Фандом: My Little Pony. Преступления, хоть редкие и не слишком серьезные, в Эквестрии случались и раньше, но ряд недавних происшествий в столице поставил стражей порядка в тупик. Почему пони, на первый взгляд не имеющие никаких мотивов, стали совершать поступки, угрожающие жизни и здоровью других, да еще и проявляя при этом владение совершенно несвойственными им навыками? Ограничится ли география подобных случаев Кантерлотом? Не связано ли происходящее с таинственным врагом Принцесс, преследующим непонятные цели? И главное — кому довериться, когда каждый может оказаться врагом?
Добавить в моё избранное
140 мин, 3 сек 14625
Она замолчала на полуслове, остановленная жестом дракона, который неожиданно повернул голову в сторону входа в лабораторию и прислушался. В таких вопросах ему смело можно было доверять: его органы чувств отчетливее ощущали не только магию.
— Кажется, отдых отменяется, — фыркнул Гарнет.
К тому времени Коралл тоже услышала цокот копыт из коридора, а через несколько мгновений двери распахнулись, пропуская слегка потрепанного, не выспавшегося Брайт Майнда в сопровождении нескольких стражников. Двое из них несли нечто, напоминавшее грубоватые носилки, на которых, обездвиженный, лежал связанный светло-синий единорог. Веревки туго стягивали его копыта, не оставляя ни малейшего шанса вырваться, а на роге виднелось небольшое металлическое кольцо — магический ограничитель, призванный не дать пленному колдовать. Воздух вокруг носилок, окрашенный в синий цвет какого-то заклинания, слегка подрагивал.
— Доктор Афтерглоу, мистер Гарнет, — устало махнул копытом Майнд, — больной в активной фазе, как заказывали, и я смею надеяться, что пробудет в ней еще некоторое время — он под заклинанием стазиса.
Коротко переглянувшись, Коралл и Гарнет слаженно, будто и не было множества часов напряженной работы, принялись готовить оборудование для диагностики, и уже пару минут спустя пони оказался на пьедестале. Гвардейцы сняли с пленного заклинание, и его накрыло поле магического комплекса.
— Так, вижу признаки деструкции прототипа, — говорила Коралл, глядя на пациента глазами своего ассистента. — Здесь пока ничего нового. А это еще что?
Внезапно кобылка запнулась, глаза ее расширились от изумления, а дыхание резко участилось, словно ей вдруг перестало хватать воздуха. Дракон выглядел не лучше: попятившись от установки, он бессвязно бормотал: «Нет, не может быть… Не может быть»…
— Доктор? — подал голос не на шутку встревоженный такой реакцией Брайт. — Что случилось?
Коралл, прейдя в себя, ошарашенно взглянула на стражника и пробормотала:
— Оно… Оно — искусственное!
— Простите? — Майнд даже помотал головой, полагая, что после бессонной ночи слух подводит его. — Боюсь, я вас неправильно понял. Что значит искусственное?
— Это проще показать… Гарнет, выведи мыслеобраз на внешнее полотно…
Дракон, все еще находящийся под впечатлением от увиденного, безмолвно повиновался, и на магической проекции появилось изображение маленького участка ментально-энергетического прототипа единорога. При взгляде на него Брайт Майнд мгновенно осознал, почему ту пресловутую схему доктор Афтерглоу характеризовала не иначе, как «абстрактную» и«сильно упрощенную»: в представшей перед ним паутине волшебных нитей он без подсказки не понял бы абсолютно ничего.
— Вот это — инжекторный комплекс, — Коралл указала на странный набор энергетических элементов, похожий на карикатурное насекомое с множеством лапок и извивающихся усиков. Прицепленный к основной массе силовых линий где-то сбоку, он смотрелся чуждо. — Специальное заклинание, используемое врачами для доставки корректирующих энергоструктур к поврежденным участкам прототипов. Естественным образом нижекторы не образуются. А теперь посмотрите — повреждения прототипа идут как раз от него.
И действительно, сияющие приятным желтым светом нити магии вблизи странного образования выглядели тонкими, перепутанными и, за неимением лучшего термина, потрепанными, в то время как на периферии, подальше от инжектора, все было в относительном порядке.
— Я считаю, именно полезная нагрузка этого заклинания вызвала приступ СПСИ, — объяснила Коралл и, рассеянно покачав головой, прошептала: — Невероятно… Только подумайте… Создатель этого инжектора смог по-своему использовать возбудитель меточной оспы! Кто бы ни был автором, он добился умопомрачительных результатов!
— Превратить городских жителей в бомбы замедленного действия — по-моему, не ахти какой прогресс! — язвительно фыркнул Майнд.
— О, простите…
— Это вы простите, — выдохнул стражник, потирая покрасневшие от недосыпа глаза. — Тут никаких нервов не хватит… Скажите, доктор Афтерглоу, кто из эквестрийских специалистов, по-вашему, смог бы добиться подобных результатов?
Коралл призадумалась.
— Навскидку… Всего один-два института за последние несколько лет смогли сравниться с ЦЛЭА, — после небольшой паузы сказала она. — Один расположен в Филлидельфии, другой — в Мэйнхэттене, и я бы поставила на последний: там собралась очень внушительная команда серьезных ученых.
