Фандом: Ориджиналы. Би и натурал. Адреналинщик и зануда. Молодой парень и уже достаточно взрослый мужчина. Почему бы и нет… Эта история — плод моего воспаленного воображения. Но вполне могла бы и произойти где-нибудь с кем-нибудь. Почему бы и нет…
Добавить в моё избранное
235 мин, 34 сек 12198
— Правда, что ли? — ответил Степан, вчитываясь в текст. — А что ты там делал?
— С классом на каникулах ездил. Там здорово было, — он усмехнулся, припоминая кое-что. — Я там с девушкой девственности лишился.
— Пф, — Коваленко резко выпрямился и, не оборачиваясь, пошел в демонстрационные залы, — нашел, что вспомнить.
— А что такого? Очень хорошие воспоминания. А ты куда ломанулся?
— Не собираюсь я изучать места твоей «боевой славы». Пойдем лучше тебя на фоне ковра сфотографирую.
— Это не ковры, а произведения искусства.
— Даже если они сотканы в 1792 году, они не перестают быть коврами, — нравоучительно оборвал его мужчина.
Ремнев, мысленно вздыхая, поплелся следом.
После осмотра и ознакомления с музеем вышли в начинающий вечереть город.
— Пошли перекусим, — предложил парень.
Уж чего-чего, а маленьких ресторанчиков и кафешек в центре было в избытке. На любой вкус. Хоть национальная еда, хоть обычные международные фастфуды, хоть корейские забегаловки.
Выбор упал на итальянский ресторанчик. Его столики стояли под развесистыми тополями. Вентиляторы гоняли увлажненный воздух на разморенных от жары посетителей.
— Что будешь? — спросил Алексей своего спутника.
— Рыбу, — не глядя в меню, ответил мужчина. Его внимание привлек бомж, который пристраивался на лавочке в противоположной стороне улицы. — И чай холодный. С лимоном.
— На меня смотри, — посоветовал Ремнев, прекрасно понимая, почему у Степана кривится физиономия. — Я, пожалуй, болоньезе возьму.
Алексей сделал заказ и попросил у официанта побольше льда. Когда принесли напиток похожий на лед с добавлением жидкости, он не выдержал и сказал молодому парню, который обслуживал их.
— Oh, you're my best friend!
— Lately, I have many new friends, — ответил официант, пристально заглядывая в глаза парню.
Коваленко не понял ни слова, но общий смысл уловил.
«Еще не хватало, чтобы он и здесь продолжал кокетничать!» — мысленно возмутился Степан, но вслух хмуро сказал:
— Пойду руки помою.
Выйдя из туалета, обнаружил, что принесли их заказ. Перед Степаном стояла огромная тарелка с рыбой, а у Ремнева — спагетти.
— На мой взгляд — обычные макароны по-флотски, — прокомментировал заказ Алексея.
— Нет, болоньезе звучит элегантней.
Мужчина сел на стул и потянулся за своим стаканом. Чай был холодный, но не сладкий. Рядом с масленками стояла небольшая круглая емкость с чем-то светло желтым. Не подозревая подвоха и полностью уверенный, что это тростниковый сахар, он кинул себе в стакан пару ложек этих крупиц.
— Это не… сахар… — запоздало выдохнул Алексей.
— А что? — не понял Степан. Парень, принесший их заказ, глумливо скривил губы, что не прошло для него не замеченным.
— Это тертый сыр. Для макарон.
— Что ж. Кажется, я уже напился, — отодвигая подальше от себя стакан, прокомментировал Коваленко.
«Вот подстава», — с досадой подумал мужчина.
— Давай еще чего-нибудь закажу, — предложил свою помощь Алексей.
— Не хочу, — самодовольство официанта не выходило из головы.
Мимо них проехал скутер. Водитель остановился у ближайшего подъезда и слез с сидения. Отстегнув коробку с пиццей, он нажал на кнопку домофона. Мужчина был высок, темноглаз. Темная щетина проглядывала через прорезь в шлеме. «Самый любимый Лешкин типаж», — опять с раздражением подумал Коваленко.
На кожаную куртку водителя была одета защита для спины. От щиколотки до колена на правой ноге явственно виднелась татуировка.
Ремнев засмотрелся сначала на брутала в шлеме, потом взгляд его опустился ниже и зацепился за рисунок на ноге.
Мужчина заметил его интерес и не таясь откровенно подмигнул. Алексей не стал тушеваться и так же открыто улыбнулся в ответ.
— Ты пялишься на мужика, — попытался привлечь к себе внимание Коваленко.
— Я смотрю на татуировку, — отмахнулся Алексей.
— Нет, ты пялишься на мужские ноги.
— Может мне тоже татушку сделать? — спросил Ремнев, закидывая ногу в шортах на свободное сиденье рядом с ними. — Вот тут.
— Да хоть на лбу узоры выведи, — огрызнулся Степан, ковыряя рыбу, которая оказалась очень костистой. — Только ножищи свои с моего поля зрения убери.
— Чем тебе не угодили мои ножки? — схохмил Алексей.
— Тем, что они мужские и волосатые.
— Не такие уж они и волосатые, — обиделся парень. — Или может пирсинг? — он стал развивать тему. — Губу проколоть или бровь.
— Предлагаю сразу на «болт» болт навинтить.
