Septem

— У Гриффиндора есть какая-то могила, семейный склеп? Где хранятся его останки?

— Мы были на кладбище в Годриковой впадине, — сказала Гермиона. — Там нет его могилы, хотя, судя по всему, именно там он и жил.

— Мне кажется, это должно быть где-то здесь, — Гарри засунул замёрзшие руки в карманы. — По крайней мере, на поиски его захоронения по всей Англии у нас просто нет времени.

Из коридора послышались тихие шаги, и Гарри заметил, как напрягся Рон. Гермиона вернулась к записям, просматривая что-то в самом низу пергамента. Шаги приближались, и в дверях появился Хендрик. Немного постояв на пороге под враждебным взглядом Рона, он заметил стол с кипой книг и направился к нему.

— Что тебе нужно? — Рон остановил Хендрика, положив ладонь ему на плечо, но тот легко стряхнул её.

— Это Хендрик, я говорил о нём. Он может помочь, — Гарри предупреждающе посмотрел на Рона, презрительно фыркнувшего в ответ.

Хендрик в воцарившейся тишине спокойно разглядывал книги, выбранные Гермионой.

— Мы думаем, на территории Хогвартса может быть захоронение или склеп с останками Годрика Гриффиндора, — сказал Гарри. — И перчатка может быть там.

— Гарри, ты уверен, что мы можем ему доверять? — Гермиона внимательно посмотрела на него.

— У нас четыре дня, — Гарри повысил голос. — Четыре дня, за это время Визенгамот даже не успеет вынести приговор его сторонникам! Через четыре дня всё начнётся заново. Вы вообще это понимаете?

Он раздражённо отвернулся.

— Мы понимаем, Гарри, — примирительно сказала Гермиона.

— Недалеко от Гремучей ивы есть странное место, — голос Хендрика звучал отстранённо, но Гарри понимал, что вся его отрешённость показная.

— Что значит странное? — спросил Рон.

— Я применял некоторые виды древних чар… Сейчас они считаются устаревшими. И магический фон сильно менялся. Можно проверить это.

— После ужина, — Гарри вспомнил о просьбе Северуса быть в Большом зале вечером.

— Мы могли бы пойти сейчас, чтобы не терять время. Потом заскочим на кухню… — Рон посмотрел на Гермиону. — Ну что, я же сказал — потом?

Хендрик покачал головой.

— Такие чары накладываются после захода солнца. Встретимся после ужина у центрального выхода на квиддичное поле.

Он покинул Запретную секцию, мельком взглянув на Гарри, отчего тому стало не по себе. Или в последнее время у него катастрофически усилилась подозрительность, или Хендрик… знает больше, чем говорит.

Глава 6

Еда была отвратительной.

— Признаюсь, я удивлена, что вы позволили Римусу вернуться, — Макгонагалл смотрела на него строгим взглядом.

— С чего мне не позволять этого? — спокойно спросил Северус.

— Насколько я помню, вы всегда были против его нахождения в Хогвартсе. Мне казалось, вы скорее наймёте на это место кого-то из Пожирателей, чем пригласите старого врага.

— Вот как? — Северус удивлённо поднял бровь. — На каком основании вы обвиняете меня в том, что я позволил себе оставить прошлое?

Макгонагалл раздражённо отвернулась, смотря в зал.

— Гарри не ночевал в башне, — сказала она. — Он выглядит подавленным и уставшим. Что происходит, Северус? Мне нужно это знать.

— Полагаю, герой страдает от того, что слава победителя Волдеморта досталась не ему, — сухо сказал Северус, переведя взгляд на Гарри. Макгонагалл охнула, будто подавившись воздухом.

— Как ты можешь? Как ты можешь так говорить?! — она повысила голос, и ученики, сидящие за ближайшими столами, с интересом посмотрели в их сторону. Макгонагалл несколько раз глубоко вдохнула и добавила тише, — Если ты держишь мальчика взаперти, то я буду вынуждена…

— Осторожнее, Минерва, — Северус сильнее сжал вилку, отрезая кусок от своей порции курицы. — На вашем месте я бы придержал язык.

Макгонагалл говорила что-то ещё, но слушать её было утомительно — Северус переключил максимум внимания на трапезу. Он должен оставить школьные дела и бросить все силы на уничтожение последних следов Волдеморта, но вместо этого всё свободное время посвящал восстановлению учебного процесса.

И да, еда казалась отвратительной. Курица была горькой, бобы отдавали гнилью, даже чай на вкус ощущался как труха. Слова Макгонагалл не должны задевать его — она мало разбирается в том, что говорит сейчас. И не владеет ситуацией. И не доверяет ему, Северусу Снейпу. Для неё, как и для большей части магической Англии, он — убийца и предатель. Не занимательно ничуть.

Метка не давала о себе знать с того дня, как Волдеморт канул в небытие. Но время от времени кожу будто дёргало — остаточные ощущения, не более чем игра его воображения. Иллюзия, которая через четыре дня станет реальностью, если он потратит всё это время на объяснение Минерве, Ордену, магической Англии, как он действовал, чем руководствовался и что из этого вышло.