Фандом: Naruto. На Рождество все акацуки неожиданно для себя получили странные подарки, переданные им Дедом Морозом от некоего неизвестного лица. Чей замысел стоит за этим? На что намекают эти подарки и какие тайны они раскроют?
Добавить в моё избранное
263 мин, 7 сек 21687
Она была полна признательности к их гостю, потому что в тот самый миг, когда этот бородатый старик непонятным образом устроил мрак и таинственный грохот, Пейн, не раздумывая, прикрыл ее своим телом. Опасность стала пробным камнем для его чувств — самой Конан в жизни не удалось бы устроить ему столь действенную проверку. Итак, все блондинки Скрытого Песка могут отправляться куда подальше — Пейн любит только ее, Конан!
За спиной Дейдары послышался шорох и тихий сиплый матерок. Подрывник обернулся и увидел Сасори и Какузу — оба они как раз поднимались с пола. Огненные кудри Сасори были взъерошены так, словно его за них основательно оттаскали. На пересеченной старым шрамом скуле Какузу расцветал огромный синяк. В руке у кукольника был узкий и длинный кусок алой ткани. Какузу прижимал к животу пухлый блокнот.
«Ну, вроде все наши на месте, — удовлетворенно подумал Дейдара. — Хотя нет. Зецу недостает. Наверное, отправился следом за гостем — выследить его. Что ж, очень умно с его стороны. Все-таки наш уродец иногда здорово пригождается… Блин, ну чего же здесь все-таки не хватает, а? Никак не могу сообразить!»
Дейдара обвел взглядом комнату. Его внимание снова привлек Хидан, который поднимался с пола как-то особенно аккуратно и медленно. Вот он встал на четвереньки, затем на колени… Его плащ был расстегнут, полы, свесившись, скрывали нечто, лежавшее перед ним — то, что он, падая, прикрыл своим телом. Еще раз искоса оглянувшись на диван, беловолосый поднял с пола тот самый предмет, сунул его за пазуху и впервые на памяти Дейдары наглухо запахнул свое одеяние.
Подрывник вновь озадаченно глянул в направлении дивана — он никак не мог понять, на что это там Хидан все время пялится. Тем более что Конан и Пейна на диване уже не было — они несколько секунд назад вышли в коридор, ведущий наружу. «Правильно! Нужно проверить, все ли там чисто!» — одобрительно подумал Дейдара об их действиях. Он не подозревал, что эти двое, едва выйдя за порог гостиной в темный коридор, слились в страстном поцелуе. На врагов, которые могли притаиться во мраке, им в этот момент было глубоко наплевать…
— Смотри, какой трофей!
Он сунул полоску ткани прямо под нос Хидану. Тот с недовольным лицом отстранился, обеими руками отмахнувшись от тряпки, которая скользнула по его лицу. Полы плаща Хидана при этом распахнулись, и из-за пазухи его выпала хрустальная сова. Сверкающая птица ударилась о каменный пол и разбилась вдребезги. Дейдара изумленно поднял брови: он совершенно точно помнил, что этот никчемный подарок после выяснения отношений между несколькими его товарищами присвоил хитрющий Зецу!
— Так не доставайся же ты никому, бля… — разочарованно процедил Хидан.
В этот миг к нему с разных сторон почти одновременно ринулись три фигуры. Дейдара тоже подошел поближе. Даже Конан и Пейн прибежали из коридора посмотреть, что случилось. Но те трое оказались быстрее всех. Первым из них был Какузу. Размахивая блокнотом у самого лица Хидана, казначей проорал:
— У тебя что, руки из задницы растут? Да ты знаешь, сколько это стоит? А? Знаешь?
— Точнее, стоило… — поправил его Сасори.
Какузу осекся. Он с невыразимым сожалением посмотрел на сверкающие осколки, махнул рукой и отошел, бросив на Хидана уничижающий взгляд.
Другая фигура, кинувшаяся к беловолосому, перед этим вылезла из-под дивана, где скрывалась до поры до времени. Это был Зецу. Увидев его, Дейдара понял, почему Хидан постоянно оглядывался в сторону дивана. «Вот кактус ублюдочный! Я-то думал, он сейчас выслеживает врага»… — со злостью подумал Дейдара про разведчика.
Зеленый акацуки ринулся было к Хидану, но с размаху ткнулся в широкую спину Какузу, оказавшегося возле Хидана первым. Пока казначей орал, отводя душу, Зецу не стал, как говорится, лезть поперек батьки в пекло. У него на это было три причины. Во-первых, он знал, что попадаться Какузу под горячую руку было почти столь же опасно, как гневить Пейна. Казначей редко злился по-настоящему, но в ярости не знал удержу. Во-вторых, Зецу было приятно послушать оскорбления в адрес ненавистного беловолосого. В-третьих, разведчик отчетливо понимал, что не стоит затевать серьезную ссору с Хиданом. Правильнее было бы, пожалуй, даже порадоваться, что Какузу своим непробиваемым широким тылом сдержал его первоначальный самоубийственный порыв. Ведь если Пейна или Какузу еще надо было иметь неосторожность разозлить, чтобы стать мишенью их гнева, то Хидан мог и в спокойном настроении без всякого повода полоснуть своей тройной косой того, кто ему не по душе. А о том, что Зецу ему не по душе, знали все.
