Эйлин

Ей не хотелось ему врать, но она и сама уже не представляла себя без этого маленького, такого взрослого для своих лет человечка. Она вспомнила, как они собирались, и как ребенок стаскивал по-настоящему ценные вещи, в которых ей еще предстояло разобраться, не доверяя в этом плане такой бестолковой мамаше. — Так получилось, что теперь я твоя мама. И я тебе обещаю, что никогда тебя не оставлю и никому не позволю тебя обижать, по крайней мере, до тех пор, пока ты сам не научишься себя защищать. — Северус неуверенно кивнул. — А теперь пойдем, умоемся и переоденемся.

Поднявшись с пола, она взяла мальчика за руку и повела в маленькую ванную.

— Ты мне не ответил, тебе здесь нравится?

— Да. Мы здесь останемся жить?

— Я надеюсь на это. Вечером примем ванну, — Эйлин решила, что, если условия проживания им подойдут, то она успеет сбегать в ближайший магазин и купить хотя бы шампунь, да что-нибудь для детской гигиены. А еще лучше, если они прогуляются с Северусом, а то у нее все чаще возникало ощущение, что ребенок на улице толком и не был ни разу.

— Я не люблю ванну, — непонятно почему, но Северус прямо на глазах превращался в трехлетнего малыша. Во всяком случае, Эйлин за все то время, что находилась рядом с ним, не замечала, что мальчик хоть раз закапризничал.

— Почему? — Эйлин натянула на Северуса джинсы и озадачено посмотрела на сына.

— Вода качается, — наморщил носик ребенок. — И ты за волосы дергать будешь.

— За волосы дергать не буду — постараюсь, по крайней мере. А что значит «вода качается»?

— Она качается и меня тошнит, — Северус безошибочно почувствовал слабину и решил впервые в жизни поныть, причем, просто так, без особой причины.

Эйлин села на край ванны. У ее сына, оказывается, «морская болезнь» — а что, если это еще не все? В памяти всплыли атласы по патологической анатомии, которыми девчонок с ФИЯ пугали студенты-медики из местного медицинского университета под предлогом чего-то там перевести им с латыни.

Кроме страшных картинок, от которых ей становилась плохо, Леночка Селиванова ничего не видела, но почему-то запомнила то, что ей говорил бывший одноклассник Димка, тыча под нос атлас с самой омерзительной картинкой.

— Смотри, Селиванова, это опухоль мозга. Видишь, какая она огромная? Вначале она затрагивает мозжечок, и человека просто шатает и тошнит, ну, как при морской болезни, хотя это не одно и то же, а затем, видишь, Селиванова, она переползает на дно четвертого желудочка и… БАЦ! — сейчас Эйлин понимала, что Димка тогда ее просто пугал. Студентов-медиков вообще забавляла реакция тех же гуманитариев на их процесс обучения; им было смешно, как девочки с ФИЯ бледнеют и зеленеют от, на их взгляд, банальных вещей. Ей не надо было объяснять, что большинство подобных рассказов — полный бред, но приобретенная вместе с сыном паранойя заставила Эйлин похолодеть. А вдруг это рак? Ведь не бывает же такой формы морской болезни, чтобы ребенка в ванне укачивало. Или бывает?

Поняв, что если она начнет об этом думать, то просто свихнется, Эйлин взяла сына за руку, и они наконец прошли в столовую.

Мистер и миссис Хадсон уже сидели за столом и терпеливо дожидались своих новых жильцов. Когда Эйлин села на отведенное ей место, предварительно усадив сына на приготовленный специально для него стул с подушкой на сиденье, миссис Хадсон встала, разложила кашу по тарелкам, поставила рядом с Северусом стакан с молоком и приступила к допросу.

— Итак, Эйлин, что с вами произошло, что заставило вас куда-то поехать, причем, как я подозреваю, наугад? — Эйлин молча размазывала кашу по тарелке и не знала, с чего начать. Миссис Хадсон вздохнула. — Здесь только два варианта: или вы сбежали от мужа, или от родителей, потому что не были замужем, родив ребенка вне брака. Так какой вариант верен?

— Первый, — Эйлин наконец оторвалась от созерцания каши и посмотрела на хозяйку дома.

— Все так плохо? — в голосе профессора биологии прозвучали сочувствующие нотки.

— Все еще хуже, чем просто плохо.

— Понятно. Значит так, пятнадцать фунтов в месяц. Кушать вы будете с нами, это не обсуждается, — не терпящим возражения тоном проговорила хозяйка. — Чем вы предполагаете заняться?

— Я знаю несколько языков и имею опыт перевода текстов. Однако у меня нет диплома о полученном образовании. Поэтому, кроме всего прочего, я думаю немного встать на ноги и прослушать несколько циклов в университете.

— Похвальное желание. Если вам понадобятся словари или какие-нибудь энциклопедии, то вы можете воспользоваться нашей библиотекой. Так, что еще? Здесь недалеко есть супермаркет и детская игровая площадка. Кроме того, я полагаю, что Северусу вполне комфортно будет в саду. Могу даже предложить вам свои услуги в качестве няни на то время, когда вам нужно будет отлучиться из дома, — Эйлин удивленно взглянула на хозяйку и увидела, как та очень тепло смотрит на уплетающего кашу Северуса.