Фандом: Animamundi: Dark Alchemist. Михаила отстранили от дел праведных. Мефистофеля отстранили от дел неправедных. Архангел и демон нашли способ утешить друг друга.
Добавить в моё избранное
10 мин, 58 сек 13563
Архангел не догадывался, сколько усилий он прилагал, чтобы сохранять невозмутимый вид от таких ласк. Как оказалось, не у одного Мефистофеля были чувствительные крылья. К тому же отсутствие чешуек, брони или отравленных шипов позволяло самому Мефистофелю получать удовольствие от прикосновений к светящимся перьям.
Он хмыкнул и провёл рукой по бедру архангела. Михаил сквозь зубы выцедил хрипловатый стон, подтверждая догадку Мефистофеля.
— Раз уж мы вышли из вечной игры между Раем и Адом, то почему бы нам не насладиться отдыхом, Михаил?
Ладони на плечах Мефистофеля сжались. Архангел сам приник к его губам.
У Мефистофеля в глазах на мгновение помутнело.
Реакция на благодать?
Михаил неожиданно резко развернул его к себе спиной. Архангел слегка не рассчитал силы и пространство, чуть не приложив Мефистофеля лбом о стену.
— Я, конечно, злой дух, но во плоти же…
— Извини, — Михаил обхватил его сзади, не обращая внимания на рассерженное шипение, и уткнулся носом в шею.
— Даже так? — усмехнулся Мефистофель, почувствовав руку архангела на своих ягодицах.
— Мефисто… — невнятно пробормотал Михаил ему на ухо и осторожно прихватил заострённый кончик губами. Похоже, архангел сам не знал, что хотел сказать, но звучало так, будто он спрашивал разрешения.
— Не заставляй меня просить…
Другим демонам Мефистофель никогда не уступал — впрочем, как и большинству смертных. Лишь постоянные партнёры и это пернатое недоразумение являлись исключением. Мефистофель с удовольствием принимал инициативу Михаила, нарушая впитанные с воздухом Преисподней правила. Впрочем, на то он и был «злым духом во плоти», чтобы стирать глупые условности.
— Нетерпеливый, — проговорил Михаил, когда Мефистофель позволил своим одеяниям раствориться в тенях.
— Больше действуй, меньше… — договорить ему не дали, прикоснувшись кончиками перьев к тонкой коже на крыльях, а ладонями к бёдрам. Вскоре Михаил последовал его примеру, избавившись от воинского облачения.
Мефистофель тихо хмыкнул, но напоминать про то, что недавно архангел был возмущен по поводу непотребства на городской улице, не стал. Он предполагал, что их встреча, после нескольких месяцев расставания, будет сумбурной. Правда… больше рассчитывал на свой темперамент.
Мефистофель заскрёб когтями по каменной кладке, потому что толчок оказался резким и неожиданным. Не боль, но тянущее распирающее проникновение он ощутил в полной мере, такова уж плата за физическую оболочку.
— Извини, — резко выдохнул Михаил и замер, давая Мефистофелю время привыкнуть и при необходимости преобразить тело.
Хоть движения архангела изначально были порывистыми и требовательными, всё же он не давал Мефистофелю забыть, в чьих объятиях тот находился. Михаил редко проявлял собственный эгоизм, всегда помнил об ощущениях партнёра.
Мефистофель мотнул головой, прикрыл глаза и вскоре начал двигаться в унисон движениям архангела, а позже и вовсе задал темп.
В какой-то момент Мефистофель не выдержал и тихо зарычал. Ему казалось, что от Михаила исходит мягкий жар, превращающий тёмную кровь в пламя, не родное адское — яростное и всепожирающее, а нежное и золотистое, напоминающее солнечный свет. Мефистофеля затрясло от этого ощущения, и он почувствовал мелкие, словно через сито пропущенные капли, которые приятно холодили обнажённую кожу. Похоже, они с Михаилом полностью перешли на физический план бытия. Мефистофель замер, прикусив нижнюю губу клыками. Заметь их сейчас какой-нибудь смертный, то наверняка бы лишился рассудка.
Или жизни.
Во втором случае Мефистофель бы выслушивал нотации от Михаила о том, как это плохо — метать сгустки пламени в случайных свидетелей.
Архангел же не собирался останавливаться, проникая теперь мучительно медленно. Мефистофель подавил желание развернуться и врезать Михаилу, чью улыбку он чувствовал спиной. Мефистофель резко подался назад и самодовольно усмехнулся, услышав глухой стон архангела.
Рваный ритм дыхания, шелест крыльев, звуки соприкасающихся тел, холодные капли на коже, приглушенное рычание, обострённые до предела чувства на физическом плане.
Казалось, прошла целая вечность…
Конечно, только казалось, но Михаил успел изучить руками всё его тело — за несколько месяцев вынужденной разлуки Мефистофель уже подзабыл, как чувствовались прикосновения архангела, как заставляли задыхаться его стоны…
Их пальцы крепко переплелись, и Михаил, который явно был на пределе, попытался освободить руку, на что Мефистофель лишь покачал головой и тихо зарычал. Архангел же не стал настаивать на своём желании помочь ему.
