Septem

Только раз Гарри свернул с пути, завидев в конце коридора Макгонагалл — встреча с ней никак не входила в его планы. Добравшись до библиотеки, он сложил книги на место и сразу направился в кабинет мадам Пинс. Она осмотрела его цепким взглядом, выискивающим запрятанные во внутренние карманы книги, и только потом взяла протянутый пергамент.

Гарри терпеливо ждал, пока мадам Пинс проверит разрешение на использование запрещённой магии, чтобы убедиться в его достоверности. Покачав головой, будто всё ещё сомневаясь в подлинности пергамента, подписи и печати, она пометила что-то в своей книге и раздражённо закрыла дверь офиса прямо перед носом Гарри.

— В чём дело? — Рон казался встревоженным. — Ты без мантии.

— У нас есть разрешение на использование Запретной секции, и мне удалось согласовать его с мадам Пинс, — Гарри слегка улыбнулся, видя ошарашенное выражение лица Рона.

— Отлично, Гарри, — из дверей секции вышла Гермиона. — Но боюсь, у нас будет не так много времени, чтобы им воспользоваться.

— Что ты нашла? — Гарри понизил голос, и Гермиона сделала знак следовать за ней.

В дальнем углу, где на трансфигурированном столе громоздилась гора книг всех мастей, Гермиона вытащила из-под завала свои записи.

— Здесь мало информации, и она очень разрозненная, — тихо начала Гермиона. — Иногда сведения противоречат друг другу. Но вот здесь указано, что срок восстановления магической части души из предмета занимает семь дней.

Она указала на небольшую книгу, страницы которой были обёрнуты тканью — Гарри впервые видел такое.

— Но как это происходит? — спросил он.

— Нигде это не описывается, но можно предположить, что душа из крестража захватывает тело другого человека. Этому нет прямых доказательств, — Гермиона просмотрела свои записи. — Но было несколько случаев, когда одни и те же силы и способности проявлялись у разных людей. Вот. Когда Герпо Омерзительный умер, через неделю у его брата проявились необыкновенно сильные магические способности, хотя до того он был сквибом. Правда, его схватили и сожгли на костре…

— Дневник Тома Риддла пытался захватить Джинни, — Рон побледнел. — Он мог воскреснуть тогда?

— Нет, Рон, это другое, — заявила Гермиона. — Хотя принцип тот же. Крестраж как бы вторгается в разум другого человека, со временем замещая его душу той, что заложена в него.

— Том Риддл из дневника имел собственное тело, — сказал Гарри. — Я видел, как оно становилось всё реальнее, в то время как Джинни исчезала.

Рон снова одарил его странным взглядом.

— Может быть, это происходит именно так, — Гермиона пожала плечами. — Но в любом случае нужно, чтобы рядом с крестражем находился кто-то. Только тогда душа сможет возродиться. Гарри, ты нашёл что-нибудь?

— Почти ничего. О перчатке ни слова. О Гриффиндоре вообще ничего не известно, самое близкое к перчатке, что я нашёл — это то, что он был отличным дуэлянтом и славился победами без кровопролитий. Волдеморт был хорошим дуэлянтом в школе. Насколько я помню…

— Думаешь, это может быть важно? Ты говорил, что в «Истории Хогвартса» упоминался случай, когда Годрик Гриффиндор отказался сражаться на дуэли с Салазаром Слизерином, — Гермиона на минуту задумалась. — Зачем ему было отказываться от того, что удавалось ему лучше других, если в то время они уже враждовали? У тебя книга с собой?

Гарри достал «Историю Хогвартса» и среди закладок нашёл нужную.

— Салазар Слизерин в порыве страшного гнева высказал своё дерзкое мнение о храбрейшем Годрике Гриффиндоре, и тот снял свою перчатку и бросил её в оскорбившего его мага, долгие годы бывшего ему другом и помощником. И он в знак своего пренебрежения запустил огненный луч в перчатку, но тот не спалил её дотла, а будто впитался в её нутро, — прочитал Гарри вслух.

— Ну конечно, — Гермиона хлопнула себя ладонью по лбу. — Чары Запрета.

Она бросила быстрый взгляд на книжные полки, словно ожидая, что нужная книга будет где-то поблизости.

— Слизерин заколдовал перчатку? — спросил Рон.

— Да! Перчатка в то время означала вызов на дуэль. Я читала об этом в «Традициях и жизни магов Средневековой Европы». Слизерин сделал так, что Гриффиндор никого больше не мог вызвать на дуэль. Предположим, что запрет распространялся только с помощью перчатки. Значит, Гриффиндор не мог использовать другую перчатку и вынужден был ходить с этой.

— Так. Значит, перчатка оставалась частью его постоянного гардероба. Он был воином, — сказал Гарри. — Где-то должны храниться его доспехи.

— И среди них может быть перчатка.

Гарри улыбнулся. По сравнению с тем, что он нашёл за всё это время, новые сведения были очень ценными. Задача вдруг перестала казаться неразрешимой, хотя ничего толкового они не выяснили.

— Осталось понять, где могут быть эти доспехи, — Рон тоскливо посмотрел на окно под потолком.