Фандом: Гарри Поттер. Недостаточно победить Волдеморта, чтобы спокойно жить дальше. Война не заканчивается смертью предводителя, но эта смерть дает новые силы и новую ненависть его последователями. И все продолжают бороться. Бороться, чтобы жить нормальной жизнью без ежесекундного риска и страха потерять самых близких людей. Именно в такие моменты начинаешь понимать, что такое настоящая семья.
Добавить в моё избранное
58 мин, 34 сек 9794
Драко встречался с ней и ввел ее в курс дела. Теперь впереди были огромные сложности, но никто не отчаивался — всех подстегивала близость развязки.
В последнее время Рон почти круглосуточно был в австрийском посольстве — улаживал дела, дорабатывал детали операции, пытался максимально себя занять. В одну из ночей, которую он проводил на диване в кабинете заместителя посла, его растолкала Лаванда.
— Рон!
— Что? — он подскочил на месте, напряженно потирая глаза.
— Тебя вызывают в Прагу.
Он даже на секунду замер на месте, а потом бросился натягивать свитер.
— Готовь портал — так будет быстрее, — бросил Рон, уже завязывая шнурки на одном кроссовке.
Лаванда кивнула и выскочила за дверь. Рон даже успел умыться и стянуть в хвост слишком отросшие волосы.
— Вот, — Браун вернулась и протянула ему галлеон. — Перенесет прямо в квартиру.
— Спасибо, Лав, — едва заметно улыбнулся Рон, сжимая монету.
В следующую минуту он уже стоял посреди такой знакомой кухни. Все никак не удавалось толком проснуться — он выкурил две сигареты подряд, но в голове не прояснялось. А потом появилась Панси, и все вообще стало очень туманно.
— Рон, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Мне так чертовски страшно…
— Я верю, Панс, — к Мордреду все инструкции и правила, когда она так близко. — И я бы хотел тебя забрать, но сейчас это невозможно, ты же знаешь.
— Знаю, — тихо и коротко ответила Паркинсон. — Оттого не легче — из-за любого моего неверного шага все может рухнуть. Но победа нам сейчас важнее, ты же понимаешь.
— Да, понимаю. Я все понимаю, хоть и хотел бы не участвовать в происходящем, — вздохнул Рон, сжимая Панси в объятиях.
— Пойдем наверх, — она потянула его за руку. — Мне очень нужно твое тепло.
Рон хмыкнул. Ему всегда казалось, что как раз тепло он дарить не умеет. И ухаживать тоже не умеет. И вообще не специалист он в делах сердечных. Но с Панси было легко и спокойно. Правильно, если на то пошло. И чувствовал он к ней совсем не то, что в свое время к Гермионе. Панси хотелось защищать, носить на руках. Для нее хотелось быть мужчиной и главой семьи. Гермиона, скорее, сама главенствовала в их жизни. Рон позволял ей это, потому что она была умнее и у нее были ответы на все вопросы. С ней надо было постоянно соответствовать.
Потом все мысли вылетели из головы — когда Панси подошла близко-близко, обняла его за шею. Когда ее губы оказались такими мягкими и теплыми. Когда руки сами легли на ее талию и скользнули вниз.
Паркинсон жарко выдохнула и утянула Рона к кровати. И в голове совсем опустело.
Конечно, с опытами у них ничего не вышло. Драко слишком боялся навредить, Рон порой был слишком резким. В итоге они бросили все и вновь вернулись к бессмысленному времяпровождению в больнице. Правда, бессмысленным оно вскоре быть перестало — Гермиона пришла в себя.
Она была очень слабой, почти не могла пользоваться магией, спала по восемнадцать часов в день, но главное — она была жива. А со всем остальным Драко был готов бороться до победного. И Рон тоже.
— Гермиона, — Драко сжимал ее пальцы и нежно гладил по слишком бледной щеке. — Сегодня мы заберем тебя домой.
Да, наступил, наконец, тот день, когда колдомедики поддались уговорам Гарри и Рона и разрешили забрать Гермиону домой.
— Правда? — ее глаза даже заблестели от радости. — О, Драко, я так устала от больницы. Спасибо.
— Это не мне, — неожиданно возразил Малфой. — Это Рон вместе с Поттером достали всех колдомедиков. А я просто тут с тобой сидел.
Гермиона посмотрела на него удивленно.
— Ты назвал Рона по имени? — уточнила она, видимо, на всякий случай.
Драко закатил глаза, а Рон смотрел на это со стороны, посмеиваясь.
— Да. Мы, вроде как, нашли общий язык, — помедлив, ответил Малфой. — А теперь собирайся, и давай побыстрее уйдем отсюда — у меня аллергия на эти стены.
Уже через двадцать минут они прибыли на Гриммо. Гарри был на рейде, поэтому дом встретил их тишиной. Рон помог Гермионе подняться в свою комнату, после чего оставил их с Малфоем наедине, а сам отправился дорабатывать проект по внедрению связных в сложную схему будущей операции. Кажется, именно тогда и начался новый этап борьбы с сопротивлением.
Рон вытащил Гарри в бар — в последний раз такое было больше года назад. Они потягивали пиво и молчали — в кои-то веки на душе было до умопомрачения спокойно. Так, как не было, наверное, даже в Хогвартсе. Информация, которую передала Панси на последней встрече, полностью дополняла их план.
