Фандом: Гарри Поттер. После финальной битвы Анна Риддл провела в Азкабане десять лет, но ее выпускают под личную ответственность Главного Аврора Гарри Джеймса Поттера, который никогда не сомневался в ее приверженности делу Света. Только Анне доверял и Темный Лорд…
Добавить в моё избранное
104 мин, 37 сек 15234
Мне необходимо жить в одном доме со своим поручителем, Поттером, а не в Хогвартсе. Поэтому мы сходимся на том, что я буду четыре дня в неделю варить зелья для Больничного Крыла в лаборатории профессора Слизнорта.
Смотрю на пухлого старичка, которого помню сорокалетним мужчиной. Ему уже за сотню. Он едва ходит, редкие волосы стали еще более редкими, глаза подернуты какой-то пленкой.
Старость не радость.
— Лаборатория? Да, конечно… Пойдемте, я покажу вам…
В Хогвартсе две лаборатории — большая и малая. Малая в свое время была вотчиной Снейпа — там он варил только ему ведомые зелья, экспериментировал. В большой же варились зелья для Больничного крыла. Студенты бывали в ней регулярно — драили котлы, резали ингредиенты.
Мне Слизнорт отдает обе.
— Мисс Риддл, да куда мне варить… Мне уроков хватает… Студенты, понимаете… Силы уже не те. Годы…
Киваю, слушая бормотание старика, параллельно разглядывая бардак, царящий в обеих комнатах. Идеальный порядок Снейпа кажется просто фантазией.
Вот на полках стоят уже протухшие флоббер-черви. А это — Мерлин знает сколько лет назад заспиртованные части акромантулов. Тоже испорченные, разумеется. И превратившиеся в труху листья каких-то растений. Каких — понятия не имею.
И палочки у меня нет. МакГонагалл поставила ультиматум — или я буду в Браслетах, или никак. Мадам Помфри ругалась с ней через камин так, что угли летели. Но старую кошку ничто не проняло.
А в Браслетах колдовать попросту невозможно. Даже с палочкой. Ограничивающие Чары третьего уровня — да даже Филч, бывший завхозом в мою бытность преподавателем ЗоТИ четырнадцать лет назад, колдовал лучше, чем я с этими… которые третьего уровня.
Слизнорт бормочет еще минут двадцать, затем уходит с чувством выполненного долга. А я остаюсь в том свинарнике, который он мне оставил.
Убирать без магии — неприятно.
Может, получится кое-что?
— Бини, — зову, вспомнив лопоухую эльфийку, которая прислуживала мне два года. — Бини.
Тишина.
— Бини! — повышаю голос в надежде, что она придет, но ничего не происходит.
Жаль.
— Бини погибла десять лет назад, — раздается рядом скрипучий голос какого-то домовика. Разворачиваюсь, пытаюсь отыскать его глазами, но он невидим. — Не зовите никого из нас. К вам никто не придет.
Кощеевы яйца…
— Да. Я понимаю, — говорю через полминуты в пространство и добавляю, потому что считаю это правильным: — Простите.
В малой лаборатории грязи поменьше. Возможно, потому что тут и пространства меньше. Начну с нее. Быстрее закончу, быстрее начну варить зелья. Мадам Помфри уже выдала мне длинный список всего, начиная от простого Противофурункульного…
… — Рецепт простенький. Справятся даже первокурсники…
… Кажется, я изменила историю…
… и заканчивая Антиликантропным. Его готовить, увы, месяц. И, увы, только после тотальной уборки.
Закатываю рукава, беру в руки котел, которому на ближайшие часы предстоит исполнять роль ведра, и подхожу к крану. Странно, зачем в Хогвартсе канализация? Хотя, возможно, Основатели тогда еще не знали ни Агуаменти, ни Эванеско. Что странно — замок вон какой огромный. На него заклятий хватило, а Агуаменти…
Тряпка находится в одном из углов. Похоже, старая мантия, даже не слизнортовская. Возможно, Снейпа. Пыльная, потертая. Но на тряпки годится.
Раздираю ее на ровные квадраты и приступаю к мытью.
— Мэм? — прихожу в себя от чужого удивленного голоса под ухом. Разгибаюсь, держа в руках грязную тряпку.
Ученики. Четвертый-пятый курс. Двое слизеринцев и один когтевранец. Точнее, когтевранка. Девушка.
— Чем могу быть полезна? — смотрю на растерянных детей. Да, не каждый день можно видеть, как волшебник ползает по полу, аки эльф домовой.
— Эм… мы… мы на отработку, — едва слышно пищит девушка. — Эм… Профессор Слизнорт сказал… что тут… эм… будет мадам Риддл, и… Это вы мадам Риддл?
— «Мисс», — поправляю девушку. — Не «мадам», а «мисс». Увы, за мою жизнь мне так и не довелось побывать замужем.
Ученики косятся на тряпку. Перехватываю их взгляд и швыряю ветошь в котел с грязной водой.
— Курс какой?
— Пятый, — говорит когтевранка.
— Четвертый, — отзываются слизеринцы.
— Вот и отлично, — облегченно киваю. — Значит, годность ингредиентов определять умеете. Видите полки? Все, что испорчено — Эванеско. Все, что годится — сложить отдельно и подписать. Все, что сомневаетесь, несете мне. Ясно?
— Угу.
