Фандом: Гарри Поттер. Недостаточно победить Волдеморта, чтобы спокойно жить дальше. Война не заканчивается смертью предводителя, но эта смерть дает новые силы и новую ненависть его последователями. И все продолжают бороться. Бороться, чтобы жить нормальной жизнью без ежесекундного риска и страха потерять самых близких людей. Именно в такие моменты начинаешь понимать, что такое настоящая семья.
Добавить в моё избранное
58 мин, 34 сек 9774
И Рон чувствовал себя живым. Когда она перестала плакать, он осторожно оглядел комнату, замечая, что все начинают как-то реагировать на произошедшее.
Они были практически в осаде на протяжении трех суток. Этого было недостаточно, чтобы сдохнуть, но вполне хватило, чтобы потерять всякую надежду выйти из этой комнаты живыми. Все старались держаться, но у Лаванды то и дело случались истерики. Она кричала, что лучше пойти и умереть, чем гнить в подземелье. Ее каждый раз приходилось оглушать и связывать.
Теперь же все как будто просыпались ото сна, оглядывались по сторонам. На их лицах появлялись эмоции, глаза переставали быть стеклянными. Рон видел это так отчетливо, будто ночь на его глазах сменялась утром.
— Что произошло? — тихо поинтересовался профессор Флитвик у профессора МакГонагалл.
— Кажется, мы победили, — так же тихо ответила та, не двигаясь с места.
Рон вырубился, едва дополз до кровати. Где-то в глубине души его грызло чувство вины за то, что накричал на Гермиону, но она точно была неправа. Она действительно не могла требовать от них с Гарри сидеть дома и надеяться, что кто-то другой предотвратит полный крах этого мира.
Однако сон быстро вытеснил эти мысли из головы, и Рон даже не заметил, как пролетела ночь, — ему ничего не приснилось, как это часто бывало в последнее время. Чтобы избавиться от кошмаров, достаточно было выпить стаканчик виски перед сном.
Когда Рон спустился на кухню, там никого не было. Он даже не слышал, вернулся ли Гарри с рейда, но идти кого-то искать желания совсем не было. Рон наспех позавтракал и отправился к Кингсли, чтобы передать ему конверт и сразу обсудить содержимое, прежде чем аппарировать в Австрию. Уже из Министерства он отправил Гарри патронуса — обычно такие встречи проводились втроем.
Подождав пару минут и так и не получив ответ, Рон пожал плечами и пошел к кабинету Министра. Дружба дружбой, но в их деле каждая минута на вес золота. Этот огромный межнациональный аппарат должен работать точнее министерских каминов, чтобы нигде ничего не сорвалось. Они готовили эту операцию уже больше двух лет. Особенно напряженными выдались последние месяцы, когда ходить связными приходилось каждые три дня. А в перерывах — устраивать рейды, чтобы переправить беженцев из других стран в Хогвартс.
Все готовились к большой игре, финальному аккорду, который должен был поставить точку во всей этой истории. И каждый человек, попавший в этот механизм, больше всего на свете боялся опоздать или сделать свою работу недостаточно качественно.
Кингсли сидел в своем кабинете в гордом одиночестве, что, в общем и целом, порядком удивило Рона.
— Я думал, Гарри уже тут, — протянул он, опускаясь в кресло для посетителей. — Он не ответил на мой патронус.
Кингсли помрачнел и взмахом палочки призвал самопишущее перо.
— Есть ли известия об отряде Поттера? — продиктовал он и, взмахом палочки сложив лист в самолетик, отправил его в другой отдел.
Буквально через минуту его камин полыхнул желтым, сигналя, что кто-то пытается выйти на связь. Кингсли кинул в пламя горсть пороха.
— Отряд Поттера на связь не выходил с полуночи. В последний раз Гарри сообщил, что они подошли к границе с Австрией, где им должны были предоставить портключи до Лондона. Больше ничего не было. Мы ждем положенные двенадцать часов, чтобы, согласно инструкции, выходить на связь с австрийским правительством, — отрапортовали из камина.
— Спасибо, Билл, — Рон вздрогнул, сообразив, что не узнал голос собственного брата. Огонь погас, и Кингсли вернулся в свое кресло.
— Я через пару часов буду в австрийском посольстве, — заметил Рон. — Постараюсь что-нибудь узнать.
— Хорошо, — кивнул Кингсли. — Ты получил вчера конверт?
— Да. И сразу отчитался. В этот раз конверт очень толстый. Возможно, им удалось достать планы, — понизив голос, пояснил Рон, вытаскивая из кармана уменьшенный конверт.
Внутри действительно оказались планы дрезденской штаб-квартиры, без которых вся запланированная операция была бы попросту невозможна.
Около часа они изучали бумаги и перестраивали согласно им план захвата. Дело явно сдвинулось с мертвой точки, но не хватало еще слишком много данных. Нужны были карты местности и информация о количестве находящихся на территории человек и их возможностях. В конце концов, Рон откланялся и аппарировал в австрийское правительство — нужно было срочно предупредить, чтобы связного номер девять восемь ноль два два сразу перекидывали лично на него. И заодно выяснить, что же случилось с Поттером.