И не зря. Мгновение спустя Мефистофель сдавленно захрипел, сжав пальцы Михаила так, что они наверняка онемели, звучно втянул воздух и рывками выдохнул…
Он хмыкнул и провёл рукой по бедру архангела. Михаил сквозь зубы выцедил хрипловатый стон, подтверждая догадку Мефистофеля.
— Раз уж мы вышли из вечной игры между Раем и Адом, то почему бы нам не насладиться отдыхом, Михаил?
Ладони на плечах Мефистофеля сжались. Архангел сам приник к его губам.
У Мефистофеля в глазах на мгновение помутнело.
Реакция на благодать?
Михаил неожиданно резко развернул его к себе спиной. Архангел слегка не рассчитал силы и пространство, чуть не приложив Мефистофеля лбом о стену.
— Я, конечно, злой дух, но во плоти же…
— Извини, — Михаил обхватил его сзади, не обращая внимания на рассерженное шипение, и уткнулся носом в шею.
— Даже так? — усмехнулся Мефистофель, почувствовав руку архангела на своих ягодицах.
— Мефисто… — невнятно пробормотал Михаил ему на ухо и осторожно прихватил заострённый кончик губами. Похоже, архангел сам не знал, что хотел сказать, но звучало так, будто он спрашивал разрешения.
— Не заставляй меня просить…
Другим демонам Мефистофель никогда не уступал — впрочем, как и большинству смертных. Лишь постоянные партнёры и это пернатое недоразумение являлись исключением. Мефистофель с удовольствием принимал инициативу Михаила, нарушая впитанные с воздухом Преисподней правила. Впрочем, на то он и был «злым духом во плоти», чтобы стирать глупые условности.
— Нетерпеливый, — проговорил Михаил, когда Мефистофель позволил своим одеяниям раствориться в тенях.
— Больше действуй, меньше… — договорить ему не дали, прикоснувшись кончиками перьев к тонкой коже на крыльях, а ладонями к бёдрам. Вскоре Михаил последовал его примеру, избавившись от воинского облачения.
Мефистофель тихо хмыкнул, но напоминать про то, что недавно архангел был возмущен по поводу непотребства на городской улице, не стал. Он предполагал, что их встреча, после нескольких месяцев расставания, будет сумбурной. Правда… больше рассчитывал на свой темперамент.
Мефистофель заскрёб когтями по каменной кладке, потому что толчок оказался резким и неожиданным. Не боль, но тянущее распирающее проникновение он ощутил в полной мере, такова уж плата за физическую оболочку.
— Извини, — резко выдохнул Михаил и замер, давая Мефистофелю время привыкнуть и при необходимости преобразить тело.
Хоть движения архангела изначально были порывистыми и требовательными, всё же он не давал Мефистофелю забыть, в чьих объятиях тот находился. Михаил редко проявлял собственный эгоизм, всегда помнил об ощущениях партнёра.
Мефистофель мотнул головой, прикрыл глаза и вскоре начал двигаться в унисон движениям архангела, а позже и вовсе задал темп.
В какой-то момент Мефистофель не выдержал и тихо зарычал. Ему казалось, что от Михаила исходит мягкий жар, превращающий тёмную кровь в пламя, не родное адское — яростное и всепожирающее, а нежное и золотистое, напоминающее солнечный свет. Мефистофеля затрясло от этого ощущения, и он почувствовал мелкие, словно через сито пропущенные капли, которые приятно холодили обнажённую кожу. Похоже, они с Михаилом полностью перешли на физический план бытия. Мефистофель замер, прикусив нижнюю губу клыками. Заметь их сейчас какой-нибудь смертный, то наверняка бы лишился рассудка.
Или жизни.
Во втором случае Мефистофель бы выслушивал нотации от Михаила о том, как это плохо — метать сгустки пламени в случайных свидетелей.
Архангел же не собирался останавливаться, проникая теперь мучительно медленно. Мефистофель подавил желание развернуться и врезать Михаилу, чью улыбку он чувствовал спиной. Мефистофель резко подался назад и самодовольно усмехнулся, услышав глухой стон архангела.
Рваный ритм дыхания, шелест крыльев, звуки соприкасающихся тел, холодные капли на коже, приглушенное рычание, обострённые до предела чувства на физическом плане.
Казалось, прошла целая вечность…
Конечно, только казалось, но Михаил успел изучить руками всё его тело — за несколько месяцев вынужденной разлуки Мефистофель уже подзабыл, как чувствовались прикосновения архангела, как заставляли задыхаться его стоны…
Их пальцы крепко переплелись, и Михаил, который явно был на пределе, попытался освободить руку, на что Мефистофель лишь покачал головой и тихо зарычал. Архангел же не стал настаивать на своём желании помочь ему.
И не зря. Мгновение спустя Мефистофель сдавленно захрипел, сжав пальцы Михаила так, что они наверняка онемели, звучно втянул воздух и рывками выдохнул…
Страница 3 из 4
