Несменяемый герой

Мистер Кавендиш улыбался, скаля зубы, и с таким азартом потирал руки, будто Рон ему уже принес готовую к изданию рукопись.

— Мистер Уизли! Это было неожиданное предложение.

— Я подумал, что стоит рассказать обо всем самому, пока это не сделали другие, — с изрядной долей небрежности в голосе сказал Рон.

— Очень правильное решение! История в вашем изложении, мистер Уизли, будет иметь тысячные тиражи.

— И поэтому я хотел бы узнать, что вы можете предложить мне как автору.

— Вы деловой человек! — восхитился мистер Кавендиш. — Как агент я беру всего двадцать процентов…

— Грабительские условия! — возмутился Рон и сделал вид, что собирается уйти.

— Что вы, что вы! — остановил его перепуганный мистер Кавендиш. — Вы меня не дослушали. Это касается авторов, которые не могут похвастаться тиражами. С тех, чьи книги сметают с прилавков, я беру меньше. Клянусь. Всего пятнадцать процентов.

Рон сел обратно в кресло и вытянул ноги.

— Например? Кто же это такой популярный?

— Мистер Локхарт, — пожал плечами Кавендиш. — Да, начинали мы с тридцати процентов, но потом он выдвинул мне условия…

«А Локхарт, однако, не такой и дурак. Был», — подумал Рон.

— … И мы сошлись на пятнадцати процентах. Вас устроит? Пятнадцать?

— Без каких-либо условий с вашей стороны? — прищурился Рон.

— Ну… — Кавендиш поерзал. — Понимаете, если я начинаю так плотно работать с автором, конечно, я выдвигаю условия. Что я — его единственный агент, да. Но я вас уверяю, на меня никто еще не жаловался. Мистер Локхарт… э-э… вряд ли меня сейчас вспомнит, но вот, например, я могу вам назвать ряд авторов школьных учебников и монографий…

— Я вам верю, — важно кивнул Рон, ощущая себя звездой. — Я навел о вас кое-какие справки. И что, вы остаетесь агентом, так сказать, пожизненно?

Кавендиш вздохнул.

— Все мы смертны, мистер Уизли… но да, я продолжаю переиздавать книги и после смерти авторов. Например, миссис Бэгшот. Чарити Бэрбидж. Ох, она была замечательным человеком. Сколько прекрасных людей унесла эта проклятая война! — В голосе Кавендиша была искренняя боль, и Рон проникся к нему симпатией. — Разумеется, вы вправе оговорить это в условиях завещания. Ваши наследники имеют право на изъявление собственной воли, не так ли? Такое условие было у нас с Чарити, но ее наследники решили продолжить работу со мной. Кстати, вы можете справиться у них о моей репутации.

— А если, допустим, я как автор окажусь… — Рон запнулся, но все-таки вспомнил нужное слово. — Недееспособен? Что тогда? Мы можем оговорить это в контракте?

— О, мистер Уизли, я полагал, что вы оставили работу в Аврорате, — удивился Кавендиш. — Но если так, что ж, работа у вас опасная. Я полагаю, что в таком случае миссис Уизли станет вашим опекуном?

Рон представил себе подобную ситуацию и даже икнул.

— Вы также можете сохранить за ней право выбора. Я предприниматель, мистер Уизли, я делец, но я честный человек.

— А что будет, если моя книга не будет закончена, а я вдруг… — Рон прикинул печальные перспективы, но уверенно продолжал: — Стану недееспособным?

Кавендиш опять вздохнул.

— Вы пессимист, мистер Уизли. Но вы имеете право на полную информацию. Мы можем оговорить любые условия, например… например, вы представляете мне полный синопсис вашей будущей книги. Мы записываем воспоминания, как вы решите, Омут Памяти или просто дневники, в таком случае, даже если вы по объективной причине не сможете продолжать работу над книгой, я гарантирую вам абсолютное исполнение материала согласно вашим наработкам, а выплату гонораров — вашей семье.

Рон погрустнел. Кавендиш, несмотря на крокодильи замашки, явно не заслуживал того, чтобы с ним хитрить.

— Мистер Кавендиш, — решился он. — А если начистоту?

Кавендиш заметно напрягся.

— Расскажите мне о вашем сотрудничестве с мистером Локхартом.

— Я-то думал… — Кавендиш расстроенно махнул рукой. — Стоило мне догадаться сразу. — Но отнекиваться он не стал. — Понимаю, служебная необходимость. Спрашивайте, мне нечего от вас скрывать.

— Вы издавали все книги Локхарта?

— Все, — кивнул Кавендиш. — С самой первой. Понимаете, в этом мальчике я рассмотрел потенциал. Простые истории, да, ничего особенного. Но как он умел рассказать! Как я уже говорил, мы начинали довольно стандартно, потом подписали изменения к договору. Оно того стоило, уверяю. Множество книг, множество переизданий. И какие тиражи! — он покачал головой. — Увы, но после того, что с ним приключилось, остались только переиздания.

Рон уловил в его голосе что-то странное.

— Как, например, справочники по борьбе с вредителями?

Кавендиш посмотрел прямо Рону в глаза.

— Вы меня в чем-то подозреваете? Напрасно… мистер Уизли, я расскажу, потому покажу документы.