Фандом: Матрица, Алиса в Стране чудес, Изумрудный город, Гарри Поттер. Не ту таблетку вы выбрали, мистер Андерсон, ой не ту. Лучше бы серую брали!
Добавить в моё избранное
5 мин, 29 сек 3003
— Ах да, та маленькая капсула, что блаженно скользнула вниз по вашему пищеводу, мистер Андерсон, содержала ЛСД.
— Что? — я удивленно уставился на человека, представившегося мне Морфеусом, знаменитым хакером, которого долго и безуспешно пытались поймать правительство и спецслужбы. Он рассказал мне презабавную историю о том, что вокруг на самом деле все не так. Мы живем в виртуальной реальности, созданной роботами, которые уже несколько веков как захватили мир. Я долго думал — посмеяться над ним, выставить за дверь или вызвать санитаров психической клиники. Но тут он предложил мне эксперимент: две таблетки, красная и синяя. Красная сулила избавление от оков, я бы смог увидеть всю правду о нашем мире, а попробовав на вкус синюю, навсегда бы остался в привычной для меня реальности.
И я не смог удержаться. Я взял одну из капсул. Красную. Я хотел посмеяться над этим безумцем, который верит в такую чепуху. Но вышло по-иному — он посмеялся надо мной.
Яд наркотика влился в мою кровь…
Открыв глаза, я увидел себя сидящим на корточках перед старым дубом. Между его корней в глубины земли была прорыта кроличья нора.
— Нора? — протянул я, вспоминая детскую сказку. — А где же тогда кролик?
— Мяу! — послышался приглушенный мяв позади меня. Я обернулся и увидел стоявшую передо мной на задних лапах и одетую в черный шелковый плащ кошку. И на ней, кстати, были еще сапоги и кожаная маска.
— А ты что здесь делаешь, красавица? — протянув руку ей навстречу, произнес я. — Это ведь не твоя сказка.
Забывшись, кошка потерлась об мою руку, а потом зашипела и вцепилась в нее когтями. От неожиданности я вздрогнул и неловко завалился назад… Прямо в кроличью нору.
Полет был долгим, вокруг меня мелькали падающие шкафы, скрипящие кровати, несколько раз мимо пролетал один и тот же бизнесмен, сжимавший в своей руке номер газеты «Нью-Йорк Таймс», где на главной полосе было написано «Биржевые рынки обвалились»; все это было странным, но не очень страшным. Я помнил сказку и знал, что в конце полета меня ожидает мягкое приземление.
И вот наконец показался пол огромной комнаты. Я приготовился… И пробил его своим телом, свалившись прямо на стол, заваленный чайниками, побитыми чашками и другой разнообразной утварью.
— О, Алиса? Здравствуй, милый мальчуган! — чей-то веселый голос выдернул меня из забытья.
— Я не Алиса… — буркнул я, приподнимаясь со стола.
— Не наша Алиса? — спросил кто-то сзади и по-дурацки захихикал. Обернувшись, я увидел перед собой старого облезлого зайца, качавшегося в кресле-качалке и сжимавшего в лапках разбитую чашку.
— Меня зовут Томас Андерсон, я здесь случайно!
— Все так говорят, а потом оказывается, что именно они и есть Алиса, — глубокомысленно заметил кто-то, и передо мной встал человек в шляпе. Его волосы давно утратили цвет, покрывшись сединой, но лицо было в гриме, и в глазах, в которые я случайно заглянул, чертики плясали ламбаду.
Он пристально посмотрел на меня и произнес, усмехнувшись:
— Да, ты не Алиса. Нет той булатности, что была в ней. Хотя есть способ все же точно определить, Алиса ты или нет: что общего между вороном и письменным столом?
— Понятия не имею… — протянул я и тут же сдавленно захрипел, когда он меня неожиданно обнял, закричав:
— Алиса! Все-таки это ты!
— Я не Алиса, простите. Но позвольте вопрос: кто вы?
— Я? — отпустив меня и отступив на несколько шагов, удивленно произнес он. — Я — Шляпник! Ты не узнаешь меня?
— Нет. Простите.
— А вот ты совсем не изменился, милый Алиса.
— Шляпник, угомонись, это не Алиса, — прогудел один из чайников, лежавших рядом со мной.
— А, Соня, вот ты где! — засмеявшись, сказал Шляпник и, подхватив чайник, вытряс оттуда мышь. Та, грозно глянув на этого странного старика, пропищала:
— Дай поспать! — и свернувшись в клубочек, уснула.
Наверху раздался какой-то грохот, и на стол с возмущенным мявом упала та самая кошка в сапогах, что столкнула меня в кроличью нору. А следом изящно приземлился, используя зонтик словно парашют, Белый Кролик в сюртуке.
Он грозно посмотрел на кошку и произнес, слегка заикаясь:
— Н-н-ну и з-з-зачем он нам, Мягколапка? — но кошке не было и дела до него, она, тихо мурча, подбиралась к спящей Соне. Прыжок… И игла, служившая мышке клинком, вонзилась кошке прямо в лапу. Раздался вопль, и все бросились наперебой утешать Мягколапку и Соню.
— Знаете, я лучше пойду! — тем временем, сойдя наконец со стола, тихо произнес я, но меня, кажется, никто уже не слышал — Мартовский Заяц и Шляпник пели какую-то странную песню разомлевшим от ласк кошке и мышке.
