Фандом: Шерлок BBC. Доля раба в принципе незавидна, но родится рабом гению, с его свободным от условностей умом еще хуже, чем прочим. Нечего и рассчитывать занять достойное тебя место в жизни, нечего и рассчитывать, что тебя заметят и оценят, нечего и рассчитывать на чью-либо помощь и поддержку. Такова жизнь раба, и он не может рассчитывать на другую. Или может? Что ждет Шерлока после того, как он оказался в доме своего нового хозяина?
Добавить в моё избранное
50 мин, 56 сек 13999
Очень интересно, а тремор рук у него не прошёл, случайно?
Шерлок скинул одеяло и направился к Джону.
— Эй, ты куда? — Лестрейд рванулся за ним.
— К хозяину. Имею я право сказать ему, что со мной всё в порядке, и вообще пойти домой? Знаешь, у меня был утомительный вечер.
— Ладно. Явишься ко мне завтра в девять для дачи показаний. Не спеши уходить, я тебе выпишу повестку, чтобы хозяин обязательно отпустил в Ярд.
— Хорошо.
В голове звенело. Поддавшись эмоциям, Шерлок исключительно плохо соображал уже больше суток. Но сейчас некая оглушительная ясность помогала отсекать лишнее и полноценно увидеть этого человека: Джона Уотсона, спасшего его вчера и сегодня, а теперь безмятежно стоящего за оградой, поджидая, когда освободится его раб, ради которого он немало рисковал. Складывалось ощущение, будто Джон не выказывал никакого беспокойства, потому что был уверен в своей правоте. А ещё вспомнилось, что Джон вел себя с рабом, как с равным, начиная с просьбы обращаться к нему неформально и заканчивая полным пониманием, когда Шерлок раскомандовался в кафе. С ним такое случалось, уходя в расследование с головой, он иногда забывался — но и тогда хозяин тоже истолковал всё правильно. Просто понял Шерлока, занятого расследованием и в подобный момент ставящего дело превыше всего, в том числе и субординации. И теперь Шерлок шёл к Джону, наконец осознавая: все предыдущие выводы, принятые им за истину о его хозяине, следует стереть и начать с чистого листа. Вполне посильная задача, учитывая, как недолго они знакомы.
Подойдя, он уточнил:
— Как ты себя чувствуешь? Нормально?
Трудно было окончательно поверить в неподдельность спокойствия Джона.
— Это я тебя должен спросить. Тебя едва не убили, — казалось, Джон Уотсон, военный врач, готовился проверять пульс Шерлока и заглядывать ему в зрачки.
— А ты убил безо всяких «едва».
— Я убил плохого человека, защищая от него человека прекрасного, — Джон не был смущён ни на йоту, в отличие от не привыкшего к комплиментам Шерлока.
— Ты застрелил свободного, защищая раба, никакой суд не сочтет это достойным оправданием. Потому, надеюсь, ты избавился от пистолета, — Шерлок действительно волновался за Джона. Тоже непривычное чувство.
— Он лежит на дне Темзы. Спасибо, что беспокоишься обо мне. И знаешь, Анжело был прав. Наклонись ко мне, пожалуйста.
Шерлок послушался, и Джон, обняв его за шею, сказал:
— Ты действительно достоин большего.
И снял ошейник, тем самым официально объявляя о своём намерении отпустить раба. Завтра можно начинать оформление документов и присвоение Шерлоку нового гражданского статуса. На это уйдет много времени и сил, но уже сейчас раб — бывший раб! — впервые ощутил, как легко и непривычно шее без почти невесомого контролирующего устройства, и как кружится голова от самого осознания: он действительно станет свободным. И не только отношения с Джоном, но вся жизнь будет переписываться заново.
Шерлок скинул одеяло и направился к Джону.
— Эй, ты куда? — Лестрейд рванулся за ним.
— К хозяину. Имею я право сказать ему, что со мной всё в порядке, и вообще пойти домой? Знаешь, у меня был утомительный вечер.
— Ладно. Явишься ко мне завтра в девять для дачи показаний. Не спеши уходить, я тебе выпишу повестку, чтобы хозяин обязательно отпустил в Ярд.
— Хорошо.
В голове звенело. Поддавшись эмоциям, Шерлок исключительно плохо соображал уже больше суток. Но сейчас некая оглушительная ясность помогала отсекать лишнее и полноценно увидеть этого человека: Джона Уотсона, спасшего его вчера и сегодня, а теперь безмятежно стоящего за оградой, поджидая, когда освободится его раб, ради которого он немало рисковал. Складывалось ощущение, будто Джон не выказывал никакого беспокойства, потому что был уверен в своей правоте. А ещё вспомнилось, что Джон вел себя с рабом, как с равным, начиная с просьбы обращаться к нему неформально и заканчивая полным пониманием, когда Шерлок раскомандовался в кафе. С ним такое случалось, уходя в расследование с головой, он иногда забывался — но и тогда хозяин тоже истолковал всё правильно. Просто понял Шерлока, занятого расследованием и в подобный момент ставящего дело превыше всего, в том числе и субординации. И теперь Шерлок шёл к Джону, наконец осознавая: все предыдущие выводы, принятые им за истину о его хозяине, следует стереть и начать с чистого листа. Вполне посильная задача, учитывая, как недолго они знакомы.
Подойдя, он уточнил:
— Как ты себя чувствуешь? Нормально?
Трудно было окончательно поверить в неподдельность спокойствия Джона.
— Это я тебя должен спросить. Тебя едва не убили, — казалось, Джон Уотсон, военный врач, готовился проверять пульс Шерлока и заглядывать ему в зрачки.
— А ты убил безо всяких «едва».
— Я убил плохого человека, защищая от него человека прекрасного, — Джон не был смущён ни на йоту, в отличие от не привыкшего к комплиментам Шерлока.
— Ты застрелил свободного, защищая раба, никакой суд не сочтет это достойным оправданием. Потому, надеюсь, ты избавился от пистолета, — Шерлок действительно волновался за Джона. Тоже непривычное чувство.
— Он лежит на дне Темзы. Спасибо, что беспокоишься обо мне. И знаешь, Анжело был прав. Наклонись ко мне, пожалуйста.
Шерлок послушался, и Джон, обняв его за шею, сказал:
— Ты действительно достоин большего.
И снял ошейник, тем самым официально объявляя о своём намерении отпустить раба. Завтра можно начинать оформление документов и присвоение Шерлоку нового гражданского статуса. На это уйдет много времени и сил, но уже сейчас раб — бывший раб! — впервые ощутил, как легко и непривычно шее без почти невесомого контролирующего устройства, и как кружится голова от самого осознания: он действительно станет свободным. И не только отношения с Джоном, но вся жизнь будет переписываться заново.
Страница 15 из 15
