На мизинчиках

Я обтер его о штаны, но добился лишь того, что дешевая техника, сбитая с толку непонятными сигналами сенсора, просто-напросто зависла.

— Чтоб вам в скорую звонить с такого телефона, — в сердцах бросил я и повернулся к жене. — Дай свой, что ли.

Лена не ответила. Она пристально уставилась куда-то в сторону, и я проследил за ее взглядом — в небольшом затоне, оставшемся после недавнего разлива реки, по воде, искажая отражение склонившихся к ее поверхности трав, расходились круги, будто от чьего-то неосторожного движения сорвался с берега и угодил в воду камень или рыба, вроде крупного окуня, плеснула в погоне за добычей.

— Лен, дай мобилу-то, — я тронул жену за локоть, но она отдернула руку и нахмурилась.

— Мне кажется, там кто-то есть.

Она сделала пару шагов к затону, наклонилась, присматриваясь.

— Ты бы не лезла туда. Может, кабан или лось на водопой вышли, — сказал я тихонько, пытаясь припомнить, агрессивны ли в начале сентября медведи.

— Это точно не лось, — отмахнулась Лена.

Жена осторожно двинулась к затончику, и тогда стало понятно, о чем она говорила: зашуршало, среди высоких трав мелькнуло что-то светлое, хрустнула сухая ветка, и вновь все затихло.

— Значит, заяц. А может, крупная птица, — я потряс телефон, выключил и снова разблокировал экран, прикрывая его ладонью. Мобильник мигнул и погас. — Что за черт! Вода, что ли, под стекло попала?

Задняя крышка нехотя, натужно скрипнув, поддалась напору моего ногтя, а вот аккумулятор, вытащить который я задумал, оказался намертво впаян в корпус.

— Лен, телефон. — Необходимость еще раз напоминать о своей просьбе вызвала во мне волну раздражения.

Она стояла ко мне спиной, ни на шаг, кажется, не сдвинувшись с того места, где замерла, прислушиваясь. Рюкзачок лежал у ее ног, одна кроссовка наполовину погрузилась в грязь, но она не замечала этого. Развернувшись в пол-оборота, лицом к лесу, Лена настороженно вглядывалась в чащу, всем своим видом напоминая дикого зверя — то ли волка, готового броситься в погоню за добычей, то ли оленя, раздумывающего, не пора ли делать ноги.

— Неужели ты не слышишь? — сказала она, не оборачиваясь. — Голос.

Я шагнул вперед, задвигая жену за спину. Если и был здесь кто-то, то, скорее всего, рыбак, но кто знает, может, и заключенный снова сбежал — от колонии в Иксе мы были не сказать чтобы уж очень далеко.

— Кто-то шепчет, — Лена тронула меня за руку. Пальцы показались очень холодными, и я нашарил ее ладонь, сжал покрепче, но она медленно высвободилась и подтолкнула меня вперед. — Ну?

Слух у Ленки был как у летучей мыши — писк комара она замечала, стоило ему только влететь в комнату, так что сомневаться в ее словах не стоило. Я подошел ближе к краю деревьев, но, как ни старался, как ни поворачивался к лесу то одним ухом, то другим, не услышал ничего, кроме обычного лесного шума — потрескивания ветвей, шелеста листьев, далекого крика птиц.

— Ладно, скоро темнеть начнет, пойдем-ка к дому… — я развернулся к жене, но на прежнем месте ее не оказалось. — Лена? — крикнул я, озираясь по сторонам. — Ленка! Ты где?

Где-то сбоку хрустнула сухая ветка, и я ломанулся в ту сторону, не разбирая дороги. Салатовая ветровка мелькнула между веток, пришлось прибавить скорости — ноги увязали в мягком мху, сплошь устилавшем землю, но уже через пару секунд мои пальцы крепко сжались на локте жены.

— Ты сдурела? — я с трудом дышал. — Куда одна в лес? Заблудиться хочешь?

Лена, по-моему, даже не заметила, что ее остановили, только дернула плечом и снова двинулась вперед.

— Да стой ты, — крикнул я, и она, встрепенувшись, замерла. — Что там такое важное?

Она обернулась, и весь ее вид — бледные губы тряслись, а глаза распахнулись так широко, что густые ресницы, казалось, почти касались бровей — не на шутку меня перепугал.

— Там кто-то есть. Я должна… — она повернулась к лесу. — Вдруг нужна помощь…

— Нет уж, я тебя никуда не пущу. — Лена сопротивлялась, и мне пришлось довольно грубо подтащить ее к себе. — Идем домой.

Но нам не удалось сделать и пары шагов. Лена вдруг забилась и заверещала:

— Там! Вот же, смотри! Там девочка!

За стволом замшелой ели, утопая во мху по щиколотку, и правда стояла девочка. Виднелись только ее спутанные светлые волосы, часть чумазой ноги и край голубого платьица, но это совершенно точно была девочка — не лось, не медведь, не рыбак и не беглый зек. Я даже выдохнул с облегчением.

— Эй, — позвала Лена, — ты потерялась? Тебе нужна помощь?

Голубой подол полностью скрылся за елью, волосы плеснули золотистой волной и пропали за кустами.

— Я же говорила, что тут кто-то есть, — прошипела Лена и бросилась за девочкой, крича на ходу, что нас не стоит бояться.

Я поспешил следом, недоумевая: откуда в лесу мог взяться ребенок?