Фандом: Ориджиналы. Грязная работа, но кто-то должен ее делать.
Добавить в моё избранное
14 мин, 39 сек 7555
Бумага рассыплется.
— Ладно.
Дверь захлопнулась за здоровым, словно робот-терминатор, Самсоном, Джон вскрыл конверт и принялся читать вложенный в него листок.
Среди грязных мусорных баков пахло мочой и кошками. Джон пошарил рукой под крайним из них и нащупал обещанный в инструкции сверток. Вскрыв полиэтилен, он рассмотрел предмет. Это был дешевый и безотказный пистолет Макарова. Из Европы их везли тысячами, особенно из бывшей Югославии.
Пэйн развернул пленку, в холодном свете уличного фонаря рассмотрел оружие. В магазин вложено восемь патронов. Более чем достаточно. Эта модель была снабжена кургузой трубой глушителя, что облегчало дело.
Джон сел, привалился к стене там же, рядом с мусорными баками. Время еще было. Он передернул затвор.
К чему он пришел? Был молодой, подающий надежды журналист. У него была даже приличная, мечтающая о свадьбе девушка, были планы на жизнь. Как так вышло, что он оказался этой сырой промозглой ночью на помойке, с пистолетом в руке, поджидая человека, которого даже не знает? И ради чего? Ради двух десятков маленьких штучек с иглой? Снова наступит время, когда он будет валяться в ногах у Чейза. А потом снова караулить в подворотне с пистолетом? И в полицию не заявишь — сам останешься без «синевы» и только… А может, прекратить все, пока не поздно? Вырваться из этого ада — не захлебнувшись блевотной массой или скрюченным в страшных судорогах, а нажав на спуск пистолета?
Пэйн открыл рот и всунул круглый толстый ствол. Металл неприятно стукнул по зубам, язык и губы почувствовали его холод. Во всем этом было что-то мерзкое и порнографическое, словно он собирался отсосать у самой Смерти.
К черту! Пусть двадцать дней, но это будут его дни. А там уже как получится, удача его не оставит. Нашел же его Чейз…
Джон вынул пистолет и обтер рукавом слюну со ствола. Затем поднялся, пару раз хлопнув по обвисшим на похудевших в последнее время ягодицах джинсам, сбивая прилипший песок и грязь.
Все вышло так, как и было написано в той бумаге. Из-за угла в указанное время появился человек в светлом плаще и старомодной шляпе. Полосатый длинный приметный шарф был тоже при нем.
Джон выступил из укрытия и, не говоря ни слова, открыл огонь. Пистолет, издавая странные, похожие на лай — из-за глушителя — звуки, задергался в руке.
Пэйн расстрелял все патроны, проследив, чтобы как минимум две пули попали в голову. Затем бросив — как было указано — пистолет в мусорный бак, быстро скрылся, выйдя на авеню и сразу смешавшись с вечерней толпой.
— Чейз!
— Да, сэр.
— Подай мне пульт.
— Слушаюсь.
Генрих Далтон, владелец корпорации «Чистота», производящей чистящие средства и заодно подмявшей под себя весь сектор клининг-услуг, нажал на кнопку, и на огромной плазменной панели побежали картинки новостной заставки.
— Смотри, Макс. Сейчас будут передавать, — повернулся он к своему зятю. Тот сидел на соседнем кресле, держа в руке бокал с золотистым коньяком, и лениво поигрывал волной. На губах его играла сардоническая усмешка.
Диктор, появившаяся на экране, начала передачу:
— Питер Ковальски, ранее обвиняемый в педофилии, был застрелен вблизи дома, где он проживал в последнее время. Преступнику удалось скрыться. Связано ли это преступление с теми обвинениями, которые были сняты с Ковальски за недостаточностью улик, или к смерти привели другие причины, сейчас устанавливается следствием.
— Неплохо, неплохо, — прокомментировал Далтон. — Что с этим, как его… Пэйном?
— Еще никто не выдерживал приема тридцати доз. В организме накапливается соединение, которое остановит сердце во время наркотического опьянения. Когда температура тела понизиться до шестидесяти восьми …, соединение распадется под действием веществ, находящихся в организме. Экспертиза не установит причину смерти.
— Недаром ты ведущий химик нашего концерна, Макс.
— Да, мистер Далтон. Для наших друзей ничего не жалко.
Далтон повернулся к стоящему за спиной Чейзу, который с интересом смотрел на экран ти-ви.
— Самсон, у тебя есть еще на примете наркоманы? Я нашел еще одного педофила, который выкрутился с помощью адвоката.
— Найдется, сэр.
— Отлично. Надо очистить город от этого мусора, — хмыкнул Далтон. Он поднял свой бокал.
— Да сгорят они все в аду, Генрих, — отсалютовал ему Макс. — Это за наших девочек, пусть их души покоятся с миром.
Они выпили. Двое мужчин, объединенных одной бедой — смерть дочери и внучки, смерть жены и дочери. Оба не переставая корили себя за то, что произошло в прошлом — три года назад маньяк задушил их девочку прямо в подвале школы. Через год ее мать, приехавшая к могиле дочери, была убита прямо на ней невменяемым наркоманом.
