Фандом: Шерлок BBC, Farsantes. Побег-Прованс-пара соседей — что еще нужно, чтобы жизнь скромного инспектора Скотланд-Ярда изменилась навсегда? Вот только к добру ли?
Добавить в моё избранное
225 мин, 20 сек 20837
— Ми вида, — голос, наполненный пронзительной тоской, явно принадлежал мужчине постарше.
Оба слова входили в испанский словарный запас Лестрейда, состоявший аж из пяти слов. Сразу сложилась картинка — оба любовника женаты и приезжают сюда раз в год, чтоб побыть на свободе друг с другом в единственно доступные пару недель. Вздохнув, он вернулся к парадному крыльцу и сел на ступеньку. К геям он относился ни хорошо, ни плохо, никак. А единственный его собственный сексуальный опыт с мужчинами состоял в том, что в 17 лет ему как-то отдрочил друг.
В тот вечер они поперлись в клуб снять пару девчонок, и вскоре одна из них вполне себе успешно прыгала на члене Лестрейда на лавке на заднем дворе, а он в восторге от новой подружки мял под майкой ее упругие груди. Непритворные томные стоны возбуждали до звездочек в голове, и Лестрейд чувствовал, что не продержится долго, когда во двор выбежала вторая девица, Жасмин, со страшным шепотом:
— Лиз, там Питер.
— Блядь, — сказала Лиз, замерев. Потом убрала руки Лестрейда с груди, слезла с члена, отыскала в кармане своей крутой кожаной куртки носовой платок, деловито вытерла им между ног, поправила короткую юбку и как ни в чем не бывало ушла в клуб.
Снимать в так погано окончившийся вечер кого-то еще не хотелось, а стояк остался. Освальд вообще был обижен: Лестрейд-то хоть склеил Лиз, а на него Жасмин даже и не взглянула. Они уныло поплелись домой, и по дороге в глухом переулке Освальд толкнул обалдевшего — и, конечно же, очень пьяного — Лестрейда к стене, мигом приспустил его штаны и в десяток движений довел до логичного конца. Наутро они сделали вид, что ничего не было, и никогда об этом не говорили. Через пару лет Освальд благополучно женился, а еще через пару лет погиб в погоне с перестрелкой. В той самой, за которую Лестрейда повысили в первый раз.
Он затянулся напоследок, отгоняя воспоминания, и пошел в коттедж. Холмс был наверху — закрывал жалюзи в маленькой гостиной. На ближайшем к Лестрейду кресле лежала карта.
— Здесь отмечены все заправки и места, где можно стоять на ближайших дорогах, — сказал Холмс. — Черная галочка — пункт отправления, до него пойдете отсюда пешком. Ваша задача — убраться из Прованса как можно скорей.
— Вы прогоняете меня? — ошеломленно уточнил Лестрейд.
— Вы ожидали чего-то другого? — брезгливо осведомился Холмс.
— Черт возьми, любой может случайно уснуть!
— Нет, — покачал головой Тот. — Не любой. — Он вынул из кармана листок, в который было завернуто что-то твердое. — На этой карточке достаточно средств, чтобы оплатить ваше путешествие по Европе. Оплата осуществляется через особую виртуальную карту, так что отследить движение средств невозможно. Пинкоды записаны здесь. Не останавливайтесь нигде дольше одного дня. Не ездите поездами. Сначала отправляйтесь в Германию, потом исследуйте соседние страны. Пользуйтесь французским паспортом, Тома-Жозеф действительно существовал, действительно был ученым и во время землетрясения его тело не было опознано. Так что гипотетически он жив. В случае неприятностей звоните по телефонам, спрятанным в обложке паспорта. Скажете, что от меня. Через две недели возвращайтесь в Англию. Ваш паспорт у сержанта Донован, она же получит инструкции, где искать ваше оружие.
— Это уже какой-то бред, — воскликнул Лестрейд. Он бросил карту на пол и упал в кресло. — Я понимаю, я виноват. Но вы же взрослый человек, Холмс. Вы знаете мое досье, вы не можете не понимать, что я не стал бы намеренно пренебрегать своими обязанностями. Я действительно исследовал местность, прикидывая на всякий случай пути отхода, потом случайно забрел в сарай, прилег на минутку из-за больной спины и тут же вырубился. Если уж на то пошло, от вас даже прямого приказа не было, когда я должен вернуться. И вы же знали все это время, где я находился, и…
— Нет, не все, — перебил Холмс. — И для того, чтобы узнать это, мне пришлось потратить время, которое было отведено на важнейшую и очень срочную государственную работу, вступить в контакт с весьма сомнительными соседями, а также оставить без присмотра в доме документы, публикация которых может вызвать третью мировую войну. Причем Англии в нее придется вступать одной, так как никто больше не рискнет выступить на ее стороне.
— Послушайте, Холмс, если вы таскаете с собой такие важные документы, вам тем более нужен телохранитель!
— И как вы собираетесь защищать меня? Руками против снайперской винтовки? Ваши навыки в боевых искусствах также оставляют желать лучшего, так что в случае чрезвычайной ситуации мне придется присматривать еще и за вами.
— Перевязки? — слабо возразил Лестрейд.
