Фандом: Гарри Поттер. Война давно позади, но не все успели насладиться холодным блюдом — местью.
Добавить в моё избранное
18 мин, 56 сек 611
— В Хогвартсе пострадал ученик.
И замолчала. Словно двух слов было достаточно для того, чтобы прийти к какому-то выводу и начать действовать.
— Подробнее, — проглотив рвущиеся ругательства, потребовал Люпин.
— Мадам Андерсон не сразу сообщила о происшествии…
— Кто такая мадам Андерсон? — перебил Эдвард.
— Школьная медсестра, — недовольно поджала губы Минерва. — Мальчик был доставлен в Больничное крыло с магическим истощением, но мадам Андерсон не придала этому значения и не сообщила мне. Спустя два дня пострадал ещё один ребёнок…
— Профессор МакГонагалл, — снова перебил Эдвард, — при всём уважении, не могли бы вы рассказывать с большим количеством деталей? Как зовут первого пострадавшего, где произошёл инцидент, как он себя чувствует и каковы прогнозы… То же и о втором пострадавшем. Мне нужно больше информации.
— Вы всегда перебиваете старших?
— Я аврор, миссис МакГонагалл, — ледяным тоном ответил Люпин. — И для успешного выполнения своих обязанностей мне нужен не лепет свидетелей и потерпевших, а факты.
Минерва нахмурилась, но проглотила отповедь.
— Первым пострадавшим был мистер МакНейр, шестикурсник. Его нашли неподалёку от входа в гостиную Слизерина без сознания. У него серьёзное магическое истощение, и он до сих пор не пришёл в себя. Вторым — спустя два дня — пострадал мистер Нотт, первокурсник. Он также был обнаружен без сознания, но нашли его на улице, у теплиц. То же истощение, что и у МакНейра, но ситуация усугублена переохлаждением. Третьим…
— Значит, их трое.
— Их четверо, мистер Люпин! — звенящим от страха голосом вскричала МакГонагалл. — Третьим был мистер Эйвери, четвёртым — Мальсибер!
— Сыновья Пожирателей смерти, — уловил взаимосвязь Люпин. — Неприятно. Свидетелей, я так понимаю, нет?
— Вы правильно понимаете. Мальчики просто уходили из гостиной или после уроков в одиночестве, а спустя какое-то время их обнаруживали без сознания с магическим истощением. Поскольку происходило это с перерывами в два дня, внимание обратили не сразу. Да ещё и каникулы… Никто не знает о происшествиях. О МакНейре знают, но посчитали чьей-то глупой шуткой. Нотт по официальной версии в Больничном крыле с серьёзной простудой. А Эйвери и Мальсибер считаются уехавшими на рождественские каникулы домой.
— И вы не хотите скандала, — понимающе кивнул Люпин. — Профессор, вы же понимаете, что не контролируете ситуацию? Я не могу закрыть глаза…
— Я и не прошу вас об этом! Наоборот, я пришла просить о помощи!
— Я соберу отряд…
— Нет!
Эдвард отшатнулся, когда МакГонагалл схватила его за руку и прокричала это «нет» ему прямо в лицо.
— Мэм, поймите же…
— Я понимаю, — не отпуская руку, тихо произнесла она, — но и вы поймите, если об этом станет известно, о независимости Хогвартса придётся забыть. Вы же учились в Хогвартсе, вы же должны понимать, как это важно, не допустить… Умоляю вас, мистер Люпин…
Эдвард смотрел на директора и не узнавал. Железная МакГонагалл, какой он её помнил, исчезла, а в кресле напротив сидела сгорбленная старуха. Он понимал, что директор готова на всё, чтобы защитить школу, но он сам — аврор, и потому его задачей была защита людей. Даже если эти люди — пожирательские дети.
Поймав себя на этой мысли, Эдвард едва не скривился: нельзя так думать, дети за родителей не отвечают, более того, после войны именно семьи сторонников Волдеморта больше всего нуждались в защите. Столько лет прошло, а память английских волшебников бережно хватит воспоминания о страхе и обидах.
— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы разобраться в ситуации и найти виновных, — пообещал он не столько МакГонагалл, сколько себе. — Мне нужен доступ в Хогвартс.
— Мистер Люпин…
— Что ещё? — уловив нотки сомнения в голосе МакГонагалл, устало спросил он.
— Вы… понимаете, если студенты увидят аврора… Вы могли бы воспользоваться какой-нибудь… маскировкой?
Сначала он хотел ответить категорическим отказом — он аврор, а не преступник, чтобы скрываться! Но следом пришла мысль, что с посторонним никто не захочет разговаривать, и ему будет непросто получить какую-либо полезную информацию от учеников, и тогда в голове стал формироваться план…
— Скажите, профессор, какова на сегодняшний день защита Хогвартса?
— После войны, когда Хогвартс восстанавливали, были установлены дополнительные слои защиты. Все тайные ходы заложены, территория ограждена щитовыми чарами против любого проникновения: людей, зверей, анимагов, магических тварей и даже призраков. В Хогвартс можно попасть тремя путями: ворота у хогсмидской станции, калитка у избушка Хагрида и камин в моём кабинете.
— Прекрасно, — что-то мысленно прикидывая, протянул Люпин. — Это автоматически означает, что кто бы ни был злоумышленником, он находится в школе и покинуть её не может.