У них были резоны сводить счеты с этими отбросами социума.
— Ладно.
Дверь захлопнулась за здоровым, словно робот-терминатор, Самсоном, Джон вскрыл конверт и принялся читать вложенный в него листок.
Среди грязных мусорных баков пахло мочой и кошками. Джон пошарил рукой под крайним из них и нащупал обещанный в инструкции сверток. Вскрыв полиэтилен, он рассмотрел предмет. Это был дешевый и безотказный пистолет Макарова. Из Европы их везли тысячами, особенно из бывшей Югославии.
Пэйн развернул пленку, в холодном свете уличного фонаря рассмотрел оружие. В магазин вложено восемь патронов. Более чем достаточно. Эта модель была снабжена кургузой трубой глушителя, что облегчало дело.
Джон сел, привалился к стене там же, рядом с мусорными баками. Время еще было. Он передернул затвор.
К чему он пришел? Был молодой, подающий надежды журналист. У него была даже приличная, мечтающая о свадьбе девушка, были планы на жизнь. Как так вышло, что он оказался этой сырой промозглой ночью на помойке, с пистолетом в руке, поджидая человека, которого даже не знает? И ради чего? Ради двух десятков маленьких штучек с иглой? Снова наступит время, когда он будет валяться в ногах у Чейза. А потом снова караулить в подворотне с пистолетом? И в полицию не заявишь — сам останешься без «синевы» и только… А может, прекратить все, пока не поздно? Вырваться из этого ада — не захлебнувшись блевотной массой или скрюченным в страшных судорогах, а нажав на спуск пистолета?
Пэйн открыл рот и всунул круглый толстый ствол. Металл неприятно стукнул по зубам, язык и губы почувствовали его холод. Во всем этом было что-то мерзкое и порнографическое, словно он собирался отсосать у самой Смерти.
К черту! Пусть двадцать дней, но это будут его дни. А там уже как получится, удача его не оставит. Нашел же его Чейз…
Джон вынул пистолет и обтер рукавом слюну со ствола. Затем поднялся, пару раз хлопнув по обвисшим на похудевших в последнее время ягодицах джинсам, сбивая прилипший песок и грязь.
Все вышло так, как и было написано в той бумаге. Из-за угла в указанное время появился человек в светлом плаще и старомодной шляпе. Полосатый длинный приметный шарф был тоже при нем.
Джон выступил из укрытия и, не говоря ни слова, открыл огонь. Пистолет, издавая странные, похожие на лай — из-за глушителя — звуки, задергался в руке.
Пэйн расстрелял все патроны, проследив, чтобы как минимум две пули попали в голову. Затем бросив — как было указано — пистолет в мусорный бак, быстро скрылся, выйдя на авеню и сразу смешавшись с вечерней толпой.
— Чейз!
— Да, сэр.
— Подай мне пульт.
— Слушаюсь.
Генрих Далтон, владелец корпорации «Чистота», производящей чистящие средства и заодно подмявшей под себя весь сектор клининг-услуг, нажал на кнопку, и на огромной плазменной панели побежали картинки новостной заставки.
— Смотри, Макс. Сейчас будут передавать, — повернулся он к своему зятю. Тот сидел на соседнем кресле, держа в руке бокал с золотистым коньяком, и лениво поигрывал волной. На губах его играла сардоническая усмешка.
Диктор, появившаяся на экране, начала передачу:
— Питер Ковальски, ранее обвиняемый в педофилии, был застрелен вблизи дома, где он проживал в последнее время. Преступнику удалось скрыться. Связано ли это преступление с теми обвинениями, которые были сняты с Ковальски за недостаточностью улик, или к смерти привели другие причины, сейчас устанавливается следствием.
— Неплохо, неплохо, — прокомментировал Далтон. — Что с этим, как его… Пэйном?
— Еще никто не выдерживал приема тридцати доз. В организме накапливается соединение, которое остановит сердце во время наркотического опьянения. Когда температура тела понизиться до шестидесяти восьми …, соединение распадется под действием веществ, находящихся в организме. Экспертиза не установит причину смерти.
— Недаром ты ведущий химик нашего концерна, Макс.
— Да, мистер Далтон. Для наших друзей ничего не жалко.
Далтон повернулся к стоящему за спиной Чейзу, который с интересом смотрел на экран ти-ви.
— Самсон, у тебя есть еще на примете наркоманы? Я нашел еще одного педофила, который выкрутился с помощью адвоката.
— Найдется, сэр.
— Отлично. Надо очистить город от этого мусора, — хмыкнул Далтон. Он поднял свой бокал.
— Да сгорят они все в аду, Генрих, — отсалютовал ему Макс. — Это за наших девочек, пусть их души покоятся с миром.
Они выпили. Двое мужчин, объединенных одной бедой — смерть дочери и внучки, смерть жены и дочери. Оба не переставая корили себя за то, что произошло в прошлом — три года назад маньяк задушил их девочку прямо в подвале школы. Через год ее мать, приехавшая к могиле дочери, была убита прямо на ней невменяемым наркоманом.
У них были резоны сводить счеты с этими отбросами социума.
Страница 4 из 5
