У зеркала два лица

— Вот ты сейчас прогоняешь меня — старую больную женщину, которая желает только добра, — губы профессора МакГонагалл сжались в нитку, — а потом тебя замучает маленькое злобное чудовище.

— Ты подбросишь мне в постель пикси?

— Нет, Северус, тебя сожрет чувство вины.

Минерва вскинула голову и гордо удалилась, шурша темно-зеленой мантией.

Из всех времен года больше всего Снейп не любил утро и понедельники. Не то чтобы у Северуса вдруг проснулась совесть. На самом деле он вот уже час пытался понять: какого черта ему вообще понадобилось рассказывать Поттеру о результатах собственных изысканий. Скорее всего, это от неожиданности: когда бравый аврор врезался в профессора на выходе из кабинета директрисы, с губ Снейпа непроизвольно сорвалось:

— Двадцать баллов с Гриффиндора!

Много бы он дал, чтобы стереть эту идиотскую улыбочку с губ Поттера. Осунувшийся героический аврор оживился и, кажется, даже хихикнул:

— Как в старые добрые времена, профессор.

— Молоды еще, Поттер, чтобы предаваться со мной совместным воспоминаниям. Моя любимая мозоль усердно намекает, что без вас Хогвартс стал гораздо лучше в плане профилактики травматизма среди преподавательского состава.

— Я всего лишь приходил уточнить кое-какие детали расследования с профессором МакГонагалл.

— И как себя чувствует ваше замечательное расследование?

— Я не уполномочен сообщать подробности кому бы то ни было.

— Судя по тому, что Аврорат не жаждет оповестить общественность о том, что преступник пойман и древнейший магический артефакт водворен на место, далеко вы не продвинулись, — Снейп плечом отодвинул Поттера с дороги, прошел к горгулье, закрывающей вход в кабинет директора, и многозначительно добавил, не оборачиваясь: — В отличие от меня.

Позади раздался тяжкий вздох Поттера:

— Значит, Гермиона была права.

— Мисс Грейнджер хоть и не слишком адекватна психически, но, как правило, редко ошибается.

— Гермиона, она такая. Я сегодня как раз собирался к ней. Может быть, пойдете со мной?

— Думаю, мисс Грейнджер не будет в восторге от моего посещения, — Северус пожал плечами. — В нашу последнюю встречу она ясно дала понять, что не приветствует лицезрение моей персоны.

— Она… она сожалеет.

Снейп наконец обернулся.

— Это она просила передать?

— Нет. Но она прочла все книги о короле Артуре, Мерлине и Моргане, что смогла достать.

— Она говорила вам о записках Морганы?

— Да. А еще она считает, если вы действительно найдете что-то стоящее, то непременно сообщите… мне.

— А мисс Грейнджер, оказывается, позитивно смотрит в будущее.

— Она сейчас живет с родителями. Ей… у нее были проблемы со здоровьем.

— Я заметил, — вежливо кивнул Снейп. — Но учтите, что в места массового скопления детей и их родителей я больше не пойду.

— И не надо, — усмехнулся Гарри. — Сейчас Гермионе значительно лучше. Мистер и миссис Грейнджер пригласили меня сегодня к обеду. Думаю, лишняя тарелка у них найдется.

Так что сейчас, проклиная все свои душевные порывы, Северус угрюмо поддакивал щебетанию миссис Грейнджер и поглощал ее стряпню в угрожающих здоровью масштабах. Дом, где его встретили так радушно, словно он являлся далеким, но горячо любимым родственником, Снейпу, как ни странно, понравился, хотя ничего особенного из себя и не представлял: много света, старая, но добротная мебель и великое множество безделушек, расставленных где только возможно.

Поначалу, как только его взгляд натыкался на какой-нибудь предмет обстановки, миссис Грейнджер сразу же заводила пространный рассказ о происхождении данной вещи. Так что профессору пришлось ознакомиться с душещипательной историей стайки раковин каури, а также прослушать краткий курс по выявлению разницы между африканскими и индийскими слонами, кои были представлены в гостиной аж в количестве семи фарфоровых штук.

В итоге Снейп предпочел не отрывать взгляд от тарелки, лишь изредка поглядывая на Грейнджер, сидящую напротив. Раньше ему казалось, что быть еще более худой просто невозможно, но глядя сейчас на ее изможденное лицо со впалыми щеками, полупрозрачные и голубоватые веки, он понимал, что нет пределов совершенству, а девчонку еще откармливать и откармливать.

Наконец испытание обедом закончилось, чета Грейнджеров во главе с молчаливым отцом семейства тактично осталась в гостиной угощаться послеобеденным кофе, а остальные прошли в кабинет — небольшую комнату с несколькими книжными шкафами и отличным письменным столом.

— У вас весьма э-э-э… интересные родители, мисс Грейнджер.

— Спасибо, профессор. Вы тоже вели себя достаточно… доброжелательно.

— А я вообще очень милый, — Снейп занял единственное кресло и закинул ногу на ногу. — Пока в глотку не вцеплюсь.