И замолчала. Словно двух слов было достаточно для того, чтобы прийти к какому-то выводу и начать действовать.
— Подробнее, — проглотив рвущиеся ругательства, потребовал Люпин.
— Мадам Андерсон не сразу сообщила о происшествии…
— Кто такая мадам Андерсон? — перебил Эдвард.
— Школьная медсестра, — недовольно поджала губы Минерва. — Мальчик был доставлен в Больничное крыло с магическим истощением, но мадам Андерсон не придала этому значения и не сообщила мне. Спустя два дня пострадал ещё один ребёнок…
— Профессор МакГонагалл, — снова перебил Эдвард, — при всём уважении, не могли бы вы рассказывать с большим количеством деталей? Как зовут первого пострадавшего, где произошёл инцидент, как он себя чувствует и каковы прогнозы… То же и о втором пострадавшем. Мне нужно больше информации.
— Вы всегда перебиваете старших?
— Я аврор, миссис МакГонагалл, — ледяным тоном ответил Люпин. — И для успешного выполнения своих обязанностей мне нужен не лепет свидетелей и потерпевших, а факты.
Минерва нахмурилась, но проглотила отповедь.
— Первым пострадавшим был мистер МакНейр, шестикурсник. Его нашли неподалёку от входа в гостиную Слизерина без сознания. У него серьёзное магическое истощение, и он до сих пор не пришёл в себя. Вторым — спустя два дня — пострадал мистер Нотт, первокурсник. Он также был обнаружен без сознания, но нашли его на улице, у теплиц. То же истощение, что и у МакНейра, но ситуация усугублена переохлаждением. Третьим…
— Значит, их трое.
— Их четверо, мистер Люпин! — звенящим от страха голосом вскричала МакГонагалл. — Третьим был мистер Эйвери, четвёртым — Мальсибер!
— Сыновья Пожирателей смерти, — уловил взаимосвязь Люпин. — Неприятно. Свидетелей, я так понимаю, нет?
— Вы правильно понимаете. Мальчики просто уходили из гостиной или после уроков в одиночестве, а спустя какое-то время их обнаруживали без сознания с магическим истощением. Поскольку происходило это с перерывами в два дня, внимание обратили не сразу. Да ещё и каникулы… Никто не знает о происшествиях. О МакНейре знают, но посчитали чьей-то глупой шуткой. Нотт по официальной версии в Больничном крыле с серьёзной простудой. А Эйвери и Мальсибер считаются уехавшими на рождественские каникулы домой.
— И вы не хотите скандала, — понимающе кивнул Люпин. — Профессор, вы же понимаете, что не контролируете ситуацию? Я не могу закрыть глаза…
— Я и не прошу вас об этом! Наоборот, я пришла просить о помощи!
— Я соберу отряд…
— Нет!
Эдвард отшатнулся, когда МакГонагалл схватила его за руку и прокричала это «нет» ему прямо в лицо.
— Мэм, поймите же…
— Я понимаю, — не отпуская руку, тихо произнесла она, — но и вы поймите, если об этом станет известно, о независимости Хогвартса придётся забыть. Вы же учились в Хогвартсе, вы же должны понимать, как это важно, не допустить… Умоляю вас, мистер Люпин…
Эдвард смотрел на директора и не узнавал. Железная МакГонагалл, какой он её помнил, исчезла, а в кресле напротив сидела сгорбленная старуха. Он понимал, что директор готова на всё, чтобы защитить школу, но он сам — аврор, и потому его задачей была защита людей. Даже если эти люди — пожирательские дети.
Поймав себя на этой мысли, Эдвард едва не скривился: нельзя так думать, дети за родителей не отвечают, более того, после войны именно семьи сторонников Волдеморта больше всего нуждались в защите. Столько лет прошло, а память английских волшебников бережно хватит воспоминания о страхе и обидах.
— Я сделаю всё от меня зависящее, чтобы разобраться в ситуации и найти виновных, — пообещал он не столько МакГонагалл, сколько себе. — Мне нужен доступ в Хогвартс.
— Мистер Люпин…
— Что ещё? — уловив нотки сомнения в голосе МакГонагалл, устало спросил он.
— Вы… понимаете, если студенты увидят аврора… Вы могли бы воспользоваться какой-нибудь… маскировкой?
Сначала он хотел ответить категорическим отказом — он аврор, а не преступник, чтобы скрываться! Но следом пришла мысль, что с посторонним никто не захочет разговаривать, и ему будет непросто получить какую-либо полезную информацию от учеников, и тогда в голове стал формироваться план…
— Скажите, профессор, какова на сегодняшний день защита Хогвартса?
— После войны, когда Хогвартс восстанавливали, были установлены дополнительные слои защиты. Все тайные ходы заложены, территория ограждена щитовыми чарами против любого проникновения: людей, зверей, анимагов, магических тварей и даже призраков. В Хогвартс можно попасть тремя путями: ворота у хогсмидской станции, калитка у избушка Хагрида и камин в моём кабинете.
— Прекрасно, — что-то мысленно прикидывая, протянул Люпин. — Это автоматически означает, что кто бы ни был злоумышленником, он находится в школе и покинуть её не может.
Страница 2 из 6
