Указ №206

У Тео десять сиклей в кармане и фальшивые документы. Его не должно быть сейчас здесь, в Лютном переулке. И в Лондоне тоже. Надо было уехать сразу, пока неразбериха не утихла.

Надо было уехать.

Нотт услышал голоса — громкие, нахальные — и попытался сильнее вжаться в стену дома. Мантия давно и безнадёжно испорчена, так что какая разница, чем её пачкать? Тео задержал дыхание, жалея, что нельзя наложить дезиллюминационные чары: в Министерстве отслеживали используемые заклинания, и он выбросил палочку, чтобы не было соблазна использовать её.

Свет от Люмоса слепил, и патруль прошёл совсем рядом, но — слава Мерлину! — не заметил. Тео облегчённо выдохнул.

Она придёт — он это точно знал. Не может не прийти.

Нотт вспомнил заплаканные глаза, изнеможённое лицо и тихое: «Помоги!» Вспомнил и сильнее сжал в кармане фальшивые документы и билеты на маггловский лайнер, который отплывал ровно в десять. Времени оставалось совсем мало, но Нотт был терпеливым человеком.

Он, несмотря ни на что, ждал её.

Ему безумно хотелось оказаться на континенте, хотелось без оглядки гулять по улицам и дышать полной грудью.

Дышать свободой.

Забыть последние три года как страшный сон. Всё забыть, кроме заплаканных глаз.

Тео ждал, и его терпение было вознаграждено.

Тихий стук каблуков, тень, пугливой кошкой скользящая по грязным стенам обветшалых домов, и шёпот:

— Ты здесь, Тео?

Дафна боялась — это было слышно по тому, как она проглатывала окончания слов. Нотт выдохнул и поймал её за руку. Сжал крепко, до синяков на нежной коже. Он был зол и напуган и хотел накричать на неё, глупую и неосторожную, но сдержался. По крайней мере, хоть у одного из них должны быть мозги, чтобы выбраться из этой ямы.

На удачу полагаться нельзя. Она дама капризная и алчная: продаст за два кната. Все друг друга продают, нынче мода такая.

Нотт вёл Дафну по переулкам, в обход центральной улицы, чтобы случайно не попасться на глаза патрулю. Поймают — отправят в Аврорат, а там допросы, комнаты-клетушки, белые стены и свет, который не гаснет ни днём, ни ночью. Уснуть невозможно, и каждый раз вздрагиваешь, когда слышишь за дверью шаги. Тео знал это, он просидел в клетушке месяц. Пустяк вроде бы, но волосы на висках стали седыми, а на лбу появились глубокие морщины.

Они с Дафной шли быстро, не оглядываясь и нигде не задерживаясь. Бежали из страны как крысы с тонущего корабля. Им нечего было терять, кроме жизни, но и за неё, по правде говоря, Тео давно перестал цепляться. А вот Дафна ещё не сдалась. Трепыхалась пойманной в силки птицей, спотыкалась, едва поспевая за Ноттом, но упрямо шла вперёд.

Старый выход в маггловский Лондон не стерегли, но даже здесь висели плакаты: огромные, красочные, с портретом Пия Тикнесса — нынешнего министра магии. Нотт поспешно отвёл взгляд, стараясь не рассматривать ненавистное лицо марионетки Тёмного лорда. Старался не думать, не чувствовать, не вспоминать. Стать чистым листом, на котором можно написать всё, что угодно.

Дафна же испуганно глазела. Льнула к нему, неосознанно ища защиты. Она всё ещё верила, и Тео от этого было смешно. Но вот они оказались на улице, рядом стояла яркая, канареечная машина. «Такси», — вспомнил Нотт название с курса маггловеденья.

— Куда вам? — спросил маггл, не оборачиваясь.

Тео похлопал по карманам в поисках клочка пергамента, на котором было записано название порта. Нашёл, протянул магглу. Тот подслеповато прищурился, разбирая мелкие буквы, кивнул, и машина тронулась с места.

Внутри пахло сигаретным дымом и дешёвыми духами. Дафна дрожала и всё время смотрела в окно: нет ли погони? Нотта это раздражало, и он обнял её. Уткнулся носом в растрёпанные волосы, одуряюще пахнущие розмарином, жадно вдыхая запах, пытаясь запомнить его. Это казалось важным.

— У нас ведь получится? — спросила Дафна.

Она не говорила «убежать», но слово повисло между ними ещё одним напоминанием их беспомощности. Тео не представлял, что с ними сделают, если поймают. Грязнокровок показательно казнили, чтобы другим неповадно было, а чистокровные… исчезали. Любое документированное упоминание о них уничтожалось так, словно их никогда не существовало.

Неизвестность пугала так же сильно, как и непростительные заклинания. Впрочем, Круцио сейчас можно услышать чаще, чем Репаро.

Пытки — любимое развлечение Тёмного лорда.

— Выхода нет только из гроба, так что не ной. — Тео попытался пошутить, но Дафна не улыбнулась, лишь вздрогнула и сильнее вцепилась в его мантию. Захочешь — не вырвешься, разве что только с кожей.

Тео подумал, что если они выберутся, то он свозит Дафну к тётке в деревню, в Италию. В сонном урочище всегда было спокойно и безопасно — самое то для двух беглецов.

Нотт даже мысленно не позволял себе произнести «когда выберемся» — боялся сглазить.