Фандом: Гарри Поттер. «Чарли встречался с девушками самыми разными, со всех уголков света — но эта была особенной. Он не просто хотел быть с ней. Он в ней нуждался.» История о неописуемой красоте, граничащем с наглостью флирте, настоящей мужской дружбе и преимуществах высшего магического образования.
Добавить в моё избранное
10 мин, 27 сек 7921
— Чарли! Погоди, дружище!
Чарли обернулся и увидел, как к нему спешит Алекс. Его мантия едва держалась у него на плечах, а из стопки книг, что он нес, сыпались бумажки. Было в этом нечто забавное: Алекс, хоть и являлся гением, вечно вынужден был догонять остальных.
— Шевелись давай, а то опоздаем, — крикнул ему Чарли. — Знаешь же, что за фрукт наш Лауренциу. Если мы опять опоздаем, он спустит с нас шкуру и скормит хвосторогам.
Чарли замедлил шаг, чтобы Алекс мог догнать его.
— Вот почему ты всегда опаздываешь? — поинтересовался Чарли, когда предательский звук свистящего дыхания выдал приближение Алекса.
— Я проспал, — сказал Алекс. — Я допоздна читал о норвежских горбатых. Ты знал, что их клыки ядовиты? — глаза Алекса расширились в восхищении. — Горбатые драконы питаются водными млекопитающими, которые обычно скользкие, но одна лишь царапина, нанесенная этими клыками, парализует добычу, так что она всплывает на поверхность, и остается только подобрать ее!
— Ага, я на собственном опыте познакомился с норвежским горбатым, помнишь? — усмехнулся Чарли.
— А, точно, — Алекс выглядел смущенным. — Норберт, верно?
— Норберта. Хагрид, может, и любитель драконов, но он не особенно усердно подошел к вопросу определения пола.
— Ладно, давай начистоту: ты сам-то хочешь разглядывать драконьи причиндалы? — ухмыльнулся Алекс.
— Ни в коем разе. Хотя у этого конкретного дракона их не было, — Чарли с усмешкой обернулся к Алексу — но тот вдруг остановился. — Алекс, дружище, все нормально?
Алекс молчал; выглядел он так, будто его парализующим заклинанием приложили. Совершенно не в его стиле так отвечать на вопросы. Обычно проблемой было, как бы его заткнуть.
— Если ты так запыхался от простой прогулки по улице, то тебе стоит почаще поднимать голову от книг и делать хоть какие-нибудь упражнения. Играть в квиддич со мной и с остальными, или еще что…
— Что? Так по английским меркам я небезнадежен?
Успокоенный, Чарли вернулся к другу, встал рядом и проследил за его взглядом.
— На что смотришь? — спросил Чарли, вглядываясь в толпу. Насколько он знал, все было так же, как и на любой другой румынской улице: классические каменные здания, покрытые прихотливой резьбой, и привычные толпы людей, снующих туда и сюда в базарный день.
— Ты разве ее не видишь? — с благоговением в голосе произнес Алекс.
— Вижу? Кого?
— Там, в кафе. Она читает книгу в красном переплете.
Чарли взглянул еще раз — и увидел ее.
Она была поразительна. Ее вьющиеся волосы цвета белого золота ниспадали до талии, бледная кожа сияла потусторонним светом. Казалось, лучи солнца отражаются от нее, точно она сделана из стекла, и этот эффект лиши Чарли дара речи.
Он не вполне понимал, как долго он стоял и смотрел на нее, но чем дольше он смотрел, тем совершеннее она казалась. Пусть она была одета скромно, длинный сарафан без всякого узора своей простотой только подчеркивал ее красоту. Он чудесно облегал фигуру, демонстрируя стройный, точно ива, стан. Весь ее облик — совершенство, от сжимающих чашку пальчиков до того движения, которым девушка поправляла падающую глаза челку.
Потом она посмотрела на него. Не просто подняла взгляд, не просто повернулась в его сторону — она посмотрела точно на него. Ее глаза были темно-синие, будто небесная высь, когда солнце только начинает восходить над горизонтом, или же как океан после шторма. На ум Чарли пришло с тысячу сравнений — и все их он отверг; в сравнении с ней они казались мелкими, незначительными. Ее скулы, точно выточенные изо льдов Антарктиды, и ее бледная кожа представлялись, тем не менее, полными тепла. Не сказать, чтобы она выглядела приветливой — но она была неотразима.
Чарли встречался с девушками самыми разными, со всех уголков света — но эта была особенной. Он не просто хотел быть с ней. Он в ней нуждался.
— Я пойду поболтаю с ней, — сказал Чарли, все еще любуясь девушкой.
— Что? Нет. Я первый заметил ее, — заявил Алекс и толкнул его в грудь, пытаясь казаться забиякой. Попутно он рассыпал свои книги.
— Ты правда, что ли, собрался познакомиться с ней?
— Почему бы и нет? — Алекс, казалось, обиделся.
— Это же ты! Ты хоть раз говорил с девушкой? Ты вечно поглощен чтением, копаешься в прошлом — вместо того, чтобы жить настоящим.
Алекс вздохнул:
— Ну да… Но… Что мне делать? — он выдохнул, признавая поражение.
— То, что хочешь. Ты можешь заговорить с той девушкой, или пойти работать, или, оседлав метлу, махнуть в Токио. Не все решения должны быть трудными и судьбоносными. Иногда мы просто решаем, как провести время.
