Фандом: Отблески Этерны. Группа ученых проводит тайные исследования возможностей человеческой психики.
Добавить в моё избранное
21 мин, 48 сек 11409
— он не договорил, вошел Андреа Корелли, а за ним три человека из группы. Олаф лишь глянул на них — и промолчал. Ей бы такую выдержку — Анджеле так и хотелось заорать: «Пошли все вон!» Чертов Андреа не выполнил обещания, не дал ей хотя бы подготовить пациента. Корелли ласково улыбнулся адмиралу и произнес:«Доктор Валдетти, не могли бы вы нас оставить?» Анджела сдержалась: пока не стоило устраивать публичный скандал. Она приблизилась к Олафу, делая вид, что проверяет пульс и температуру, и шепнула:«Не доверяйте этому человеку. Дождитесь меня».
«Не доверяйте этому человеку». Олаф повторял про себя эти слова… После того, что он услышал от господина в странном светло-зеленом одеянии, он был близок к помешательству… Этот господин задавал каверзные вопросы про его жизнь, на которые он отвечал прямо и честно, ему нечего было скрывать… А потом Корелли сообщил, что он, Олаф Кальдмеер, находится в другом мире. Просто в другом — и все. Тут другие люди, другие законы, другие корабли, наверное… В доказательство господин Корелли прикоснулся к выпуклости в стене, штора отъехала в сторону — и Олаф увидел зрелище, от которого у него едва не остановилось сердце… Все это было незнакомым, страшным и непонятным. А ведь он никогда не был трусом. Но эрэа Анджела сказала, что не надо доверять господину Корелли. И вообще, наверное, у него продолжается бред… Адмирал цеплялся за эту мысль, как за спасение…
— Джудитта, что они с ним делали? Ничего не вводили?
— Пока нет. Профессор хотел посмотреть, как он отреагирует, если узнает… Он держался очень спокойно, профессор даже удивился.
Еще бы! Анджела усмехнулась про себя. Ледяного Олафа так просто с толку не собьешь. Но в следующий раз Андреа может потерять терпение. Ему нужен результат — а значит, начнутся эксперименты с психикой и мозгом Олафа. Она не сможет его защитить! Вот если Кальдмеер продержится достаточно долго, Корелли утратит к нему интерес и займется другими… Но тогда… адмирал попросту перестанет быть нужным…
Доктор Валдетти не учла, насколько Андреа упорно идет к цели. Не прошло и трех часов, как раздался звонок от Джудитты.
— Синьора, профессор Корелли снова приходил… Ваш пациент вышел из повиновения! Он отказался с ним разговаривать и отвечать на вопросы! Профессор приказал ввести ему…
— Нет! — выкрикнула Анджела. — Никаких препаратов без моего разрешения! Скажи Корелли, что я скоро буду!
Она была не слишком умелым водителем, но сейчас неслась по шоссе, рискуя вылететь в кювет. Почему Андреа так спешит? Они готовились к эксперименту долго и тщательно, не жалея времени, сил и средств. Она понимала, что работа была, мягко говоря, не совсем легальной, и официально группа была занята совершенно другим. Несколько влиятельных заинтересованных лиц готовы были платить, обеспечивать безопасность и ждать результатов. Ждать долго. А вот сейчас Корелли начал форсировать события — значит, от нее что-то скрывали. Наплевать, что именно, ей даже не было обидно — просто очень страшно за Олафа.
Зачем она вообще в это ввязалась, где был ее разум? Даже объяви она сейчас о выходе из проекта, удерживать ее не станут. И довериться, кроме Джудитты, ей некому. Остальные члены группы пойдут до конца, ради денег, будущей славы, ради результатов работы, наконец. И им нет дела до пациента, вернее, «черновика», как назвал его Корелли.
Когда она, задыхаясь, влетела в комнату, увиденное заставило ее покачнуться. Кровать Олафа была превращена в кресло, его руки, лежащие на подлокотниках, фиксировали широкие ремни. Рядом стояла нахмуренная Джудитта. Адмирал был неподвижен, на каменном лице ничего не отражалось — он лишь вскинул на нее глаза, и все. Корелли, поморщившись при ее появлении, отступил назад и заложил руки за спину.
— Я должна проверить состояние пациента. — Бросив взгляд на приборы, Анджела убедилась, что пульс Олафа сильно учащен. — Профессор Корелли, пациент не может сейчас беседовать с вами, у него тахикардия. Джудитта, флакон с успокоительным! — Она быстро перевела кресло в горизонтальное положение и отстегнула ремни. У них с Джуди был уговор — не пользоваться шприцом, чтобы не пугать Олафа еще больше, поэтому медсестра поднесла к его губам хрустальную рюмочку с каплями, так ему привычней. Анджела едва заметно успокаивающе кивнула ему, и он выпил лекарство. Доктор Валдетти едва ли не силой вывела Андреа Корелли из комнаты.
— Хочешь потерять его прежде, чем работа будет завершена? Ты едва не довел его до сердечного приступа!
