Фандом: Ориджиналы. Звонок будит его среди ночи, заставляет бросить все и лететь через океан в замкнутый мирок дома, где обитают демоны. Там совершено преступление, выходящее за рамки логики и смысла, в котором нет мотивов, и оно никому не выгодно. Жертвой является загадочный киллер, пропавший без вести несколько месяцев назад. Зацепкой становится шприц, стандартное содержимое которого подменили героином. Он, случайно или намеренно вовлеченный в дела подданных Люцифера, берется за расследование.
Добавить в моё избранное
236 мин, 21 сек 14967
Маленький мальчик с золотыми дредами взял под руку громилу в чёрном и повел на веранду.
— Смотри, — медленно заговорил Хэлл, изменив своей привычке тараторить. Питер мимолетно подумал, что улыбка глубочайшей печали сделала его похожим на святого. — Там на широком подоконнике лежит прекраснейший оборотень из клана белых удавов, крепко обняв нашу единственную надежду на этот последний восход. Его глаза больше не кровавят, но кровавит сердце… одно сердце, бившееся на двоих. Нам не разделить его муку, но мы можем нести дальше его самого. Хочешь ли ты, менестрель, остаться с нами? С ними… и со мной?
Питер кивнул, сглатывая комок в горле.
— Кроме этого я больше ничего и не хочу, мастер Метаморфоз. В начале этого пути я думал, что влюбился в оборотня. Пока иллюзия не разбилась об лед циничных фиолетовых глаз. Ты возвратишь их, мастер… через время. Ты можешь всё.
Улыбка Хэлла стала чуть ярче. Наблюдая краем глаза, как Лиллиан и Вильгельм Инститорисы забираются на обширный подоконник и обступают родителей, они пересекли веранду, миновав холл, и покинули дом. Инженер обошел Кобальта и уцепился за локоть с другой стороны.
— Надеюсь, ты не сильно хочешь спать, — оставив особняк за спиной, Солнечный Мальчик бодро зашагал по песчаной тропинке.
— Прогулка ранним утром, Хэлл?
— Да, менестрель. Развеем рассветом твои последние ужасы. И встретим солнце величественно выплывающим из Тихого океана.
— Смотри, — медленно заговорил Хэлл, изменив своей привычке тараторить. Питер мимолетно подумал, что улыбка глубочайшей печали сделала его похожим на святого. — Там на широком подоконнике лежит прекраснейший оборотень из клана белых удавов, крепко обняв нашу единственную надежду на этот последний восход. Его глаза больше не кровавят, но кровавит сердце… одно сердце, бившееся на двоих. Нам не разделить его муку, но мы можем нести дальше его самого. Хочешь ли ты, менестрель, остаться с нами? С ними… и со мной?
Питер кивнул, сглатывая комок в горле.
— Кроме этого я больше ничего и не хочу, мастер Метаморфоз. В начале этого пути я думал, что влюбился в оборотня. Пока иллюзия не разбилась об лед циничных фиолетовых глаз. Ты возвратишь их, мастер… через время. Ты можешь всё.
Улыбка Хэлла стала чуть ярче. Наблюдая краем глаза, как Лиллиан и Вильгельм Инститорисы забираются на обширный подоконник и обступают родителей, они пересекли веранду, миновав холл, и покинули дом. Инженер обошел Кобальта и уцепился за локоть с другой стороны.
— Надеюсь, ты не сильно хочешь спать, — оставив особняк за спиной, Солнечный Мальчик бодро зашагал по песчаной тропинке.
— Прогулка ранним утром, Хэлл?
— Да, менестрель. Развеем рассветом твои последние ужасы. И встретим солнце величественно выплывающим из Тихого океана.
Страница 66 из 66
