Тот человек

Глава 23

— Не сейчас! — это было первое, что сказал Майкрофт, когда Лестрейд повернулся к нему.

— А…

— Ты, кажется, обещал здесь убрать, а мне надо кое-чем заняться.

— Но…

— Обсудим вечером. Погуляй пока. С Эстебаном куда-нибудь сходи.

Лестрейд вернулся со щеткой и тряпкой, Майкрофт увлеченно стучал по клавишам и в его сторону ни разу не посмотрел. Убравшись, Лестрейд спустился вниз, послонялся по кухне, потом сделал чаю и понес наверх. Подвинул столик к Майкрофту. Реакции не дождался. Прошелся пару разу по гостиной, потоптался у окна, отколупнул отстающий кусочек краски с рамы.

— Грегори, ты сейчас даже спиной в моей спине дыру протрешь, — Майкрофт встал и подошел к нему.

Лестрейд развернулся.

— Успокойся, — сказал Майкрофт мягко. — Я не Золушка, чтобы убегать от тебя. — Он протянул руку и легко, костяшками пальцев, коснулся его щеки.

Лестрейд сотрясся всем телом.

Майкрофт взглянул на него удивленно и улыбнулся, тепло и нежно.

— Я редко меняю свои решения. — Чуть подавшись вперед, Майкрофт легко коснулся его губ своими, на мгновение переплел пальцы и шепнул: — Иди.

Лестрейд сбежал с лестницы, не чуя под собой ног. Он едва справился с засовом на двери, выходящей в сад, дошел до лавочки, присел на нее, потом вспомнил, что оставил в кухне сигареты. Вернулся в дом, посмотрел на пачку и, вновь оказавшись на лавочке, понял, что так и забыл ее взять. Поерзал пару секунд, вскочил и пошел в сарай. Упал в сено, перекатился по нему вправо, влево, зарылся лицом. Лег на спину и раскинул руки, и опять перевернулся. Он не знал, чего ему хотелось — то ли обнять весь мир, то ли закрыться от него, закрыть от него их с Майкрофтом вдвоем.

Улыбка Майкрофта стояла у него перед глазами, продолжала дрожать внутри. Он никогда бы не подумал, что Майкрофт вообще может так улыбаться. Так, словно бы ему нравилось смотреть на него, Лестрейда. Словно бы ему очень нравилось смотреть на него.

Боже! Лестрейд ракетой стартовал из сена и помчался к соседям.

Сонный и мрачный Хоакин сидел на улице с ноутбуком за столом, печатал, не попадая по клавишам. Заспанный, зевающий Эстебан высовывался из окна второго этажа. Задрав майку, ухмылялся и эротично обводил пупок. Но Хоакин только поглядывал мельком неодобрительно и снова возвращался к ноутбуку. Эстебан, паршивец, однако и не думал сдаваться — усилил напор. Задрал майку уже до самых сосков, томно проводя по ним кончиками пальцев, другой рукой приспустил трусы.

Заметив, наконец, Лестрейда, который открывал и закрывал рот, не зная, как все это прервать и стоит ли прерывать вообще, Эстебан расхохотался, приветственно помахал рукой и скрылся в окне.

— И вот как с ним жить? — буркнул Хоакин, не отрываясь от экрана, покачал головой. — Он и мертвого с ума сведет, а меня в могилу загонит.

— Он любит тебя, — озвучил очевидное Лестрейд.

— Конечно любит. Только б слушал побольше, если свои мозги растерял, — Хоакин кивнул, прощаясь, прихватил ноутбук и ушел в дом.

Через пару секунд выбежал Эстебан, схватил Лестрейда за руку, потом обнял.

Лестрейд прижал его к себе, смеясь, похлопал по спине:

— Ну ты даешь! В следующий раз зови заранее, чтобы я успел купить билеты в первый ряд.

— Тебе понравилось? Не хочешь устроить такое для Леона? Уверен, что он оценит!

— Презервативы есть?

Эстебан сначала уставился на него сначала в недоумении. Потом на его лице расцвела улыбка понимания.

— Да вагон!

Он снова скрылся в доме. Лестрейд вспомнил, что не спросил про смазку. Он опустился на стул и, распластавшись на столе, положил голову на руки. Интересно, кто из них с Майкрофтом будет это применять? Впрочем, неважно. Он так хотел этого — просто прикоснуться, почувствовать близость. На секунду в памяти всплыла первая встреча, ненависть, страх. Он четко помнил, как все было, и это наполнило его сознанием какой-то небывалой победы, может быть, самой важной из всех.

До него долетел смех. Лестрейд поднял голову и посмотрел налево: Хоакин, с расстегнутым воротником, пытался закрыть окно, Эстебан обнимал его сзади, всячески мешая. Оба казались донельзя довольными. Наконец жалюзи опустились.

Эстебан, со спутанными волосами, припухшими губами, алеющим засосом у основания шеи, спустился через десять минут. Положил на стол две пачки презервативов и выставил сразу три флакона, принялся объяснять.

— Это просто любрикант с антисептическим действием. Это расслабляющий спрей, один-два раза пшикнул перед входом — и вперед. Это обезболивающая смазка. Для первого раза — точно первые два, обезболивающую лучше применять, только если все очень плохо.

— Спасибо, — Лестрейд сгреб флаконы, чувствуя, что каждый из них приближает его к Майку, делает ощущение предстоящей близости почти осязаемым.