За прошедшую неделю всю операцию переработали с самого начала, внесли все уточнения и подготовились к реализации. Реализация была назначена через два дня, чтобы все успели выспаться, набраться сил и морально приготовиться.
В последнее время Рон почти круглосуточно был в австрийском посольстве — улаживал дела, дорабатывал детали операции, пытался максимально себя занять. В одну из ночей, которую он проводил на диване в кабинете заместителя посла, его растолкала Лаванда.
— Рон!
— Что? — он подскочил на месте, напряженно потирая глаза.
— Тебя вызывают в Прагу.
Он даже на секунду замер на месте, а потом бросился натягивать свитер.
— Готовь портал — так будет быстрее, — бросил Рон, уже завязывая шнурки на одном кроссовке.
Лаванда кивнула и выскочила за дверь. Рон даже успел умыться и стянуть в хвост слишком отросшие волосы.
— Вот, — Браун вернулась и протянула ему галлеон. — Перенесет прямо в квартиру.
— Спасибо, Лав, — едва заметно улыбнулся Рон, сжимая монету.
В следующую минуту он уже стоял посреди такой знакомой кухни. Все никак не удавалось толком проснуться — он выкурил две сигареты подряд, но в голове не прояснялось. А потом появилась Панси, и все вообще стало очень туманно.
— Рон, — прошептала она, прижимаясь к нему. — Мне так чертовски страшно…
— Я верю, Панс, — к Мордреду все инструкции и правила, когда она так близко. — И я бы хотел тебя забрать, но сейчас это невозможно, ты же знаешь.
— Знаю, — тихо и коротко ответила Паркинсон. — Оттого не легче — из-за любого моего неверного шага все может рухнуть. Но победа нам сейчас важнее, ты же понимаешь.
— Да, понимаю. Я все понимаю, хоть и хотел бы не участвовать в происходящем, — вздохнул Рон, сжимая Панси в объятиях.
— Пойдем наверх, — она потянула его за руку. — Мне очень нужно твое тепло.
Рон хмыкнул. Ему всегда казалось, что как раз тепло он дарить не умеет. И ухаживать тоже не умеет. И вообще не специалист он в делах сердечных. Но с Панси было легко и спокойно. Правильно, если на то пошло. И чувствовал он к ней совсем не то, что в свое время к Гермионе. Панси хотелось защищать, носить на руках. Для нее хотелось быть мужчиной и главой семьи. Гермиона, скорее, сама главенствовала в их жизни. Рон позволял ей это, потому что она была умнее и у нее были ответы на все вопросы. С ней надо было постоянно соответствовать.
Потом все мысли вылетели из головы — когда Панси подошла близко-близко, обняла его за шею. Когда ее губы оказались такими мягкими и теплыми. Когда руки сами легли на ее талию и скользнули вниз.
Паркинсон жарко выдохнула и утянула Рона к кровати. И в голове совсем опустело.
Конечно, с опытами у них ничего не вышло. Драко слишком боялся навредить, Рон порой был слишком резким. В итоге они бросили все и вновь вернулись к бессмысленному времяпровождению в больнице. Правда, бессмысленным оно вскоре быть перестало — Гермиона пришла в себя.
Она была очень слабой, почти не могла пользоваться магией, спала по восемнадцать часов в день, но главное — она была жива. А со всем остальным Драко был готов бороться до победного. И Рон тоже.
— Гермиона, — Драко сжимал ее пальцы и нежно гладил по слишком бледной щеке. — Сегодня мы заберем тебя домой.
Да, наступил, наконец, тот день, когда колдомедики поддались уговорам Гарри и Рона и разрешили забрать Гермиону домой.
— Правда? — ее глаза даже заблестели от радости. — О, Драко, я так устала от больницы. Спасибо.
— Это не мне, — неожиданно возразил Малфой. — Это Рон вместе с Поттером достали всех колдомедиков. А я просто тут с тобой сидел.
Гермиона посмотрела на него удивленно.
— Ты назвал Рона по имени? — уточнила она, видимо, на всякий случай.
Драко закатил глаза, а Рон смотрел на это со стороны, посмеиваясь.
— Да. Мы, вроде как, нашли общий язык, — помедлив, ответил Малфой. — А теперь собирайся, и давай побыстрее уйдем отсюда — у меня аллергия на эти стены.
Уже через двадцать минут они прибыли на Гриммо. Гарри был на рейде, поэтому дом встретил их тишиной. Рон помог Гермионе подняться в свою комнату, после чего оставил их с Малфоем наедине, а сам отправился дорабатывать проект по внедрению связных в сложную схему будущей операции. Кажется, именно тогда и начался новый этап борьбы с сопротивлением.
Рон вытащил Гарри в бар — в последний раз такое было больше года назад. Они потягивали пиво и молчали — в кои-то веки на душе было до умопомрачения спокойно. Так, как не было, наверное, даже в Хогвартсе. Информация, которую передала Панси на последней встрече, полностью дополняла их план.
За прошедшую неделю всю операцию переработали с самого начала, внесли все уточнения и подготовились к реализации. Реализация была назначена через два дня, чтобы все успели выспаться, набраться сил и морально приготовиться.
Страница 11 из 17
