Septem

Гарри поднял руку и впился пальцами в бок Северуса, на сколько хватало сил, и в этот же момент он перестал контролировать себя. Оказавшись на самом краю, он полетел вниз, всё ещё чувствуя маленькие пульсирующие взрывы внутри.

Пустота. Всё прекратилось так внезапно, что во всём теле будто образовалась пустота — прохладная, спокойная. Почти идеальная.

Гарри медленно просыпался — сон ускользал, и в голову возвращались мысли. Он открыл глаза — в комнате горели все факелы, как это обычно было по утрам. Гарри осторожно высвободил затёкшую руку и попытался повернуться, но не вышло: Северус ещё плотнее притянул его к себе. От ладони на животе шло тепло, размеренное дыхание чувствовалось где-то между лопатками. Северус спал, прижимая его во сне — так никогда не было. Никогда, конечно, слишком громкое слово. Но в этом было что-то уравновешивающее.

Всё, что случилось ночью, казалось странным, с начала и до конца. Гарри попробовал повернуться, чуть приподняв руку Северуса. Все мышцы ныли, на ногах — так особенно. Ох… И болело… Гарри лёг ровно, стараясь больше не шевелиться. Чем меньше движений — тем легче. Самым непривычным было то, что внутри до сих пор отзывались отблески их вчерашнего… действа. Пополам с болью.

Северус просыпался — это чувствовалось по тому, как меняется его дыхание, теряя свою глубину и размеренность. Удивляло, насколько мало он спящим отличался от бодрствующего. Казалось, что он не спал, а просто закрыл глаза. Повинуясь странному импульсу, Гарри поцеловал его куда-то в висок и прижался к щеке.

— Гарри, — тёплый шёпот.

Его отстранили, рука исчезла со спины. Северус поднялся с кровати и, судя по звукам, одевался. Нужно было последовать его примеру, но Гарри решил, что лучше подождать с этим. Время лечит. Чуть-чуть попозже, не сейчас. Он специально не поворачивался, чувствуя нечто отдалённо похожее на смущение.

— Похоже, мы опоздали на завтрак, — тихо сказал Северус, и в его интонациях было что-то такое, отчего смущения стало меньше. — Ляг на живот.

Как он определял время? Гарри послушно перевернулся, слыша отдаляющиеся шаги. В лабораторию? Вероятно.

Ждать пришлось недолго.

— Приподнимись, — Северус потянул его за бёдра вверх.

Пряча лицо между подушкой и кроватью, Гарри подчинился, смутно догадываясь, в чём дело. Звук открываемого флакона, сильный и незнакомый запах. Северус молчал, и от этого было немного легче. И снаружи, и внутри, там, где пальцы наносили холодную мазь, жгло, и Гарри вцепился в простынь, чтобы не дёргаться. И да, это было унизительно. Ужасно. Но Северус молчал и делал всё быстро и точно — через минуту касания прекратились. Боль уходила — несколько мгновений, и он ничего не чувствовал.

Шаги. Звук закрывшейся двери — лаборатория. Гарри медленно поднялся — мышцы всё ещё ныли. Его вещи были сложены на кровати. Что ж, заботливости Северуса не было предела этим утром. Одевшись, Гарри почти без раздумий направился в лабораторию.

Спускаться по узкой каменной лестнице было странно. Смутная тревога — нужно было гнать её подальше, в конце концов, у него должно быть право свободно передвигаться по всем комнатам, если нет возможности покинуть их. Ободряя себя этими мыслями, Гарри всё равно шёл медленно и осторожно.

Северус стоял к нему спиной, ища что-то на верхних полках стеллажа. На столе рядом лежала старая перчатка.

— Всё в порядке? — спросил он, не оборачиваясь.

— Наверно.

Гарри подошёл ближе. Что-то в этой перчатке не нравилось ему. Он протянул к ней руку, но Северус резко развернулся и схватил его за запястье, больно сжав. Он скривился и чуть приоткрыл рот, будто собираясь сказать что-то едкое, но промолчал, тихо выдохнув. Хватка на запястье ослабла.

— Осторожнее, — бросил он, и Гарри подумал, что изначальная реплика должна была быть совсем не такой.

Северус продолжал смотреть на него и не отпускал руку. Внизу живота потянуло, и Гарри, придвинувшись ближе, поцеловал тонкие напряжённые губы. Слегка провести языком — и они стали мягче, раскрылись, позволяя проникнуть глубже, но Гарри отстранился быстрее, чем волна колючих искр достигла его затылка, где оказалась ладонь Северуса. Его лицо было таким, будто он собирался сказать что-то важное и не решался.

— Прости, — Гарри нахмурился, повернув голову в сторону и разглядывая неизвестно как оказавшуюся в лабораторию старую перчатку. — Я не хотел уходить… Это было… глупо.

Северус медленно кивнул. Молчание затягивалось — если он и хотел что-то сказать, то сейчас было самое время.

— Что это? — так ничего и не дождавшись, Гарри снова посмотрел на перчатку.

— Крестраж.

— Перчатка Гриффиндора?

— Полагаю, да, — Северус продолжал смотреть на него нечитаемым взглядом. — Клыки василиска. У тебя должно было остаться два.

— Они в сумке, — Гарри посмотрел на выход из лаборатории.