Снейп постарался на славу — как и сказал Малфой, подземелье было надежно защищено. На протяжении трех дней Пожиратели не могли пробиться внутрь. Даже это было не под силу. Только на четвертый день, когда все уже мечтали о том, чтобы поскорее сдохнуть, но были слишком трусливы, чтобы выйти и принять бой, посреди комнаты вдруг появился небольшой сгусток дыма.
Они были практически в осаде на протяжении трех суток. Этого было недостаточно, чтобы сдохнуть, но вполне хватило, чтобы потерять всякую надежду выйти из этой комнаты живыми. Все старались держаться, но у Лаванды то и дело случались истерики. Она кричала, что лучше пойти и умереть, чем гнить в подземелье. Ее каждый раз приходилось оглушать и связывать.
Теперь же все как будто просыпались ото сна, оглядывались по сторонам. На их лицах появлялись эмоции, глаза переставали быть стеклянными. Рон видел это так отчетливо, будто ночь на его глазах сменялась утром.
— Что произошло? — тихо поинтересовался профессор Флитвик у профессора МакГонагалл.
— Кажется, мы победили, — так же тихо ответила та, не двигаясь с места.
Рон вырубился, едва дополз до кровати. Где-то в глубине души его грызло чувство вины за то, что накричал на Гермиону, но она точно была неправа. Она действительно не могла требовать от них с Гарри сидеть дома и надеяться, что кто-то другой предотвратит полный крах этого мира.
Однако сон быстро вытеснил эти мысли из головы, и Рон даже не заметил, как пролетела ночь, — ему ничего не приснилось, как это часто бывало в последнее время. Чтобы избавиться от кошмаров, достаточно было выпить стаканчик виски перед сном.
Когда Рон спустился на кухню, там никого не было. Он даже не слышал, вернулся ли Гарри с рейда, но идти кого-то искать желания совсем не было. Рон наспех позавтракал и отправился к Кингсли, чтобы передать ему конверт и сразу обсудить содержимое, прежде чем аппарировать в Австрию. Уже из Министерства он отправил Гарри патронуса — обычно такие встречи проводились втроем.
Подождав пару минут и так и не получив ответ, Рон пожал плечами и пошел к кабинету Министра. Дружба дружбой, но в их деле каждая минута на вес золота. Этот огромный межнациональный аппарат должен работать точнее министерских каминов, чтобы нигде ничего не сорвалось. Они готовили эту операцию уже больше двух лет. Особенно напряженными выдались последние месяцы, когда ходить связными приходилось каждые три дня. А в перерывах — устраивать рейды, чтобы переправить беженцев из других стран в Хогвартс.
Все готовились к большой игре, финальному аккорду, который должен был поставить точку во всей этой истории. И каждый человек, попавший в этот механизм, больше всего на свете боялся опоздать или сделать свою работу недостаточно качественно.
Кингсли сидел в своем кабинете в гордом одиночестве, что, в общем и целом, порядком удивило Рона.
— Я думал, Гарри уже тут, — протянул он, опускаясь в кресло для посетителей. — Он не ответил на мой патронус.
Кингсли помрачнел и взмахом палочки призвал самопишущее перо.
— Есть ли известия об отряде Поттера? — продиктовал он и, взмахом палочки сложив лист в самолетик, отправил его в другой отдел.
Буквально через минуту его камин полыхнул желтым, сигналя, что кто-то пытается выйти на связь. Кингсли кинул в пламя горсть пороха.
— Отряд Поттера на связь не выходил с полуночи. В последний раз Гарри сообщил, что они подошли к границе с Австрией, где им должны были предоставить портключи до Лондона. Больше ничего не было. Мы ждем положенные двенадцать часов, чтобы, согласно инструкции, выходить на связь с австрийским правительством, — отрапортовали из камина.
— Спасибо, Билл, — Рон вздрогнул, сообразив, что не узнал голос собственного брата. Огонь погас, и Кингсли вернулся в свое кресло.
— Я через пару часов буду в австрийском посольстве, — заметил Рон. — Постараюсь что-нибудь узнать.
— Хорошо, — кивнул Кингсли. — Ты получил вчера конверт?
— Да. И сразу отчитался. В этот раз конверт очень толстый. Возможно, им удалось достать планы, — понизив голос, пояснил Рон, вытаскивая из кармана уменьшенный конверт.
Внутри действительно оказались планы дрезденской штаб-квартиры, без которых вся запланированная операция была бы попросту невозможна.
Около часа они изучали бумаги и перестраивали согласно им план захвата. Дело явно сдвинулось с мертвой точки, но не хватало еще слишком много данных. Нужны были карты местности и информация о количестве находящихся на территории человек и их возможностях. В конце концов, Рон откланялся и аппарировал в австрийское правительство — нужно было срочно предупредить, чтобы связного номер девять восемь ноль два два сразу перекидывали лично на него. И заодно выяснить, что же случилось с Поттером.
Снейп постарался на славу — как и сказал Малфой, подземелье было надежно защищено. На протяжении трех дней Пожиратели не могли пробиться внутрь. Даже это было не под силу. Только на четвертый день, когда все уже мечтали о том, чтобы поскорее сдохнуть, но были слишком трусливы, чтобы выйти и принять бой, посреди комнаты вдруг появился небольшой сгусток дыма.
Страница 3 из 17