— Благодарю, но я чувствую себя достаточно хорошо и уверен, что справлюсь сам. И уж если быть совсем откровенным, инспектор, ваше присутствие раздражает меня, мешает сосредоточиться, а максимально сосредоточиться — это самое главное для меня сейчас.
Оба слова входили в испанский словарный запас Лестрейда, состоявший аж из пяти слов. Сразу сложилась картинка — оба любовника женаты и приезжают сюда раз в год, чтоб побыть на свободе друг с другом в единственно доступные пару недель. Вздохнув, он вернулся к парадному крыльцу и сел на ступеньку. К геям он относился ни хорошо, ни плохо, никак. А единственный его собственный сексуальный опыт с мужчинами состоял в том, что в 17 лет ему как-то отдрочил друг.
В тот вечер они поперлись в клуб снять пару девчонок, и вскоре одна из них вполне себе успешно прыгала на члене Лестрейда на лавке на заднем дворе, а он в восторге от новой подружки мял под майкой ее упругие груди. Непритворные томные стоны возбуждали до звездочек в голове, и Лестрейд чувствовал, что не продержится долго, когда во двор выбежала вторая девица, Жасмин, со страшным шепотом:
— Лиз, там Питер.
— Блядь, — сказала Лиз, замерев. Потом убрала руки Лестрейда с груди, слезла с члена, отыскала в кармане своей крутой кожаной куртки носовой платок, деловито вытерла им между ног, поправила короткую юбку и как ни в чем не бывало ушла в клуб.
Снимать в так погано окончившийся вечер кого-то еще не хотелось, а стояк остался. Освальд вообще был обижен: Лестрейд-то хоть склеил Лиз, а на него Жасмин даже и не взглянула. Они уныло поплелись домой, и по дороге в глухом переулке Освальд толкнул обалдевшего — и, конечно же, очень пьяного — Лестрейда к стене, мигом приспустил его штаны и в десяток движений довел до логичного конца. Наутро они сделали вид, что ничего не было, и никогда об этом не говорили. Через пару лет Освальд благополучно женился, а еще через пару лет погиб в погоне с перестрелкой. В той самой, за которую Лестрейда повысили в первый раз.
Он затянулся напоследок, отгоняя воспоминания, и пошел в коттедж. Холмс был наверху — закрывал жалюзи в маленькой гостиной. На ближайшем к Лестрейду кресле лежала карта.
— Здесь отмечены все заправки и места, где можно стоять на ближайших дорогах, — сказал Холмс. — Черная галочка — пункт отправления, до него пойдете отсюда пешком. Ваша задача — убраться из Прованса как можно скорей.
— Вы прогоняете меня? — ошеломленно уточнил Лестрейд.
— Вы ожидали чего-то другого? — брезгливо осведомился Холмс.
— Черт возьми, любой может случайно уснуть!
— Нет, — покачал головой Тот. — Не любой. — Он вынул из кармана листок, в который было завернуто что-то твердое. — На этой карточке достаточно средств, чтобы оплатить ваше путешествие по Европе. Оплата осуществляется через особую виртуальную карту, так что отследить движение средств невозможно. Пинкоды записаны здесь. Не останавливайтесь нигде дольше одного дня. Не ездите поездами. Сначала отправляйтесь в Германию, потом исследуйте соседние страны. Пользуйтесь французским паспортом, Тома-Жозеф действительно существовал, действительно был ученым и во время землетрясения его тело не было опознано. Так что гипотетически он жив. В случае неприятностей звоните по телефонам, спрятанным в обложке паспорта. Скажете, что от меня. Через две недели возвращайтесь в Англию. Ваш паспорт у сержанта Донован, она же получит инструкции, где искать ваше оружие.
— Это уже какой-то бред, — воскликнул Лестрейд. Он бросил карту на пол и упал в кресло. — Я понимаю, я виноват. Но вы же взрослый человек, Холмс. Вы знаете мое досье, вы не можете не понимать, что я не стал бы намеренно пренебрегать своими обязанностями. Я действительно исследовал местность, прикидывая на всякий случай пути отхода, потом случайно забрел в сарай, прилег на минутку из-за больной спины и тут же вырубился. Если уж на то пошло, от вас даже прямого приказа не было, когда я должен вернуться. И вы же знали все это время, где я находился, и…
— Нет, не все, — перебил Холмс. — И для того, чтобы узнать это, мне пришлось потратить время, которое было отведено на важнейшую и очень срочную государственную работу, вступить в контакт с весьма сомнительными соседями, а также оставить без присмотра в доме документы, публикация которых может вызвать третью мировую войну. Причем Англии в нее придется вступать одной, так как никто больше не рискнет выступить на ее стороне.
— Послушайте, Холмс, если вы таскаете с собой такие важные документы, вам тем более нужен телохранитель!
— И как вы собираетесь защищать меня? Руками против снайперской винтовки? Ваши навыки в боевых искусствах также оставляют желать лучшего, так что в случае чрезвычайной ситуации мне придется присматривать еще и за вами.
— Перевязки? — слабо возразил Лестрейд.
— Благодарю, но я чувствую себя достаточно хорошо и уверен, что справлюсь сам. И уж если быть совсем откровенным, инспектор, ваше присутствие раздражает меня, мешает сосредоточиться, а максимально сосредоточиться — это самое главное для меня сейчас.
Страница 26 из 63
