Фандом: Шерлок Холмс и Доктор Ватсон. С того памятного дня, когда мы учили Майкрофта стрелять из револьвера, прошло несколько месяцев. Первая поездка Майкрофта в Марсель прошла благополучно, хотя и сильно ударила по нашим нервам.
Добавить в моё избранное
489 мин, 50 сек 18605
И кстати, Шерлок не описывал мне это… эту ситуацию в письме, он рассказал о ней лично. Да даже если и написал бы — что с того?
— В самом деле, очень странно, — задумчиво протянул Шерлок. — Мы учились вместе меньше года и с тех пор никогда не виделись. Какой ему интерес в детских письмах? Даже если бы он нашел какие-то, где я писал о нем, то он бы прочитал там только самые восторженные отзывы.
— Даже если бы прочел невосторженные… он же не может знать, что именно и когда ты мне писал. Допустим… история произошла перед Рождеством, так? Ты приехал домой через два дня. В принципе, ты мог успеть мне написать. Ну и что? Это письмо, даже существуй оно, ничего бы не доказывало, к тому же ворошить старое вовсе не в его интересах…
Я запнулся и посмотрел на Джона. Наверняка он понял, что произошло тогда в школе. В конце концов, увы, ситуация не так редка…
— Может, его все-таки интересовали не письма, — предположил доктор, — а дневники? Предположим, Шерлок мог не успеть отправить письмо, но оставил запись в дневнике.
— Но он точно не мог знать, что Шерлок оставил свои дневники у меня, — вздохнул я. — Логичнее было бы искать тогда у вас. Так что нет, он искал то, о чем говорил — письма. Нелепица какая-то… Вдруг он считает, что ты описывал мне в письмах какую-то совсем другую ситуацию? Что-то другое, что сейчас ему повредит? Но я не помню ничего такого в твоих письмах… ничего криминального… Ты не помнишь?
— Если и было что-то криминальное в моих письмах, — сказал Шерлок, — так это в тех — из университета, которые ты сжег. Их три было, кажется? Но у Мейси университетского образования нет. Никто с ним откровенничать не стал бы — он чужак.
— Их было четыре, — поправил я и покосился на Джона, но он сидел с самым невозмутимым видом. Ладно, захочет — сам потом у Шерлока спросит. — Ты мне их, кстати, так и задолжал, мой мальчик. Шерлок написал мне в свое время несколько писем, которые я посчитал опасным хранить — слишком уж откровенные в них высказывались мысли, — пояснил я Джону. — Я сжег их, и это были единственные четыре письма от брата, которые я не сохранил, все остальные вы только что видели, дорогой мой доктор. Так вот, когда Шерлок приехал, я сказал, что уничтожил эти письма и он теперь должен написать мне четыре письма заново, так сказать — для точного счета. Помнишь, мой мальчик?
Пока я говорил все это, у меня в голове вертелась еще какая-то мысль. Наконец я поймал ее.
— Этот грабитель сказал, что был слугой моего сокурсника, но этого точно не могло быть. То, что он описал — что студенты смеялись из-за писем — не соответствует действительности. Никто — то есть вообще никто, кроме самого Шерлока и Берты, при которой я иногда перечитываю какие-то из этих писем — не знает, что я вообще их храню. Я увозил их домой частями, никто не видел их в таком количестве. Да и не стал бы никто в Оксфорде смеяться над этим. Нет, мы правы, наш неудачник-грабитель — Мейси. Вот только я так и не могу понять, что он искал на самом деле… Письма действительно совершенно невинные — обычные детские письма. Из них можно понять только то, что мы с братом всегда очень любили друг друга. Хм… Шерлок, а мог он… он ведь говорил тебе, будто думает…
Ну что я мямлю, в конце концов, — дети мы, что ли?
— Он полагал, что у нас с тобой не просто братская близость, помнишь? Может быть, он ищет какое-то подтверждение этому? Хочет таким образом зацепить меня?
— Ну… он ненормальный в таком случае, — Шерлок потер лоб. — Если он наводил о тебе какие-то справки, он должен понимать, что ты ему не по зубам. Он, конечно, подлец, но он не идиот.
У Джона было такое лицо… Он-то точно считал Мейси идиотом.
— Он может сильно ненавидеть меня и слишком жаждать мести, — я пожал плечами. — Если он уверен в своих предположениях и надеялся найти подтверждение моей извращенности в письмах… ты представляешь, какой будет скандал? Либо он получит способ шантажировать меня этим до конца жизни… У вас свежий взгляд на ситуацию, что вы думаете, Джон, дорогой?
«Дорогой Джон» никак не мог прийти в себя от такого количества информации. Но мысль выдал здравую:
— Если было что-то, чего вы не помните, то, может, стоит посмотреть дневники Шерлока? Их ведь, наверное, немного?
— Ну, хуже не станет. Я все-таки думаю, что это письма, и Мейси ищет подтверждения гипотезы с инцестом. Но почему бы и не посмотреть.
Я встал и снова открыл сейфовую дверь. Вытащил коробку с дневниками, достал стопку — несколько толстых тетрадей.
— Это мой, я начал вести его в пять лет, когда пошел в школу. Последняя запись… в день похорон мамы. Больше я никогда не писал ничего в дневник. А вот это — твои.