— Мне показалось, ты был против того, чтобы я говорил с той девушкой, — нахмурился Алекс.
— А вот и нет.
Чарли обернулся и увидел, как к нему спешит Алекс. Его мантия едва держалась у него на плечах, а из стопки книг, что он нес, сыпались бумажки. Было в этом нечто забавное: Алекс, хоть и являлся гением, вечно вынужден был догонять остальных.
— Шевелись давай, а то опоздаем, — крикнул ему Чарли. — Знаешь же, что за фрукт наш Лауренциу. Если мы опять опоздаем, он спустит с нас шкуру и скормит хвосторогам.
Чарли замедлил шаг, чтобы Алекс мог догнать его.
— Вот почему ты всегда опаздываешь? — поинтересовался Чарли, когда предательский звук свистящего дыхания выдал приближение Алекса.
— Я проспал, — сказал Алекс. — Я допоздна читал о норвежских горбатых. Ты знал, что их клыки ядовиты? — глаза Алекса расширились в восхищении. — Горбатые драконы питаются водными млекопитающими, которые обычно скользкие, но одна лишь царапина, нанесенная этими клыками, парализует добычу, так что она всплывает на поверхность, и остается только подобрать ее!
— Ага, я на собственном опыте познакомился с норвежским горбатым, помнишь? — усмехнулся Чарли.
— А, точно, — Алекс выглядел смущенным. — Норберт, верно?
— Норберта. Хагрид, может, и любитель драконов, но он не особенно усердно подошел к вопросу определения пола.
— Ладно, давай начистоту: ты сам-то хочешь разглядывать драконьи причиндалы? — ухмыльнулся Алекс.
— Ни в коем разе. Хотя у этого конкретного дракона их не было, — Чарли с усмешкой обернулся к Алексу — но тот вдруг остановился. — Алекс, дружище, все нормально?
Алекс молчал; выглядел он так, будто его парализующим заклинанием приложили. Совершенно не в его стиле так отвечать на вопросы. Обычно проблемой было, как бы его заткнуть.
— Если ты так запыхался от простой прогулки по улице, то тебе стоит почаще поднимать голову от книг и делать хоть какие-нибудь упражнения. Играть в квиддич со мной и с остальными, или еще что…
— Что? Так по английским меркам я небезнадежен?
Успокоенный, Чарли вернулся к другу, встал рядом и проследил за его взглядом.
— На что смотришь? — спросил Чарли, вглядываясь в толпу. Насколько он знал, все было так же, как и на любой другой румынской улице: классические каменные здания, покрытые прихотливой резьбой, и привычные толпы людей, снующих туда и сюда в базарный день.
— Ты разве ее не видишь? — с благоговением в голосе произнес Алекс.
— Вижу? Кого?
— Там, в кафе. Она читает книгу в красном переплете.
Чарли взглянул еще раз — и увидел ее.
Она была поразительна. Ее вьющиеся волосы цвета белого золота ниспадали до талии, бледная кожа сияла потусторонним светом. Казалось, лучи солнца отражаются от нее, точно она сделана из стекла, и этот эффект лиши Чарли дара речи.
Он не вполне понимал, как долго он стоял и смотрел на нее, но чем дольше он смотрел, тем совершеннее она казалась. Пусть она была одета скромно, длинный сарафан без всякого узора своей простотой только подчеркивал ее красоту. Он чудесно облегал фигуру, демонстрируя стройный, точно ива, стан. Весь ее облик — совершенство, от сжимающих чашку пальчиков до того движения, которым девушка поправляла падающую глаза челку.
Потом она посмотрела на него. Не просто подняла взгляд, не просто повернулась в его сторону — она посмотрела точно на него. Ее глаза были темно-синие, будто небесная высь, когда солнце только начинает восходить над горизонтом, или же как океан после шторма. На ум Чарли пришло с тысячу сравнений — и все их он отверг; в сравнении с ней они казались мелкими, незначительными. Ее скулы, точно выточенные изо льдов Антарктиды, и ее бледная кожа представлялись, тем не менее, полными тепла. Не сказать, чтобы она выглядела приветливой — но она была неотразима.
Чарли встречался с девушками самыми разными, со всех уголков света — но эта была особенной. Он не просто хотел быть с ней. Он в ней нуждался.
— Я пойду поболтаю с ней, — сказал Чарли, все еще любуясь девушкой.
— Что? Нет. Я первый заметил ее, — заявил Алекс и толкнул его в грудь, пытаясь казаться забиякой. Попутно он рассыпал свои книги.
— Ты правда, что ли, собрался познакомиться с ней?
— Почему бы и нет? — Алекс, казалось, обиделся.
— Это же ты! Ты хоть раз говорил с девушкой? Ты вечно поглощен чтением, копаешься в прошлом — вместо того, чтобы жить настоящим.
Алекс вздохнул:
— Ну да… Но… Что мне делать? — он выдохнул, признавая поражение.
— То, что хочешь. Ты можешь заговорить с той девушкой, или пойти работать, или, оседлав метлу, махнуть в Токио. Не все решения должны быть трудными и судьбоносными. Иногда мы просто решаем, как провести время.
— Мне показалось, ты был против того, чтобы я говорил с той девушкой, — нахмурился Алекс.
— А вот и нет.
Страница 1 из 3
