Тот человек

Он сидел в самом углу сарая, за охапкой сена, и никак не мог решиться: спасать чудовище или не спасать.

Насержи привез продукты в семь. Обычно он приезжал около девяти, но в этот раз без предупреждения заявился раньше на два часа.

Холмс уже сидел с ноутбуком на коленях в гостиной, и Лестрейд пошел открывать сам. Насержи был типичным подростком, который подрабатывал, доставляя продукты владельцам особняков, но Лестрейда не покидало ощущение, что что-то ему такое известно. Он высказал это Холмсу еще в первый раз, но тот лишь посмотрел на него одним из своих коронных взглядов — «не вмешивайся».

Теперь Насержи помимо пакетов протянул ему маленькую белую коробочку, перевязанную тоненькой розовой лентой.

— Одетт передала, — пояснил он.

Лестрейд отдал деньги, проводил взглядом скрывшуюся за углом дома спину — Насержи понес пакеты соседям — и пошел наверх.

— Грегори, — устало, тоном «мы же договаривались», сказал Холмс.

Лестрейд поставил на стол подарок:

— От Одетт.

Холмс перевел взгляд на коробочку, потом на него, потом опять на коробочку и вдруг рассмеялся.

— Что такого смешного?

— Ты смотришь на нее так, как будто там может быть бомба. Все в порядке, Грегори. Это мой сын.

Глава 22

Должно быть, вид у Лестрейда сделался на редкость глупый. Какой сын? Майкрофт же сказал, что… Или это он подумал, Майкрофт позволил ему думать, а…

— Это пароль, — пояснил Майкрофт, взял коробочку в руки и, открыв, протянул Лестрейду. — Местное лакомство: калиссоны. Миндаль, дынные цукаты и глазурь.

— Пароль? А сын — тоже пароль?

Майкрофт улыбнулся:

— Сын самый настоящий. Живет пока с матерью, но уже закончил парижский университет и работает в компании отчима.

— Я не понимаю. Ты спал с Одетт? У тебя есть сын? Тогда какого черта ты изображал тут со мной?! — Лестрейд ударил кулаком по креслу. — О, представляю, как тебе было смешно!

Он отошел к окну, чтобы не разбить случайно что-нибудь ценное. Например, холмсов ноутбук. Или эту наглую самодовольную рыжую морду. Хотя надо было сразу вниз, сбежать к чертовой матери. Пусть трусость и позор, только бы не видеть ржущего и довольного собой Холмса.

— Грегори, все не так, как ты думаешь. Сядь, пожалуйста. Я не могу с тобой говорить, когда ты стоишь ко мне спиной.

Лестрейд нехотя вернулся на свое место, выцедил:

— Ну и какую сказочку ты мне расскажешь на этот раз?!

Майкрофт покачал головой:

— Это нельзя рассказывать ни одной живой душе, Грегори. Разумеется, те, кто за мной охотится, об этом знают, Тайер был в курсе моей ситуации, и это даже играет мне на руку. Но больше об этом не должен узнать никто другой, в том числе Шерлок.

— Хорошо, — с трудом сдерживая раздражение, пообещал Лестрейд. — Я не скажу ему.

— Я действительно был женат. И Аллан носит мою фамилию. Он родился здесь, в этом коттедже. Это была не самая худшая сделка с моей стороны.

— Сделка?

— Фиктивный брак, Грегори. Моя сокурсница, не Одетт, ее подруга, забеременела. В высшем свете есть семьи, в которых для девушки родить ребенка без отца до сих пор немыслимо, тем более это было больше двадцати лет назад. Кроме того, могли возникнуть подозрения в отношении отца ребенка, женатого человека. Наш род нельзя отнести к высшей аристократии, это так или иначе был мезальянс, однако мы все же дворяне. И, как ты понимаешь, я уже и в юности сам по себе мог представлять определенный интерес. В университете я заканчивал два года за один, учась на двух факультетах одновременно, также к выпуску у меня уже была определенная репутация благодаря нескольким услугам, оказанным правительству в качестве аналитика, об этом стало известно. Мои перспективы всем представлялись блестящими. А что касается Виктории… Такие проблемы, как незапланированная беременность, привычно разрешаются абортами, но Виктория, — он улыбнулся, — из тех людей, кто хочет всего и сразу. И надо сказать, она обычно получает то, что хочет. В данном случае ей хотелось родить ребенка от любимого человека, дать ему приличную фамилию и при этом не лишиться наследства отца. Ко мне обратились с соответствующей просьбой. Я получил повышение статуса и нужные связи в некоторых, весьма узких, кругах. Определенно, это была очень хорошая сделка.

Сделка. И в этом, наверное, весь Холмс.

— Шерлок не знает, что брак был фиктивным. Мама… боюсь, это убьет ее, если она узнает когда-нибудь. Мы с Шерлоком вряд ли произведем на свет наследников. Аллан обожает бабушку, а она его, не вижу смысла разрушать эту идиллию.

— А сладости? Пароль?

— Несколько лет нам с Викторией пришлось прожить в одной квартире, изображая счастливое семейство, и Аллан успел привязаться ко мне. Он очень любит сладости.

— Как и ты.

— Да, у меня есть некоторые слабости, — усмехнулся Майкрофт.