Я протянул стопку тетрадей брату.
— Просмотри, вдруг там и правда есть что-то, чего не было в письмах.
Шерлок взял дневники и начал пролистывать их.
— В самом деле, очень странно, — задумчиво протянул Шерлок. — Мы учились вместе меньше года и с тех пор никогда не виделись. Какой ему интерес в детских письмах? Даже если бы он нашел какие-то, где я писал о нем, то он бы прочитал там только самые восторженные отзывы.
— Даже если бы прочел невосторженные… он же не может знать, что именно и когда ты мне писал. Допустим… история произошла перед Рождеством, так? Ты приехал домой через два дня. В принципе, ты мог успеть мне написать. Ну и что? Это письмо, даже существуй оно, ничего бы не доказывало, к тому же ворошить старое вовсе не в его интересах…
Я запнулся и посмотрел на Джона. Наверняка он понял, что произошло тогда в школе. В конце концов, увы, ситуация не так редка…
— Может, его все-таки интересовали не письма, — предположил доктор, — а дневники? Предположим, Шерлок мог не успеть отправить письмо, но оставил запись в дневнике.
— Но он точно не мог знать, что Шерлок оставил свои дневники у меня, — вздохнул я. — Логичнее было бы искать тогда у вас. Так что нет, он искал то, о чем говорил — письма. Нелепица какая-то… Вдруг он считает, что ты описывал мне в письмах какую-то совсем другую ситуацию? Что-то другое, что сейчас ему повредит? Но я не помню ничего такого в твоих письмах… ничего криминального… Ты не помнишь?
— Если и было что-то криминальное в моих письмах, — сказал Шерлок, — так это в тех — из университета, которые ты сжег. Их три было, кажется? Но у Мейси университетского образования нет. Никто с ним откровенничать не стал бы — он чужак.
— Их было четыре, — поправил я и покосился на Джона, но он сидел с самым невозмутимым видом. Ладно, захочет — сам потом у Шерлока спросит. — Ты мне их, кстати, так и задолжал, мой мальчик. Шерлок написал мне в свое время несколько писем, которые я посчитал опасным хранить — слишком уж откровенные в них высказывались мысли, — пояснил я Джону. — Я сжег их, и это были единственные четыре письма от брата, которые я не сохранил, все остальные вы только что видели, дорогой мой доктор. Так вот, когда Шерлок приехал, я сказал, что уничтожил эти письма и он теперь должен написать мне четыре письма заново, так сказать — для точного счета. Помнишь, мой мальчик?
Пока я говорил все это, у меня в голове вертелась еще какая-то мысль. Наконец я поймал ее.
— Этот грабитель сказал, что был слугой моего сокурсника, но этого точно не могло быть. То, что он описал — что студенты смеялись из-за писем — не соответствует действительности. Никто — то есть вообще никто, кроме самого Шерлока и Берты, при которой я иногда перечитываю какие-то из этих писем — не знает, что я вообще их храню. Я увозил их домой частями, никто не видел их в таком количестве. Да и не стал бы никто в Оксфорде смеяться над этим. Нет, мы правы, наш неудачник-грабитель — Мейси. Вот только я так и не могу понять, что он искал на самом деле… Письма действительно совершенно невинные — обычные детские письма. Из них можно понять только то, что мы с братом всегда очень любили друг друга. Хм… Шерлок, а мог он… он ведь говорил тебе, будто думает…
Ну что я мямлю, в конце концов, — дети мы, что ли?
— Он полагал, что у нас с тобой не просто братская близость, помнишь? Может быть, он ищет какое-то подтверждение этому? Хочет таким образом зацепить меня?
— Ну… он ненормальный в таком случае, — Шерлок потер лоб. — Если он наводил о тебе какие-то справки, он должен понимать, что ты ему не по зубам. Он, конечно, подлец, но он не идиот.
У Джона было такое лицо… Он-то точно считал Мейси идиотом.
— Он может сильно ненавидеть меня и слишком жаждать мести, — я пожал плечами. — Если он уверен в своих предположениях и надеялся найти подтверждение моей извращенности в письмах… ты представляешь, какой будет скандал? Либо он получит способ шантажировать меня этим до конца жизни… У вас свежий взгляд на ситуацию, что вы думаете, Джон, дорогой?
«Дорогой Джон» никак не мог прийти в себя от такого количества информации. Но мысль выдал здравую:
— Если было что-то, чего вы не помните, то, может, стоит посмотреть дневники Шерлока? Их ведь, наверное, немного?
— Ну, хуже не станет. Я все-таки думаю, что это письма, и Мейси ищет подтверждения гипотезы с инцестом. Но почему бы и не посмотреть.
Я встал и снова открыл сейфовую дверь. Вытащил коробку с дневниками, достал стопку — несколько толстых тетрадей.
— Это мой, я начал вести его в пять лет, когда пошел в школу. Последняя запись… в день похорон мамы. Больше я никогда не писал ничего в дневник. А вот это — твои.
Я протянул стопку тетрадей брату.
— Просмотри, вдруг там и правда есть что-то, чего не было в письмах.
Шерлок взял дневники и начал пролистывать их.
Страница 10 из 129
