О детях и их родителях

— Предатель! — прошипела она.

— Я всего лишь сказал вам правду, — пожал он плечами. — И если я готов допустить, что чего-то не знаю о Лорде — в конце концов, я не специалист в подобных вопросах — то про свою жену я знал всё.

— Ничего вы не знали! — буквально выплюнула ему в лицо Дельфини, которую Родольфус пока что решил для себя называть именно так. — Вы тоже его предали — как предаёте сейчас и меня!

— Не думаю, что можно предать незнакомца, — прохладно возразил он. — Однако раз уж вы выдвигаете подобные утверждения — я бы хотел иметь возможность проверить их, — обратился он к Поттеру. — Поскольку именно я являюсь наследником своей супруги — мне и представлять её интересы, я полагаю.

— Лорд Волдеморт мой отец! — крикнула она — и вдруг зашипела.

Родольфус побледнел. История эта резко перестала быть хоть сколько-нибудь забавной — потому что ему уже доводилось слышать такое шипение. Парселтанг… так умел только Лорд.

А значит…

Но разве так могло быть?

Результаты проверки оказались весьма неожиданными… или же ожидаемыми — как для кого.

— Я же говорил, — сказал Родольфус Лестрейндж, выслушав вердикт. — Моя жена не могла родить.

Поттер, сообщивший ему эту новость, кивнул холодно:

— Что ж, мистер Лестрейндж. Простите, что побеспокоили.

— Всегда пожалуйста, — любезно кивнул Родольфус и пошёл было к двери, но у самого порога остановился и, обернувшись, спросил: — А могу я узнать про её отца?

— Вообще, это вас не касается, — не слишком любезно ответил Поттер. — Но раз уж мы вас сами вызвали… вы были правы. Если, конечно же, мы нашли в той могиле нужную кость.

— А проверьте саму Юфимию Роули, — вдруг предложил Лестрейндж.

— Зачем? — кажется, искренне удивился Поттер. — Она просто воспитала её. За крупное вознаграждение.

— А вы всё же проверьте, — усмехнулся Родольфус. — И если результат окажется… неожиданным, я бы очень хотел об этом узнать. Но это уж как вы сами решите, конечно.

— Вы её знаете? — спросил Поттер, помедлив.

— Знал когда-то, — поморщился Лестрейндж. — Мне кажется, я вам её уже описывал? Пустая и алчная женщина. Я бы не удивился, если бы… но вы просто проверьте. Хотя она вряд ли согласится, — тут же предупредил он.

— Почему? — в глазах Поттера был уже неподдельный интерес.

— А с какой стати? — спросил в ответ Лестрейндж. — Если я прав — то она будет очень противиться.

— Да почему? — с нетерпением спросил Поттер, и Родольфус решился.

— Потому что если я прав — ей это будет очень невыгодно. А заставить её вы не можете — у вас нет никаких причин. В принципе, — добавил он медленно, — я мог бы помочь вам.

— Зачем? — очень разумно поинтересовался Поттер.

— Мне самому интересно, — улыбнулся Лестрейндж. — Раз уж вы втянули меня во всё это.

— И чего вы захотите за помощь? — усмехнулся Поттер.

— Сущий пустяк, — опять улыбнулся Лестрейндж. — Хочу помочь товарищу. Младшему.

— Товарищу? — переспросил Поттер.

— Нотту, — кивнул Лестрейндж. — Не знаю, в курсе ли вы — но его ведь тоже арестовали и…

— Я в курсе, — отрезал Поттер.

— Хроноворот — это, конечно, нехорошо, — мягко проговорил Лестрейндж, — но, в конце концов, разве это такое уж жуткое преступление? Теду место в Отделе Тайн, а не в Азкабане, вы не находите?

— Не нахожу, — совершенно ледяным тоном ответил Поттер. — И полагаю, что мы не нуждаемся в ваших услугах, мистер Лестрейндж.

— Как скажете, — кивнул тот. И добавил — вроде бы мимоходом: — Скажу вам честно: когда я услышал тогда, как она зашипела, я на мгновенье поверил, что она действительно его дочь.

— Парселтанг можно выучить, — отрезал Поттер.

— Можно и выучить, — с коротким смешком согласился Родольфус. — А она утверждает, что родилась с этим знанием?

— Она может лгать, — пожал Поттер плечами.

— Может и лгать, — согласился опять Родольфус, но то, как он это сказал, заставило Поттера вновь нахмуриться и неохотно спросить:

— Что вы имеете в виду?

— Что эта… Дельфини вполне может лгать, — светло улыбнулся ему Родольфус. — Такое вполне возможно.

— Мы уже выяснили, что Волдеморту она не дочь, — напомнил ему Поттер — и Лестрейндж вновь согласился:

— Выяснили.

— Мистер Лестрейндж, — разозлился Поттер. — Извольте сказать то, что собираетесь — или давайте попрощаемся.

— Дельфини может лгать — а может и говорить правду, — не стал обострять ситуацию Лестрейндж. — Она вполне могла родиться с этим знанием — почему нет?

— Но она не дочь Волдеморта! — раздражённо повторил Поттер.

— И что с того? — как можно мягче проговорил Лестрейндж. — Этот дар очень редок, но вряд ли является особенностью исключительно Гонтов.