— Фу, как грубо.
— Никогда не думал, что у тебя комплексы с внешностью.
— У меня нет комплексов с внешностью, — нахмурился Алексей.
— А чего ж ты хочешь эксперименты с ней провести?
— С классом на каникулах ездил. Там здорово было, — он усмехнулся, припоминая кое-что. — Я там с девушкой девственности лишился.
— Пф, — Коваленко резко выпрямился и, не оборачиваясь, пошел в демонстрационные залы, — нашел, что вспомнить.
— А что такого? Очень хорошие воспоминания. А ты куда ломанулся?
— Не собираюсь я изучать места твоей «боевой славы». Пойдем лучше тебя на фоне ковра сфотографирую.
— Это не ковры, а произведения искусства.
— Даже если они сотканы в 1792 году, они не перестают быть коврами, — нравоучительно оборвал его мужчина.
Ремнев, мысленно вздыхая, поплелся следом.
После осмотра и ознакомления с музеем вышли в начинающий вечереть город.
— Пошли перекусим, — предложил парень.
Уж чего-чего, а маленьких ресторанчиков и кафешек в центре было в избытке. На любой вкус. Хоть национальная еда, хоть обычные международные фастфуды, хоть корейские забегаловки.
Выбор упал на итальянский ресторанчик. Его столики стояли под развесистыми тополями. Вентиляторы гоняли увлажненный воздух на разморенных от жары посетителей.
— Что будешь? — спросил Алексей своего спутника.
— Рыбу, — не глядя в меню, ответил мужчина. Его внимание привлек бомж, который пристраивался на лавочке в противоположной стороне улицы. — И чай холодный. С лимоном.
— На меня смотри, — посоветовал Ремнев, прекрасно понимая, почему у Степана кривится физиономия. — Я, пожалуй, болоньезе возьму.
Алексей сделал заказ и попросил у официанта побольше льда. Когда принесли напиток похожий на лед с добавлением жидкости, он не выдержал и сказал молодому парню, который обслуживал их.
— Oh, you're my best friend!
— Lately, I have many new friends, — ответил официант, пристально заглядывая в глаза парню.
Коваленко не понял ни слова, но общий смысл уловил.
«Еще не хватало, чтобы он и здесь продолжал кокетничать!» — мысленно возмутился Степан, но вслух хмуро сказал:
— Пойду руки помою.
Выйдя из туалета, обнаружил, что принесли их заказ. Перед Степаном стояла огромная тарелка с рыбой, а у Ремнева — спагетти.
— На мой взгляд — обычные макароны по-флотски, — прокомментировал заказ Алексея.
— Нет, болоньезе звучит элегантней.
Мужчина сел на стул и потянулся за своим стаканом. Чай был холодный, но не сладкий. Рядом с масленками стояла небольшая круглая емкость с чем-то светло желтым. Не подозревая подвоха и полностью уверенный, что это тростниковый сахар, он кинул себе в стакан пару ложек этих крупиц.
— Это не… сахар… — запоздало выдохнул Алексей.
— А что? — не понял Степан. Парень, принесший их заказ, глумливо скривил губы, что не прошло для него не замеченным.
— Это тертый сыр. Для макарон.
— Что ж. Кажется, я уже напился, — отодвигая подальше от себя стакан, прокомментировал Коваленко.
«Вот подстава», — с досадой подумал мужчина.
— Давай еще чего-нибудь закажу, — предложил свою помощь Алексей.
— Не хочу, — самодовольство официанта не выходило из головы.
Мимо них проехал скутер. Водитель остановился у ближайшего подъезда и слез с сидения. Отстегнув коробку с пиццей, он нажал на кнопку домофона. Мужчина был высок, темноглаз. Темная щетина проглядывала через прорезь в шлеме. «Самый любимый Лешкин типаж», — опять с раздражением подумал Коваленко.
На кожаную куртку водителя была одета защита для спины. От щиколотки до колена на правой ноге явственно виднелась татуировка.
Ремнев засмотрелся сначала на брутала в шлеме, потом взгляд его опустился ниже и зацепился за рисунок на ноге.
Мужчина заметил его интерес и не таясь откровенно подмигнул. Алексей не стал тушеваться и так же открыто улыбнулся в ответ.
— Ты пялишься на мужика, — попытался привлечь к себе внимание Коваленко.
— Я смотрю на татуировку, — отмахнулся Алексей.
— Нет, ты пялишься на мужские ноги.
— Может мне тоже татушку сделать? — спросил Ремнев, закидывая ногу в шортах на свободное сиденье рядом с ними. — Вот тут.
— Да хоть на лбу узоры выведи, — огрызнулся Степан, ковыряя рыбу, которая оказалась очень костистой. — Только ножищи свои с моего поля зрения убери.
— Чем тебе не угодили мои ножки? — схохмил Алексей.
— Тем, что они мужские и волосатые.
— Не такие уж они и волосатые, — обиделся парень. — Или может пирсинг? — он стал развивать тему. — Губу проколоть или бровь.
— Предлагаю сразу на «болт» болт навинтить.
— Фу, как грубо.
— Никогда не думал, что у тебя комплексы с внешностью.
— У меня нет комплексов с внешностью, — нахмурился Алексей.
— А чего ж ты хочешь эксперименты с ней провести?
Страница 48 из 69
