Фандом: Ориджиналы. Би и натурал. Адреналинщик и зануда. Молодой парень и уже достаточно взрослый мужчина. Почему бы и нет… Эта история — плод моего воспаленного воображения. Но вполне могла бы и произойти где-нибудь с кем-нибудь. Почему бы и нет…
Добавить в моё избранное
235 мин, 34 сек 12182
— Ты не расстраиваться ли собрался?
— У меня двоякое чувство. С этим человеком у меня было все в первый раз. Первое увлечение, первые прикосновения, первый поцелуй, первая страсть. У меня в памяти он остался другим, хоть и расстались мы не очень хорошо.
— «Не очень хорошо»? — переспросил мужчина. — Ну-ну, давай обманывай себя дальше. Пока ты шоры не снимешь со своих глаз, дальше продвигаться не сможешь. Поверь мне, это точно. Не знаю, что там у тебя запечатлелось, но то, что я сейчас увидел, меня удручает. Может у тебя скрытые мазохистские наклонности? — он стал подталкивать Алексея в плечо, подшучивая. — Может тебе нравится, когда делают больно? Унижают? К батарее привязывают? Так ты только попроси, я тебе это быстро организую.
— Ты такой тактичный к чужим слабостям, — ответил Ремнев, но смешинки все-таки послышались в его голосе.
— Да я просто эталон для подражания! Но если честно, то чувствую себя, как Наталья Андреевна Еприкян против Волочковой. А голову ты его видел? У Шурки культурный шок случился бы, если б он эти залысины увидел и жалкие попытки прикрыть их. Уж лучше налысо побриться, ей богу!
Алексей слабо улыбнулся.
— Какой же ты все таки…
— Да-да, именно такой. Давай воду набирать, а то без нас все сожрут и выпьют.
— Спасибо, что приехал, — повторил Ремнев. — Без тебя я бы не знал, что делать.
— Я тебе подскажу, как меня отблагодарить. Иди и приготовь мне шашлык, который полдня мариновался. Я по твоей готовке соскучился. И мясо в твоем исполнении давно не пробовал.
Так подпинывая и по-доброму глумясь друг с другом, нагруженные канистрами с водой, пошли обратно к дачам.
Все уже давно собрались под густой тенью березы. Вынесли стол и стулья, соорудили импровизированные лавки. Алексея, как самого молодого, но авторитетного в готовке, сразу же поставили к мангалу, а остальные быстро заняли свои места.
Степан неожиданно оказался чуть ли не во главе стола, а Женя сидел рядом с ним на краю лавки. По другую сторону от соседа устроилась Катерина с мальчиком на руках.
— Ой, да твоя Галька в секретариате такая дУра. Ей как не позвонишь, она ничего не знает, ничего не помнит.
— Все не так ужасно. Остальные обязанности она выполняет хорошо, — попытался реанимировать свою сотрудницу в глазах общественности Женя.
— А Люська из администрации? Я такого оттенка волос даже в страшном сне никогда не видела.
Похоже, этот разговор они вели не первый раз. Степан покосился на приятеля, тот готовил мясо и активно делал вид, что не следит за темой беседы. «Может кто-нибудь объяснит ей, что если хочешь понравиться мужчине, то нельзя плохо отзываться об остальных особях женского пола в его окружении?»
— Когда по работе с Юлькой пересекаться приходится, можно сказать, что день прожит зря. Надо же быть такой тупой!
Коваленко перевел взгляд на Женю. Он нехотя отмахивался от разговоров на тему возможных конкуренток. Направление беседы можно было бы поменять, но ее неожиданно поддержало более старшее поколение.
— Что ж вы с Катериной раньше-то не встретились? — сокрушалась Елена Сергеевна.
— По времени не совпали, — предположила Зинаида. — Когда помоложе были, в разных кругах общались.
Степан посмотрел на «первую любовь» своего друга. Того все эти разговоры тихо бесили. Но то ли воспитание, то ли желание показаться более значимым в глазах бывшего не давали резко оборвать их.
— Прими мои соболезнования, — искренне посочувствовал ему Коваленко. — Меня тоже родня и друзья постоянно хотят на ком-нибудь женить.
— У тебя такая же проблема? — Женя взял их рюмки и подставил под розлив Зинаидиному мужу. — Думаешь, ЭТО никогда не кончится?
— Боюсь, что нет.
— Что ж… Давай за наши «вторые половинки». Где-то ведь они должны быть.
Степан пожал плечами. Все-таки местами и временами он может быть нормальным. Возможно, если бы они побольше пообщались, он понял бы, что в этом Жене такого «незаменимого».
Алексей приготовил шашлык, выложил на большую тарелку, обсыпал зеленью и поставил на середину стола. Все сразу же кинулись накалывать на вилки самые вкусные и поджаристые куски. Ему отдельного места за столом не досталось. Ремнев готов был пойти в дом за стулом, но Женя резко ухватил его за ремень и посадил рядом с собой, отодвинув тем самым его племянницу дальше на край.
«Не-е, все-таки он козел», — подытожил Коваленко, видя все эти манипуляции.
Катин сын не смог долго сидеть у матери на руках. Постоянно елозил и тянулся за чем-нибудь более интересным.
— Давай его мне, — предложил Женя. — Я уже по своим соскучился.
