О львах и планах

От этого его собственный обмякший член заинтересованно дёрнулся — стояк возвращался просто от того, как тащит Отабека.

Юра упёрся плечом, перевернул их обоих — и Отабек выдал ещё более вдохновляющий звук.

Вот так, растянувшийся на кафеле Отабек выглядел лучше, чем любая мокрая фантазия: в расстёгнутой куртке, с торчащими сквозь белую футболку сосками, с зажмуренными глазами и распухшим от поцелуев, приглашающее распахнутым ртом. Он прижимал к члену Юрины пальцы собственной затянутой в обрезанную перчатку рукой, а другой намертво вцепился ему в Юрину майку и непреклонно тянул его вниз. Юра смотрел на их сомкнутые на члене руки. На чёрной коже перчатки остался белый полупрозрачный след — его собственная сперма. На перчатке Отабека.

Вот это сейчас — это сердечный приступ? Ебёна мать. Юре просто необходимо было поцеловать Отабека сию же секунду, распробовать его языком, но тут Отабек опять простонал его имя.

— Мне нужно… Юра…

Юра усилил хватку, и Отабек поперхнулся воздухом и поддал членом ему в ладонь, его мускулы играли под Юриной тяжестью. Он был прекрасен. Он метался, запрокинув голову и до отказа выгнув шею, будто пытался отказать себе в удовольствии. Юре хотелось разнести его выдержку вдребезги. Он подтянул его за волосы к себе и впился в его губы, а когда из горла Отабека, слишком взведённого для того, чтобы ответить на поцелуй, донеслось хныканье, Юра сместился ниже и ощутимо сжал зубы на его трахее.

Отабек задохнулся, замер — застыл — и кончил, дрожа, с криком, плеснув горячим Юре на пальцы.

Юру так поглотило наслаждение Отабека, что казалось: да он сам сейчас снова кончит. Невъебенно хорошо. Он рухнул Отабеку на грудь, обняв одной рукой и оставив вторую расслабленно лежать на члене Отабека. Юра попытался вспомнить, как это — дышать нормально, а не глотать ежесекундно воздух.

В голове всё плыло и кружилось, и далеко не сразу Юра почувствовал, как его гладят по волосам. Он поднял голову. Отабек смотрел на него не то с опаской, не то с надеждой и словно побаивался улыбнуться по-настоящему.

Что за фигня? Если кто и должен нервничать, так это Юра — это ему в первый раз подрочили, да ещё и на полу раздевалки — и он не парился. А Отабеку что не так?

Он заставил Отабека кончить. Бля, он — заставил — Отабека — кончить! Юра — бог секса, йо! Он улыбнулся, крепче обнял Отабека и, развернувшись, поцеловал его в ключицу. Затем поднялся с поцелуями по шее, к точёной челюсти. Когда он добрался до губ, Отабек уже тоже улыбался, на этот раз без дураков. Юра поцеловал эту улыбку, сначала лишь слегка касаясь губами, а потом крепче, дольше, пока язык Отабека не начал гладить его собственный, а сам поцелуй не стал влажным и звучным.

— Когда — м-м — когда мы сможем сделать это снова? — спросил Юра, крутанув бёдрами. — Прямо сейчас, а? Давай, скажи, что сейчас.

У Юры уже почти встало, и от его движений член Отабека тоже дёрнулся — приятно, и шансы на повтор явно росли.

— Юр, мы всё ещё в раздевалке, — хмыкнул Отабек.

— И что?

Из коридора донёсся громкий смех — без лишних слов доказывая, что Отабек прав. Ну да, публичное место, мать его. А Юра категорически не хотел делить Отабека вообще ни с кем.

— Кроме того, мы должны пойти на банкет.

— Кого ебёт банкет? Я же сказал — хочу остаться с тобой.

Отабек заправил Юре волосы за ухо, нежно обвёл раковину, и Юра подался навстречу.

— Пойдём вместе. Все будут ждать золотого медалиста. Что скажет твой тренер, если ты не явишься?

— Что ты плохо на меня влияешь, — тут же ответил Юра.

— Скажешь, нет?

— Нет. Ты на меня влияешь очень даже хорошо, — Юра уронил голову Отабеку на плечо. — Поехали снова на байке кататься.

— Потом обязательно, — там, где Юра прижимался к его груди ухом, слова Отабека отзывались гудящим эхом, как урчание кота. — Тебе, может, плевать на банкет, а мне нет. Пошли.

Отабек потянул его за плечи вверх, Юра неохотно сел — и тут же обнаружил, что теперь на его новой майке подсыхает белёсое пятно.

— Ха. Будем надеяться, оно отстирается. Когда нам надо быть, ещё раз?

Отабек выудил из кармана пиджака телефон.

— … Блин.

— То есть, прямо сейчас?

— То есть, мы уже десять минут как должны были переодеться. Тебе сколько времени надо?

Юра ухмыльнулся.

— Спорим, меньше, чем тебе?

Отабек только бровь выгнул на вызов — и они стартанули, сначала наперегонки в душ, потом к шкафчикам, где, толкаясь, натянули как попало тренировочные шмотки, потом бегом через улицу в отель (Отабек бежать отказался, что, по мнению Юры, было настоящим свинством. Мало того, что такой горячий, так ещё и шагом обогнать умудрился всё равно). Там, пихаясь, они вызывали лифт — парадные костюмы дожидались их в номерах.

Им грандиозно повезло не нарваться на засаду Юриных фанаток.