А ты летал в грозовую тучу?

Захлопнув входную дверь, Маркус опустился на диван и просидел в задумчивости несколько минут. Настроение было паршивое. Чтобы забыть о проблемах, он достал палочку, привычным движением направил её на часы и пустил заклинание: над циферблатом появилось небольшое облако, а в нём — сегодняшняя Кэти.

Просмотры стали его тайной страстью. Если позволяло время, Маркус по нескольку раз возвращался к старым эпизодам, любуясь откровенными сценами, в которых сам принимал участие. Ему нравился взгляд со стороны. Сегодня чары запечатлели лицо Кэти, когда Маркус не мог его видеть, и на записи она так счастливо улыбалась, что у него вдруг засосало под ложечкой. Это было странное чувство — и сладкое, и горькое одновременно. Оно переполняло грудь и окрыляло, вселяя неуверенность и тревогу.

Досмотрев запись, Маркус впервые за долгое время снял часы и спрятал их в шкаф.

— Почему ты не ешь, Кэти?

— Я не хочу, спасибо.

— Вчера ты говорила то же самое.

— Я поем дома.

— Я старался, готовил… Боишься, что я что-нибудь тебе подмешаю?

— Не говори ерунды, — она глянула на него с укором. — Просто я хочу быть в форме.

— В форме селёдки? За последнюю неделю ты заметно похудела.

Он прекрасно помнил, что на записях их первых встреч её лицо было менее острым, а груди более округлыми.

— Кроме тебя, Маркус, никто ничего не заметил.

— Кроме меня никто не видит тебя голой — по крайней мере, я на это надеюсь. Ты что, плохо ешь?

— Нет аппетита, — она вздохнула и отвела глаза.

— Хочешь, чтоб тебя сдуло вместе с метлой? — пошутил Маркус и вдруг посерьёзнел. — Эй, подожди, а когда ты в последний раз нормально ела?

Он снова глянул на осунувшееся лицо Кэти. В последнее время они вместе почти никогда не ели — только бегали, летали и занимались сексом. Ему и в голову не могло прийти, что у неё проблемы с аппетитом.

— Скажи, а почему ты не носишь часы? — вдруг спросила она, беря его за запястье со светлым следом от ремешка.

— Снял, чтобы не разбить, — Маркус повернул руку, сжал её ладонь и посмотрел ей в глаза. — Кэти? Не меняй тему.

— Я пью витаминное зелье.

— Скажи мне, когда ты в последний раз ела нормальную еду? — повторил он.

Она неуверенно пожала плечами.

— Так бывает перед важными играми.

— Что бывает?

— Кусок не лезет в горло.

— По нескольку дней?

— Когда как. В прошлом сезоне — почти две недели. Мы проиграли матч, а следующий был для команды решающим… От ловца многое зависит, ты же знаешь.

— Мерлиновы штаны… Прости, — Маркус откинулся на диване и изумлённо уставился на Кэти. — Я думал, что знаю тебя…

Она криво усмехнулась.

— Нельзя до конца узнать другого человека. Мы и себя-то порой плохо знаем.

Маркусу было не до философствований.

— Ты понимаешь, что это опасно? — проговорил он, сильней сжимая её пальцы. — А вдруг тебе станет плохо во время игры?

— Это просто нервы. Ну хорошо, если тебя это так пугает, я сейчас же съем вон ту булочку. Идёт?

Маркус глянул на накрытый им столик, в центре которого стоял поднос со сдобой, купленной им специально для домашнего вечера с Кэти.

— Сделай одолжение…

Она взяла самую маленькую булочку и стала её медленно жевать.

— После игры всё будет в порядке.

— Ага, конечно, — пробурчал Маркус, подавая ей стакан с тыквенным соком. — Кто-нибудь ещё знает?

— Наверное, бабушка догадывается. Наложит мне еду и не уходит…

Впервые Маркус почувствовал, что они со старой миссис Белл на одной стороне и могли бы стать союзниками.

— Просто скажи мне, что ты съела за последние три дня?

— Список будет небольшим, — вздохнула Кэти. — Вот эту булочку.

— Ты говорила тренеру или колдомедику?

— Я боюсь, что меня выгонят из команды, Маркус… Ты представляешь, сколько человек претендует на роль ловца? Раньше я была охотником, а теперь уверена, что ловить снитч — это моё… Я должна есть, но не могу впихнуть в себя ни кусочка. Прошу тебя, никому не говори.

— Ясно, — Маркус вскочил, несколько раз прошёлся по гостиной и снова вернулся на диван. — Давай попробуем есть вместе и понемногу, хорошо?

Она неуверенно кивнула.

— Картошка или салат? — спросил он.

— Салат.

— Правильно, после перерыва лучше начинать с лёгкой пищи.

Маркус придвинул к дивану столик с тарелками, быстро поел сам, а потом покормил Кэти из ложки, уронив несколько помидорных долек на её светлые джинсы.

— Если хочешь, можем застирать, — предложил он, отодвигая пустую тарелку.

— Зачем? Это дело одного заклинания…

— Но тогда тебе не придётся раздеваться.

Кэти с укором глянула Маркусу в глаза, тихо рассмеялась, а затем позволила ему стянуть с себя джинсы.