Вся женская половина за столом умильно выдохнула, глядя, как он перехватывает ребенка из рук матери. Но мальчик возмущенно мякнул и полез дальше через руки Ремнева к совершенно незнакомому дяде, а точнее к Коваленко.
— У меня двоякое чувство. С этим человеком у меня было все в первый раз. Первое увлечение, первые прикосновения, первый поцелуй, первая страсть. У меня в памяти он остался другим, хоть и расстались мы не очень хорошо.
— «Не очень хорошо»? — переспросил мужчина. — Ну-ну, давай обманывай себя дальше. Пока ты шоры не снимешь со своих глаз, дальше продвигаться не сможешь. Поверь мне, это точно. Не знаю, что там у тебя запечатлелось, но то, что я сейчас увидел, меня удручает. Может у тебя скрытые мазохистские наклонности? — он стал подталкивать Алексея в плечо, подшучивая. — Может тебе нравится, когда делают больно? Унижают? К батарее привязывают? Так ты только попроси, я тебе это быстро организую.
— Ты такой тактичный к чужим слабостям, — ответил Ремнев, но смешинки все-таки послышались в его голосе.
— Да я просто эталон для подражания! Но если честно, то чувствую себя, как Наталья Андреевна Еприкян против Волочковой. А голову ты его видел? У Шурки культурный шок случился бы, если б он эти залысины увидел и жалкие попытки прикрыть их. Уж лучше налысо побриться, ей богу!
Алексей слабо улыбнулся.
— Какой же ты все таки…
— Да-да, именно такой. Давай воду набирать, а то без нас все сожрут и выпьют.
— Спасибо, что приехал, — повторил Ремнев. — Без тебя я бы не знал, что делать.
— Я тебе подскажу, как меня отблагодарить. Иди и приготовь мне шашлык, который полдня мариновался. Я по твоей готовке соскучился. И мясо в твоем исполнении давно не пробовал.
Так подпинывая и по-доброму глумясь друг с другом, нагруженные канистрами с водой, пошли обратно к дачам.
Все уже давно собрались под густой тенью березы. Вынесли стол и стулья, соорудили импровизированные лавки. Алексея, как самого молодого, но авторитетного в готовке, сразу же поставили к мангалу, а остальные быстро заняли свои места.
Степан неожиданно оказался чуть ли не во главе стола, а Женя сидел рядом с ним на краю лавки. По другую сторону от соседа устроилась Катерина с мальчиком на руках.
— Ой, да твоя Галька в секретариате такая дУра. Ей как не позвонишь, она ничего не знает, ничего не помнит.
— Все не так ужасно. Остальные обязанности она выполняет хорошо, — попытался реанимировать свою сотрудницу в глазах общественности Женя.
— А Люська из администрации? Я такого оттенка волос даже в страшном сне никогда не видела.
Похоже, этот разговор они вели не первый раз. Степан покосился на приятеля, тот готовил мясо и активно делал вид, что не следит за темой беседы. «Может кто-нибудь объяснит ей, что если хочешь понравиться мужчине, то нельзя плохо отзываться об остальных особях женского пола в его окружении?»
— Когда по работе с Юлькой пересекаться приходится, можно сказать, что день прожит зря. Надо же быть такой тупой!
Коваленко перевел взгляд на Женю. Он нехотя отмахивался от разговоров на тему возможных конкуренток. Направление беседы можно было бы поменять, но ее неожиданно поддержало более старшее поколение.
— Что ж вы с Катериной раньше-то не встретились? — сокрушалась Елена Сергеевна.
— По времени не совпали, — предположила Зинаида. — Когда помоложе были, в разных кругах общались.
Степан посмотрел на «первую любовь» своего друга. Того все эти разговоры тихо бесили. Но то ли воспитание, то ли желание показаться более значимым в глазах бывшего не давали резко оборвать их.
— Прими мои соболезнования, — искренне посочувствовал ему Коваленко. — Меня тоже родня и друзья постоянно хотят на ком-нибудь женить.
— У тебя такая же проблема? — Женя взял их рюмки и подставил под розлив Зинаидиному мужу. — Думаешь, ЭТО никогда не кончится?
— Боюсь, что нет.
— Что ж… Давай за наши «вторые половинки». Где-то ведь они должны быть.
Степан пожал плечами. Все-таки местами и временами он может быть нормальным. Возможно, если бы они побольше пообщались, он понял бы, что в этом Жене такого «незаменимого».
Алексей приготовил шашлык, выложил на большую тарелку, обсыпал зеленью и поставил на середину стола. Все сразу же кинулись накалывать на вилки самые вкусные и поджаристые куски. Ему отдельного места за столом не досталось. Ремнев готов был пойти в дом за стулом, но Женя резко ухватил его за ремень и посадил рядом с собой, отодвинув тем самым его племянницу дальше на край.
«Не-е, все-таки он козел», — подытожил Коваленко, видя все эти манипуляции.
Катин сын не смог долго сидеть у матери на руках. Постоянно елозил и тянулся за чем-нибудь более интересным.
— Давай его мне, — предложил Женя. — Я уже по своим соскучился.
Вся женская половина за столом умильно выдохнула, глядя, как он перехватывает ребенка из рук матери. Но мальчик возмущенно мякнул и полез дальше через руки Ремнева к совершенно незнакомому дяде, а точнее к Коваленко.
Страница 34 из 69