— Это мы проверим, — Майнд быстро записал сведения в блокнот. — А что насчет принципа заражения?
— Ах да, — спохватилась Коралл и вновь принялась изучать МЭП-структуры пленного. — Теперь нам есть, от чего отталкиваться: если учесть, что для доставки возбудителя используется инжектор, передача может осуществляться через простой контакт ауры — применение заклинания, прикосновение.
— Кажется, отдых отменяется, — фыркнул Гарнет.
К тому времени Коралл тоже услышала цокот копыт из коридора, а через несколько мгновений двери распахнулись, пропуская слегка потрепанного, не выспавшегося Брайт Майнда в сопровождении нескольких стражников. Двое из них несли нечто, напоминавшее грубоватые носилки, на которых, обездвиженный, лежал связанный светло-синий единорог. Веревки туго стягивали его копыта, не оставляя ни малейшего шанса вырваться, а на роге виднелось небольшое металлическое кольцо — магический ограничитель, призванный не дать пленному колдовать. Воздух вокруг носилок, окрашенный в синий цвет какого-то заклинания, слегка подрагивал.
— Доктор Афтерглоу, мистер Гарнет, — устало махнул копытом Майнд, — больной в активной фазе, как заказывали, и я смею надеяться, что пробудет в ней еще некоторое время — он под заклинанием стазиса.
Коротко переглянувшись, Коралл и Гарнет слаженно, будто и не было множества часов напряженной работы, принялись готовить оборудование для диагностики, и уже пару минут спустя пони оказался на пьедестале. Гвардейцы сняли с пленного заклинание, и его накрыло поле магического комплекса.
— Так, вижу признаки деструкции прототипа, — говорила Коралл, глядя на пациента глазами своего ассистента. — Здесь пока ничего нового. А это еще что?
Внезапно кобылка запнулась, глаза ее расширились от изумления, а дыхание резко участилось, словно ей вдруг перестало хватать воздуха. Дракон выглядел не лучше: попятившись от установки, он бессвязно бормотал: «Нет, не может быть… Не может быть»…
— Доктор? — подал голос не на шутку встревоженный такой реакцией Брайт. — Что случилось?
Коралл, прейдя в себя, ошарашенно взглянула на стражника и пробормотала:
— Оно… Оно — искусственное!
— Простите? — Майнд даже помотал головой, полагая, что после бессонной ночи слух подводит его. — Боюсь, я вас неправильно понял. Что значит искусственное?
— Это проще показать… Гарнет, выведи мыслеобраз на внешнее полотно…
Дракон, все еще находящийся под впечатлением от увиденного, безмолвно повиновался, и на магической проекции появилось изображение маленького участка ментально-энергетического прототипа единорога. При взгляде на него Брайт Майнд мгновенно осознал, почему ту пресловутую схему доктор Афтерглоу характеризовала не иначе, как «абстрактную» и«сильно упрощенную»: в представшей перед ним паутине волшебных нитей он без подсказки не понял бы абсолютно ничего.
— Вот это — инжекторный комплекс, — Коралл указала на странный набор энергетических элементов, похожий на карикатурное насекомое с множеством лапок и извивающихся усиков. Прицепленный к основной массе силовых линий где-то сбоку, он смотрелся чуждо. — Специальное заклинание, используемое врачами для доставки корректирующих энергоструктур к поврежденным участкам прототипов. Естественным образом нижекторы не образуются. А теперь посмотрите — повреждения прототипа идут как раз от него.
И действительно, сияющие приятным желтым светом нити магии вблизи странного образования выглядели тонкими, перепутанными и, за неимением лучшего термина, потрепанными, в то время как на периферии, подальше от инжектора, все было в относительном порядке.
— Я считаю, именно полезная нагрузка этого заклинания вызвала приступ СПСИ, — объяснила Коралл и, рассеянно покачав головой, прошептала: — Невероятно… Только подумайте… Создатель этого инжектора смог по-своему использовать возбудитель меточной оспы! Кто бы ни был автором, он добился умопомрачительных результатов!
— Превратить городских жителей в бомбы замедленного действия — по-моему, не ахти какой прогресс! — язвительно фыркнул Майнд.
— О, простите…
— Это вы простите, — выдохнул стражник, потирая покрасневшие от недосыпа глаза. — Тут никаких нервов не хватит… Скажите, доктор Афтерглоу, кто из эквестрийских специалистов, по-вашему, смог бы добиться подобных результатов?
Коралл призадумалась.
— Навскидку… Всего один-два института за последние несколько лет смогли сравниться с ЦЛЭА, — после небольшой паузы сказала она. — Один расположен в Филлидельфии, другой — в Мэйнхэттене, и я бы поставила на последний: там собралась очень внушительная команда серьезных ученых.
— Это мы проверим, — Майнд быстро записал сведения в блокнот. — А что насчет принципа заражения?
— Ах да, — спохватилась Коралл и вновь принялась изучать МЭП-структуры пленного. — Теперь нам есть, от чего отталкиваться: если учесть, что для доставки возбудителя используется инжектор, передача может осуществляться через простой контакт ауры — применение заклинания, прикосновение.
Страница 29 из 43
