам» — сказал он нам.
— И каким образом этот милашка остановил его?
— Врезал, когда этого придурка понесло на тему собственной исключительности прямо во время игры, — пожал плечами Рёта. — А потом прочистил ему мозги. Но самое обидное, что когда ночью Кагами уходил с площадки, он дал нам понять, что ни один из нас не был важен для Куроко-чи, раз он не стал в свое время останавливать нас. Мне сразу вспомнился тот разговор во время празднования и предложение Аомине-чи. Я себя такой сволочью почувствовал… Ведь Кагами, будь он сотню раз проклят, прав. Мы просто эгоистичные мальчишки, которые слишком поздно заметили, что потеряли кого-то очень важного, а теперь пытаемся перевалить все с больной головы на еще более больную.
— Что, вот так прямо и сказал? — недоверчиво переспросила она. — Вот урод!
— У него тогда уже начался сдвиг на собственной исключительности, мол, его может победить только он сам и все такое… Аомине-чи заявил нам, что уже достиг вершины и ему больше не нужна поддержка Куроко-чи, чтобы победить, а вот мы можем его забирать.
— Я надеюсь, ты не согласился? — подозрительно спросила Хитоми.
Ей уже стало жаль этого паренька. Это же надо иметь таких друзей? С ними и никаких врагов не надо.
— Как тебе сказать, — вздохнул Рёта. — На следующий день ребята тактично сделали вид, что забыли о том, что мне предложил Дайки. А я нет.
— Мда уж, ты действительно козел, — выдохнула Кисе — такого от своего брата она уж точно не ожидала. — И почему ты решил в этом участвовать?
— Это сложно объяснить словами, сестрёнка, — пожал плечами он. — Но с тех пор, как мне довелось сыграть в паре с Куроко-чи, я отчаянно завидовал Аомине-чи. Завидовал, но понимал, что из нас он самый яркий «свет» и что мне такое счастье даже и не мерцает.
— Но, как я понимаю, это еще не все, — поспешила уточнить Хитоми.
— Ты права, не всё, — взъерошил волосы брат. — После того празднования всё сильно изменилось, мы изменились. С каждым выигранным матчем все больше и больше отдалялись друг от друга, все больше и больше убеждались в своей исключительности. Принцип «Все для победы» стал смыслом нашего существования, и постепенно мы стали друг другу почти чужими людьми. Единственное, что нас связывало, это баскетбол. Куроко-чи пытался быть связывающим звеном между нами, но мы вели себя как настоящие кретины. Наконец ему надоело долбиться в возведенные нами стены, и он покинул команду.
— Так это было полгода назад. Сейчас-то что стряслось?
— Да все из-за этого громилы заокеанского, — выдохнул сквозь зубы братишка. — Вот чего ему не сиделось в своей Америке?
— Так, стоп, я чего-то не врубаюсь, — перебила его она. — О чем вообще речь?
— Да о Кагами Тайге, новом «свете» Куроко-чи. Здоровый, наглый и самоуверенный придурок — в общем, Аомине номер два. Тот хотя бы играть умеет, а этот… — тут Рёта презрительно фыркнул, — сам из себя ничего не представляет, только на таланте Куроко-чи и выезжает. Имел сомнительное удовольствие познакомиться с ним, когда зашел в Сейрин. В их команде неплохие игроки, с хорошим потенциалом, но ни один из них не достоин даже стоять рядом с ним, особенно этот Кагами. Мне так захотелось показать ему и Куроко-чи, насколько он жалок, что я спровоцировал его на небольшой поединок.
— И что было дальше? — заинтересовалась Хитоми.
— Разумеется, твой брат с легкостью опустил ниже плинтуса неудачника, — самодовольно усмехнулся Рёта. — Без Куроко-чи он ни на что не годен. Но на товарищеском матче Кайдзе и Сейрин мне не так повезло.
— Ты проиграл? — ахнула она.
— Да, впервые в жизни, — неожиданно тепло улыбнулся братец. Странная реакция — не могла не отметить Хитоми. — Но зато потом я снова сыграл с Куроко-чи.
— Рада за тебя, — хмыкнула Кисе. — Так по какому поводу пьем?
— Несколько дней назад Сейрин обыграла еще одну команду с игроком Поколения Чудес. Об этом не смог не узнать Аомине — слухи в нашей среде разносятся быстро. Сегодня, хотя, скорее всего, уже вчера, он поставил на место Кагами. Ни я, ни Мидорима-чи не захотели пропускать такого и тоже пришли на спортивную площадку.
— Попинать поверженного соперника, — понимающе усмехнулась она. — Как это по-нашему!
— Да, но Кагами оказался не так прост, как мы предполагали. Он заявил нам, что мы сами виноваты в том, что Куроко-чи бросил нас, будто из-за нас он какое-то время ненавидел баскетбол. «Я едва не стал таким же, но он остановил меня. И то, что он не сделал этого ни для кого из вас, только показывает его отношение к вам» — сказал он нам.
— И каким образом этот милашка остановил его?
— Врезал, когда этого придурка понесло на тему собственной исключительности прямо во время игры, — пожал плечами Рёта. — А потом прочистил ему мозги. Но самое обидное, что когда ночью Кагами уходил с площадки, он дал нам понять, что ни один из нас не был важен для Куроко-чи, раз он не стал в свое время останавливать нас. Мне сразу вспомнился тот разговор во время празднования и предложение Аомине-чи. Я себя такой сволочью почувствовал… Ведь Кагами, будь он сотню раз проклят, прав. Мы просто эгоистичные мальчишки, которые слишком поздно заметили, что потеряли кого-то очень важного, а теперь пытаемся перевалить все с больной головы на еще более больную.
Страница 2 из 3