Я повернулся к ним спиной и зашагал по дороге из желтого кирпича, что вела меня в сторону леса. А позади гремела песня:
Ах, на кого я только шляп ни надевал!
— Что? — я удивленно уставился на человека, представившегося мне Морфеусом, знаменитым хакером, которого долго и безуспешно пытались поймать правительство и спецслужбы. Он рассказал мне презабавную историю о том, что вокруг на самом деле все не так. Мы живем в виртуальной реальности, созданной роботами, которые уже несколько веков как захватили мир. Я долго думал — посмеяться над ним, выставить за дверь или вызвать санитаров психической клиники. Но тут он предложил мне эксперимент: две таблетки, красная и синяя. Красная сулила избавление от оков, я бы смог увидеть всю правду о нашем мире, а попробовав на вкус синюю, навсегда бы остался в привычной для меня реальности.
И я не смог удержаться. Я взял одну из капсул. Красную. Я хотел посмеяться над этим безумцем, который верит в такую чепуху. Но вышло по-иному — он посмеялся надо мной.
Яд наркотика влился в мою кровь…
Открыв глаза, я увидел себя сидящим на корточках перед старым дубом. Между его корней в глубины земли была прорыта кроличья нора.
— Нора? — протянул я, вспоминая детскую сказку. — А где же тогда кролик?
— Мяу! — послышался приглушенный мяв позади меня. Я обернулся и увидел стоявшую передо мной на задних лапах и одетую в черный шелковый плащ кошку. И на ней, кстати, были еще сапоги и кожаная маска.
— А ты что здесь делаешь, красавица? — протянув руку ей навстречу, произнес я. — Это ведь не твоя сказка.
Забывшись, кошка потерлась об мою руку, а потом зашипела и вцепилась в нее когтями. От неожиданности я вздрогнул и неловко завалился назад… Прямо в кроличью нору.
Полет был долгим, вокруг меня мелькали падающие шкафы, скрипящие кровати, несколько раз мимо пролетал один и тот же бизнесмен, сжимавший в своей руке номер газеты «Нью-Йорк Таймс», где на главной полосе было написано «Биржевые рынки обвалились»; все это было странным, но не очень страшным. Я помнил сказку и знал, что в конце полета меня ожидает мягкое приземление.
И вот наконец показался пол огромной комнаты. Я приготовился… И пробил его своим телом, свалившись прямо на стол, заваленный чайниками, побитыми чашками и другой разнообразной утварью.
— О, Алиса? Здравствуй, милый мальчуган! — чей-то веселый голос выдернул меня из забытья.
— Я не Алиса… — буркнул я, приподнимаясь со стола.
— Не наша Алиса? — спросил кто-то сзади и по-дурацки захихикал. Обернувшись, я увидел перед собой старого облезлого зайца, качавшегося в кресле-качалке и сжимавшего в лапках разбитую чашку.
— Меня зовут Томас Андерсон, я здесь случайно!
— Все так говорят, а потом оказывается, что именно они и есть Алиса, — глубокомысленно заметил кто-то, и передо мной встал человек в шляпе. Его волосы давно утратили цвет, покрывшись сединой, но лицо было в гриме, и в глазах, в которые я случайно заглянул, чертики плясали ламбаду.
Он пристально посмотрел на меня и произнес, усмехнувшись:
— Да, ты не Алиса. Нет той булатности, что была в ней. Хотя есть способ все же точно определить, Алиса ты или нет: что общего между вороном и письменным столом?
— Понятия не имею… — протянул я и тут же сдавленно захрипел, когда он меня неожиданно обнял, закричав:
— Алиса! Все-таки это ты!
— Я не Алиса, простите. Но позвольте вопрос: кто вы?
— Я? — отпустив меня и отступив на несколько шагов, удивленно произнес он. — Я — Шляпник! Ты не узнаешь меня?
— Нет. Простите.
— А вот ты совсем не изменился, милый Алиса.
— Шляпник, угомонись, это не Алиса, — прогудел один из чайников, лежавших рядом со мной.
— А, Соня, вот ты где! — засмеявшись, сказал Шляпник и, подхватив чайник, вытряс оттуда мышь. Та, грозно глянув на этого странного старика, пропищала:
— Дай поспать! — и свернувшись в клубочек, уснула.
Наверху раздался какой-то грохот, и на стол с возмущенным мявом упала та самая кошка в сапогах, что столкнула меня в кроличью нору. А следом изящно приземлился, используя зонтик словно парашют, Белый Кролик в сюртуке.
Он грозно посмотрел на кошку и произнес, слегка заикаясь:
— Н-н-ну и з-з-зачем он нам, Мягколапка? — но кошке не было и дела до него, она, тихо мурча, подбиралась к спящей Соне. Прыжок… И игла, служившая мышке клинком, вонзилась кошке прямо в лапу. Раздался вопль, и все бросились наперебой утешать Мягколапку и Соню.
— Знаете, я лучше пойду! — тем временем, сойдя наконец со стола, тихо произнес я, но меня, кажется, никто уже не слышал — Мартовский Заяц и Шляпник пели какую-то странную песню разомлевшим от ласк кошке и мышке.
Я повернулся к ним спиной и зашагал по дороге из желтого кирпича, что вела меня в сторону леса. А позади гремела песня:
Ах, на кого я только шляп ни надевал!
Страница 1 из 2
