В иной жизни, в ином мире

Говорили, что он был властен, суров и даже порой жесток, без зазрения совести увольнял целые отделы, если в них отпадала надобность. Но Саккара Мерит была одним из ценнейших его кадров — и наверняка одним из самых высокооплачиваемых. Так что дело было явно не в деньгах.

Подъехав к дому, Хоуп припарковала машину и поднялась на верхний этаж жилого небоскреба — от отца ей достался пентхаус. Сама она предпочитала жить в частном доме, но по городским пробкам туда было слишком долго добираться, в то время как квартира находилась от работы всего в пятнадцати минутах езды.

Саккара вошла следом, небрежно скинула туфли.

— Нальешь выпить? — спросила она, оглядываясь по сторонам. Посмотреть было на что — отец чересчур доверился дизайнеру, и в результате огромную гостиную, оформленную в черно-серых тонах, украсили чудовищные вазы почти до потолка, напоминающие блестящие фаллоимитаторы, и абстрактные полотна во всю стену с изображенными на них стрелами и копьями. Хоуп все никак не находила сил, чтобы избавиться от всего этого кошмара.

— Есть только вино, — сказала она, пройдя на кухню.

— Отлично.

Разлив вино по бокалам, — себе Хоуп налила скорее за компанию, пить она не собиралась — она предложила Саккаре устроиться на кожаном диване в гостиной. Диван этот украшал первые страницы дорогих каталогов, однако был жестким и неудобным — и прекрасно, Хоуп рассчитывала, что это сгладит неформальность встречи.

Пригубив вино, Саккара какое-то время задумчиво смотрела на нее поверх бокала, а затем, будто решившись, начала свой рассказ.

Оказывается, незадолго до смерти Маттиас угрожал Люциферу неким компроматом, способным здорово подорвать авторитет «Морнингстар Инк.». Неизвестно, привел бы отец Хоуп в исполнение свои угрозы или побоялся бы связываться с опасным конкурентом, но факт, что какая-то информация у него была, не вызывал сомнений — услышав об этом, Люцифер пришел в ярость.

Хоуп слушала Саккару со смесью недоверия и испуга. Она никогда не задумывалась о причинах смерти отца — врачи сказали, что у него попросту остановилось сердце. Но если Саккара не врала — а причин для этого Хоуп не видела, — компромат мог стать серьезным поводом для его убийства.

— Найди эти документы, — сказала Саккара. — И используй на свое усмотрение. Но мой тебе совет — даже не вздумай говорить о них Люциферу, если не решишься что-то с ними сделать. Не шантажируй его, не торгуйся. Лучше просто уничтожь.

— Зачем тебе это? — голос Хоуп прозвучал хрипло. Откашлявшись, она решила перефразировать вопрос — и так было понятно, что Саккара жаждет поквитаться со своим боссом. — Ты даже не попросишь поделиться информацией?

Мерит снова надолго замолчала, и это было довольно неожиданно при ее обычной бойкой манере вести переговоры.

— Будем считать, что мы квиты, если ты потопишь этого ублюдка.

Бесконечное кладбище

 

Люцифер терял силы, его армия постепенно перестала пополняться новыми демонами. Не сразу, но те узнали, что король Ада более не владеет своим главным оружием, и их верность перестала быть в его распоряжении. Не желая погибать за него, но и не спеша примкнуть к Леди Смерть, они обошли с тылов ее армию и двинулись в сторону Бесконечного кладбища, вынуждая ответить на эту провокацию.

Ей пришлось сняться с места и отправиться за ними, оставив Крематора с большей частью войска осаждать Темный замок. Ныне, когда Леди Смерть владела Пламенным клинком, ей хватило бы простейшей демонстрации власти, чтобы подчинить демонов и, если не убедить их влиться в ряды ее сторонников, то хотя бы заставить держаться подальше от ее владений.

Она по-прежнему не доверяла Пургатори и не решилась оставлять ее рядом с замком.

Возможно, тому причина внешняя схожесть с Люцифером, или же ее дикарские повадки, но Леди Смерть напрягалась каждый раз, когда видела рядом с собой гибкую красную фигуру с кожистыми крыльями. Пургатори распахивала их, когда была чем-то довольна или злилась, шипела, скаля острые зубы, хохотала и рычала так, что было слышно на весь лагерь. Солдаты боялись и обходили ее стороной.

Не привыкшая к подобным проявлениям чувств, Леди Смерть скрытно наблюдала за ней при любой удобной возможности, силясь понять, что же творится в голове у этого свирепого и прекрасного создания. Была ли у нее какая-то заслуживающая уважения цель, кроме мести, низменного стремления, рожденного из ревности и гордыни? Какой бы безумной ни казалась Пургатори, многие ее поступки указывали на способность принимать взвешенные решения — жестокие, шокирующие неподготовленных, но все же взвешенные.

Когда-то, еще в человеческой жизни, Пургатори была рабыней. Молодую и наивную девушку приблизила к себе царица, сделавшая ее своей любовницей — и Пургатори верила в эту любовь. Но потом царица решила заключить выгодный брак, и будущий муж велел ей принести свою рабыню в жертву.