За спиной Дейдары послышался шорох и тихий сиплый матерок. Подрывник обернулся и увидел Сасори и Какузу — оба они как раз поднимались с пола. Огненные кудри Сасори были взъерошены так, словно его за них основательно оттаскали. На пересеченной старым шрамом скуле Какузу расцветал огромный синяк. В руке у кукольника был узкий и длинный кусок алой ткани. Какузу прижимал к животу пухлый блокнот.
«Ну, вроде все наши на месте, — удовлетворенно подумал Дейдара. — Хотя нет. Зецу недостает. Наверное, отправился следом за гостем — выследить его. Что ж, очень умно с его стороны. Все-таки наш уродец иногда здорово пригождается… Блин, ну чего же здесь все-таки не хватает, а? Никак не могу сообразить!»
Дейдара обвел взглядом комнату. Его внимание снова привлек Хидан, который поднимался с пола как-то особенно аккуратно и медленно. Вот он встал на четвереньки, затем на колени… Его плащ был расстегнут, полы, свесившись, скрывали нечто, лежавшее перед ним — то, что он, падая, прикрыл своим телом. Еще раз искоса оглянувшись на диван, беловолосый поднял с пола тот самый предмет, сунул его за пазуху и впервые на памяти Дейдары наглухо запахнул свое одеяние.
Подрывник вновь озадаченно глянул в направлении дивана — он никак не мог понять, на что это там Хидан все время пялится. Тем более что Конан и Пейна на диване уже не было — они несколько секунд назад вышли в коридор, ведущий наружу. «Правильно! Нужно проверить, все ли там чисто!» — одобрительно подумал Дейдара об их действиях. Он не подозревал, что эти двое, едва выйдя за порог гостиной в темный коридор, слились в страстном поцелуе. На врагов, которые могли притаиться во мраке, им в этот момент было глубоко наплевать…
Глава 22. Осколки мечты
Прижимая обе руки к животу, Хидан наконец поднялся на ноги. В этот самый миг к нему подскочил Сасори, выглядевший непривычно взволнованным. Кукольник вцепился Хидану в плечо и энергично демонстрируя ему кусок красной ткани, который держал в руке, проговорил:— Смотри, какой трофей!
Он сунул полоску ткани прямо под нос Хидану. Тот с недовольным лицом отстранился, обеими руками отмахнувшись от тряпки, которая скользнула по его лицу. Полы плаща Хидана при этом распахнулись, и из-за пазухи его выпала хрустальная сова. Сверкающая птица ударилась о каменный пол и разбилась вдребезги. Дейдара изумленно поднял брови: он совершенно точно помнил, что этот никчемный подарок после выяснения отношений между несколькими его товарищами присвоил хитрющий Зецу!
— Так не доставайся же ты никому, бля… — разочарованно процедил Хидан.
В этот миг к нему с разных сторон почти одновременно ринулись три фигуры. Дейдара тоже подошел поближе. Даже Конан и Пейн прибежали из коридора посмотреть, что случилось. Но те трое оказались быстрее всех. Первым из них был Какузу. Размахивая блокнотом у самого лица Хидана, казначей проорал:
— У тебя что, руки из задницы растут? Да ты знаешь, сколько это стоит? А? Знаешь?
— Точнее, стоило… — поправил его Сасори.
Какузу осекся. Он с невыразимым сожалением посмотрел на сверкающие осколки, махнул рукой и отошел, бросив на Хидана уничижающий взгляд.
Другая фигура, кинувшаяся к беловолосому, перед этим вылезла из-под дивана, где скрывалась до поры до времени. Это был Зецу. Увидев его, Дейдара понял, почему Хидан постоянно оглядывался в сторону дивана. «Вот кактус ублюдочный! Я-то думал, он сейчас выслеживает врага»… — со злостью подумал Дейдара про разведчика.
Зеленый акацуки ринулся было к Хидану, но с размаху ткнулся в широкую спину Какузу, оказавшегося возле Хидана первым. Пока казначей орал, отводя душу, Зецу не стал, как говорится, лезть поперек батьки в пекло. У него на это было три причины. Во-первых, он знал, что попадаться Какузу под горячую руку было почти столь же опасно, как гневить Пейна. Казначей редко злился по-настоящему, но в ярости не знал удержу. Во-вторых, Зецу было приятно послушать оскорбления в адрес ненавистного беловолосого. В-третьих, разведчик отчетливо понимал, что не стоит затевать серьезную ссору с Хиданом. Правильнее было бы, пожалуй, даже порадоваться, что Какузу своим непробиваемым широким тылом сдержал его первоначальный самоубийственный порыв. Ведь если Пейна или Какузу еще надо было иметь неосторожность разозлить, чтобы стать мишенью их гнева, то Хидан мог и в спокойном настроении без всякого повода полоснуть своей тройной косой того, кто ему не по душе. А о том, что Зецу ему не по душе, знали все.
Страница 26 из 71
