Тот человек

Необычно красная скала сплошь была покрыта цветами, среди прочих Лестрейд отыскал ромашки, сорвал одну, отрывая один лепесток за другим — любит-не любит. Вышло — любит. Кто, правда, он и понятия не имел. Такого покоя, безмятежности он не чувствовал очень давно, пожалуй, и вправду стоило покинуть офис ради вот этого. В следующий раз надо настоять, чтобы и Холмс спустился вместе с ним. Ему здесь побыть тоже не помешает.

Лестрейд усмехнулся, вспоминая недавнюю свою эскападу и примирение. Заглаживал косяк, а накосячил, похоже, еще больше. С какой-то стати стал спрашивать значение имени Холмса. Близкие друзья должны все знать друг о друге. По сценарию они близкие друзья. А в жизни — почти враги. И это… обидно? А если задуматься, хотел бы он такого друга, как Майкрофт Холмс? Тот вообще умеет дружить? Эта ледяная глыба, всегда стоящая выше мира, не признающая ни одной слабости, умеет дружить? Шерлок вот умеет, убить за друга готов. Что уж там было у Магнуссена на Джона, но Шерлок это явно критичным не считал. А Майкрофт? Умеет он так? Да и надо ли? Но он всегда где-то на страже Шерлока, всегда рядом, и сколько раз это выручало и его, Лестрейда, на самом-то деле. С Шерлоком ведь недолго попасть в беду… Правда, с Майкрофтом теперь — тоже.

С Лионелем, поправил он сам себя. И, пожалуй, уже лучше вернуться. А то от Хо… Лионеля ему еще и попадет. Да и вообще, наверное, не стоит так надолго уходить. Все-таки его сегодня в телохранители произвели. Обратный путь, однако, дался ему не так легко. Должно быть, усталость от дороги вся разом навалилась теперь, когда представилась возможность наконец расслабиться. Закрыв калитку, Лестрейд почувствовал себя ужасно утомленным. Он вспомнил про лавку, и про отсутствие у нее спинки — тоже, прошелся между грядок и открыл дверь в сарайчик. Сено… такое мягкое. На пару минут…

Он лег на него и раскинул руки, втягивая успокаивающий, почти забытый запах. На секундочку прикрыл глаза и…

Проснулся Лестрейд от непонятных резких звуков. Он подскочил и замер, пытаясь сориентироваться в полной темноте. Звуки, по всей видимости, шли из-за стены — между двумя частями сарайчика была обыкновенная деревянная перегородка. И напоминали они… черт!

Лестрейд почувствовал, как мигом заполыхало лицо.

За стеной трахались. Сильно. Бешено. Стоны то и дело перекрывали друг друга, и оба голоса были мужские. Соседи, конечно же, вспомнил он.

А еще — на улице темно. Дверь предательски заскрипела, но Лестрейду было все равно. Он даже не брался подсчитывать, сколько часов уже к этому моменту отсутствовал. Одно было совершенно ясно — Холмс его убьет.

Глава 14

Подойдя к дому, Лестрейд с облегчением увидел свет не только в комнате на втором этаже, но и внизу, за дверью. Он дернул за ручку, но дверь не открылась. Конечно же, Холмс должен был запереться. Лестрейд обошел коттедж, но и парадная дверь не поддалась. Он прислонился к ней лбом и, погладив пальцами латунное кольцо-стучалку, минуту постоял так, оттягивая неизбежное. Дом был окутан покоем и тишиной, высоко в небе торжественно плыл огромный шар луны, далеко в деревне заливисто, но дружелюбно тявкала собака. Так хорошо, так правильно. Почему всегда все получается неправильно у него?

Лестрейд решительно взялся за кольцо и постучал. Почти тут же внутри дома послышались шаги, лестница внизу жалобно заскрипела. Потом все звуки замерли.

— Это я, — негромко сказал Лестрейд.

Дверь распахнулась. Холмс, опустив что-то в карман халата, отступил вглубь.

— Что ж, ты выспался, — едва взглянув на Лестрейда, равнодушно бросил он. — Ужин на плите. Поговорим через тридцать минут.

Лестрейд проводил взглядом чересчур прямую спину и вошел в кухню. Судя по реакции Холмса на его приход, разговор должен быть многообещающим. Лестрейд устало опустился на стул. Лучше бы уж Холмс поджимал губы и отпускал уничижительные комментарии. Впрочем, все это, возможно, еще предстоит.

В сковородке на плите оказались умопомрачительно пахнущее мясо и не менее умопомрачительно пахнущие овощи. Но Лестрейду кусок в горло не полез. Тем более, судя по очисткам в помойке, Холмс приготовил еду сам. В другое время Лестрейд в очередной раз удивился бы еще одному обнаруженному таланту и порадовался бы, что ему не придется готовить самому, но сейчас подобный бонус казался слишком незаслуженным. Он сделал себе кофе и очень медленно выпил его, растягивая каждый глоток. Потом бросил взгляд на часы — оставалось еще почти пятнадцать минут. Не выдержав, Лестрейд поднялся наверх и, не глядя на сидящего с ноутбуком в кресле Холмса, вошел в свою комнату. Нетронутая сигаретная пачка лежала в кармане рюкзака.

На улице его немного отпустило. Он вышел в сад и, закурив, пошел по направлению к лавочке. И замер, услышав за кустами голоса. Конечно, опять соседи!

— Ми амор, — протяжно, сладко выдохнул один. Это его, наверное, сейчас трахали.