Ученики разбредаются по тесной лаборатории. Полы мыть мне уже здесь места не хватит, поэтому я опустошаю котел и принимаюсь тоже разбирать ингредиенты на две кучки — на годные и негодные.
Первым на опознание мне приносят нечто зеленое в банке. Долго пытаюсь понять, что же это такое.
Смотрю на пухлого старичка, которого помню сорокалетним мужчиной. Ему уже за сотню. Он едва ходит, редкие волосы стали еще более редкими, глаза подернуты какой-то пленкой.
Старость не радость.
— Лаборатория? Да, конечно… Пойдемте, я покажу вам…
В Хогвартсе две лаборатории — большая и малая. Малая в свое время была вотчиной Снейпа — там он варил только ему ведомые зелья, экспериментировал. В большой же варились зелья для Больничного крыла. Студенты бывали в ней регулярно — драили котлы, резали ингредиенты.
Мне Слизнорт отдает обе.
— Мисс Риддл, да куда мне варить… Мне уроков хватает… Студенты, понимаете… Силы уже не те. Годы…
Киваю, слушая бормотание старика, параллельно разглядывая бардак, царящий в обеих комнатах. Идеальный порядок Снейпа кажется просто фантазией.
Вот на полках стоят уже протухшие флоббер-черви. А это — Мерлин знает сколько лет назад заспиртованные части акромантулов. Тоже испорченные, разумеется. И превратившиеся в труху листья каких-то растений. Каких — понятия не имею.
И палочки у меня нет. МакГонагалл поставила ультиматум — или я буду в Браслетах, или никак. Мадам Помфри ругалась с ней через камин так, что угли летели. Но старую кошку ничто не проняло.
А в Браслетах колдовать попросту невозможно. Даже с палочкой. Ограничивающие Чары третьего уровня — да даже Филч, бывший завхозом в мою бытность преподавателем ЗоТИ четырнадцать лет назад, колдовал лучше, чем я с этими… которые третьего уровня.
Слизнорт бормочет еще минут двадцать, затем уходит с чувством выполненного долга. А я остаюсь в том свинарнике, который он мне оставил.
Убирать без магии — неприятно.
Может, получится кое-что?
— Бини, — зову, вспомнив лопоухую эльфийку, которая прислуживала мне два года. — Бини.
Тишина.
— Бини! — повышаю голос в надежде, что она придет, но ничего не происходит.
Жаль.
— Бини погибла десять лет назад, — раздается рядом скрипучий голос какого-то домовика. Разворачиваюсь, пытаюсь отыскать его глазами, но он невидим. — Не зовите никого из нас. К вам никто не придет.
Кощеевы яйца…
— Да. Я понимаю, — говорю через полминуты в пространство и добавляю, потому что считаю это правильным: — Простите.
В малой лаборатории грязи поменьше. Возможно, потому что тут и пространства меньше. Начну с нее. Быстрее закончу, быстрее начну варить зелья. Мадам Помфри уже выдала мне длинный список всего, начиная от простого Противофурункульного…
… — Рецепт простенький. Справятся даже первокурсники…
… Кажется, я изменила историю…
… и заканчивая Антиликантропным. Его готовить, увы, месяц. И, увы, только после тотальной уборки.
Закатываю рукава, беру в руки котел, которому на ближайшие часы предстоит исполнять роль ведра, и подхожу к крану. Странно, зачем в Хогвартсе канализация? Хотя, возможно, Основатели тогда еще не знали ни Агуаменти, ни Эванеско. Что странно — замок вон какой огромный. На него заклятий хватило, а Агуаменти…
Тряпка находится в одном из углов. Похоже, старая мантия, даже не слизнортовская. Возможно, Снейпа. Пыльная, потертая. Но на тряпки годится.
Раздираю ее на ровные квадраты и приступаю к мытью.
— Мэм? — прихожу в себя от чужого удивленного голоса под ухом. Разгибаюсь, держа в руках грязную тряпку.
Ученики. Четвертый-пятый курс. Двое слизеринцев и один когтевранец. Точнее, когтевранка. Девушка.
— Чем могу быть полезна? — смотрю на растерянных детей. Да, не каждый день можно видеть, как волшебник ползает по полу, аки эльф домовой.
— Эм… мы… мы на отработку, — едва слышно пищит девушка. — Эм… Профессор Слизнорт сказал… что тут… эм… будет мадам Риддл, и… Это вы мадам Риддл?
— «Мисс», — поправляю девушку. — Не «мадам», а «мисс». Увы, за мою жизнь мне так и не довелось побывать замужем.
Ученики косятся на тряпку. Перехватываю их взгляд и швыряю ветошь в котел с грязной водой.
— Курс какой?
— Пятый, — говорит когтевранка.
— Четвертый, — отзываются слизеринцы.
— Вот и отлично, — облегченно киваю. — Значит, годность ингредиентов определять умеете. Видите полки? Все, что испорчено — Эванеско. Все, что годится — сложить отдельно и подписать. Все, что сомневаетесь, несете мне. Ясно?
— Угу.
Ученики разбредаются по тесной лаборатории. Полы мыть мне уже здесь места не хватит, поэтому я опустошаю котел и принимаюсь тоже разбирать ингредиенты на две кучки — на годные и негодные.
Первым на опознание мне приносят нечто зеленое в банке. Долго пытаюсь понять, что же это такое.
Страница 10 из 31