— Будут другие, возможно, еще лучше, — Корелли демонстративно пожал плечами. — Анджела, ты не обижайся, но… мы тут посовещались и решили, что ты очень утомлена. Хорошо бы тебе съездить отдохнуть, подлечиться. Не волнуйся, твое жалованье останется прежним, еще и отпускные получишь.
Вот, значит, как! Посовещались и решили…
— Андреа, — она старалась говорить спокойно, несмотря на нервную дрожь.
«Не доверяйте этому человеку». Олаф повторял про себя эти слова… После того, что он услышал от господина в странном светло-зеленом одеянии, он был близок к помешательству… Этот господин задавал каверзные вопросы про его жизнь, на которые он отвечал прямо и честно, ему нечего было скрывать… А потом Корелли сообщил, что он, Олаф Кальдмеер, находится в другом мире. Просто в другом — и все. Тут другие люди, другие законы, другие корабли, наверное… В доказательство господин Корелли прикоснулся к выпуклости в стене, штора отъехала в сторону — и Олаф увидел зрелище, от которого у него едва не остановилось сердце… Все это было незнакомым, страшным и непонятным. А ведь он никогда не был трусом. Но эрэа Анджела сказала, что не надо доверять господину Корелли. И вообще, наверное, у него продолжается бред… Адмирал цеплялся за эту мысль, как за спасение…
— Джудитта, что они с ним делали? Ничего не вводили?
— Пока нет. Профессор хотел посмотреть, как он отреагирует, если узнает… Он держался очень спокойно, профессор даже удивился.
Еще бы! Анджела усмехнулась про себя. Ледяного Олафа так просто с толку не собьешь. Но в следующий раз Андреа может потерять терпение. Ему нужен результат — а значит, начнутся эксперименты с психикой и мозгом Олафа. Она не сможет его защитить! Вот если Кальдмеер продержится достаточно долго, Корелли утратит к нему интерес и займется другими… Но тогда… адмирал попросту перестанет быть нужным…
Доктор Валдетти не учла, насколько Андреа упорно идет к цели. Не прошло и трех часов, как раздался звонок от Джудитты.
— Синьора, профессор Корелли снова приходил… Ваш пациент вышел из повиновения! Он отказался с ним разговаривать и отвечать на вопросы! Профессор приказал ввести ему…
— Нет! — выкрикнула Анджела. — Никаких препаратов без моего разрешения! Скажи Корелли, что я скоро буду!
Она была не слишком умелым водителем, но сейчас неслась по шоссе, рискуя вылететь в кювет. Почему Андреа так спешит? Они готовились к эксперименту долго и тщательно, не жалея времени, сил и средств. Она понимала, что работа была, мягко говоря, не совсем легальной, и официально группа была занята совершенно другим. Несколько влиятельных заинтересованных лиц готовы были платить, обеспечивать безопасность и ждать результатов. Ждать долго. А вот сейчас Корелли начал форсировать события — значит, от нее что-то скрывали. Наплевать, что именно, ей даже не было обидно — просто очень страшно за Олафа.
Зачем она вообще в это ввязалась, где был ее разум? Даже объяви она сейчас о выходе из проекта, удерживать ее не станут. И довериться, кроме Джудитты, ей некому. Остальные члены группы пойдут до конца, ради денег, будущей славы, ради результатов работы, наконец. И им нет дела до пациента, вернее, «черновика», как назвал его Корелли.
Когда она, задыхаясь, влетела в комнату, увиденное заставило ее покачнуться. Кровать Олафа была превращена в кресло, его руки, лежащие на подлокотниках, фиксировали широкие ремни. Рядом стояла нахмуренная Джудитта. Адмирал был неподвижен, на каменном лице ничего не отражалось — он лишь вскинул на нее глаза, и все. Корелли, поморщившись при ее появлении, отступил назад и заложил руки за спину.
— Я должна проверить состояние пациента. — Бросив взгляд на приборы, Анджела убедилась, что пульс Олафа сильно учащен. — Профессор Корелли, пациент не может сейчас беседовать с вами, у него тахикардия. Джудитта, флакон с успокоительным! — Она быстро перевела кресло в горизонтальное положение и отстегнула ремни. У них с Джуди был уговор — не пользоваться шприцом, чтобы не пугать Олафа еще больше, поэтому медсестра поднесла к его губам хрустальную рюмочку с каплями, так ему привычней. Анджела едва заметно успокаивающе кивнула ему, и он выпил лекарство. Доктор Валдетти едва ли не силой вывела Андреа Корелли из комнаты.
— Хочешь потерять его прежде, чем работа будет завершена? Ты едва не довел его до сердечного приступа!
— Будут другие, возможно, еще лучше, — Корелли демонстративно пожал плечами. — Анджела, ты не обижайся, но… мы тут посовещались и решили, что ты очень утомлена. Хорошо бы тебе съездить отдохнуть, подлечиться. Не волнуйся, твое жалованье останется прежним, еще и отпускные получишь.
Вот, значит, как! Посовещались и решили…
— Андреа, — она старалась говорить спокойно, несмотря на нервную дрожь.
Страница 3 из 7
