Recovery

Гермиона потеряла сознание, но пульс у неё был. Кровотечения или видимых травм не обнаружилось, и мадам Помфри после, озабоченно приговаривая: … тут есть над чем поработать«, переживала, что нанесены именно внутренние повреждения. Проклятие Долохова не описывалось ни в одном справочнике, что и не удивительно. Книги по Тёмной Магии вообще были надёжно спрятаны в Запретной секции библиотеки Хогвартса. Однако мадам Помфри тогда сказала, что Гермионе повезло. Заклинание немоты, которое наслала на Долохова сама Гермиона, ослабило действие Тёмного заклинания. По-видимому, предполагала мадам Помфри, в полном объёме оно привело бы к летальному исходу.»

Сейчас, заново вспоминая те события, Гермиона не была уверена, что ей повезло. Неужели это правда?

Рон всячески её поддерживал и уверял, что колдомедики могут и ошибаться.

— Ты же поправилась, Гермиона! Я же чувствую, что у тебя внутри всё в порядке, — говорил Рон и прикладывал свою огромную ладонь к её животу. Гермиона вымученно улыбалась, но всё чаще плакала ночью в подушку. Это так несправедливо! Они опасались последствий Круциатуса Беллатрисы, а всё оказалось ещё хуже.

Ей приходилось прилагать много усилий, чтобы выглядеть счастливой при виде племянника. Она прижимала его к себе, укачивала, а внутри всё просто разрывалось от горя. Это не её ребёнок. Он такой тёплый, родной, пахнет молоком… Но это не её сын.

Сегодня они решились рассказать о вердикте колдомедиков Гарри с Джинни. Но не успели. Сначала Гарри хлопотал с чаем, потом Рон играл с Джеймсом, а потом Джинни неосторожно задела Гермиону за живое, и разговора не получилось. Получилось только вновь плакать в подушку до тех пор, пока Рон силком не заставил выпить зелье снов без сновидений.

F.

— За что ты отшлёпала вчера полотенцем Живоглота? — серьёзно глядя в глаза Молли, спросил Дамблдор, прежде чем войти в кухню.

— Ох, Альбус! Ну что за дурацкие проверки каждый раз! — раздражённо сказала Молли и добавила более спокойно: — За то, что он загнал гнома на яблоню. Всё? Теперь ты, наконец, зайдёшь?

— Нет, теперь ты меня должна спросить.

— Хорошо-хорошо. Кто должен прибыть в Нору завтра?

— Гарри Поттер.

— Альбус, у меня столько дел, проходи, я убедилась, что это ты.

— И всё же опрометчиво было бы пускать в Нору проходимца под моей личиной, — ответил Дамблдор и переступил порог.

Молли машинально вытерла несуществующую пыль со стола, поставила на стол тарелку и налила Дамблдору густого лукового супа.

— Есть будешь?

— Ну, чтобы не вызывать твоего раздражения, я не должен признаваться, что уже обедал. Но с удовольствием отведаю этот превосходный суп. Ты изумительно готовишь.

Молли хмыкнула, добавила к супу чашку с гренками и села напротив Дамблдора, подперев щёку.

— Столько неудобств с этими повышенными мерами безопасности, правда? — спросил Дамблдор, уплетая суп.

— А куда деваться? Время сейчас такое… — неопределённо ответила Молли.

Дамблдор отложил ложку и внимательно посмотрел на Молли.

— Молли, я хочу спросить тебя ещё раз. Ты уверена, что всё это тебе по силам? Ты можешь отказаться. Вы чистокровная семья, вас не коснётся режим Волдеморта, если он наберёт силу.

— Да мы первые в очереди предателей крови, зачем начинать в сотый раз этот пустой разговор?

— Молли, я должен поговорить. Принимая под свою крышу Гарри, ты здорово рискуешь. Подумай. Вы не участвовали с Артуром в первой войне, ты не знаешь, что это такое — быть всё время в опасности.

— Шутишь? Ты предлагаешь мне отойти в сторону и мирно вязать носки? После того, как мы целый год провели на Гриммо? После смерти Гидеона и Фабиана?

— Молли… Может так случиться, что кто-то из твоей семьи погибнет и в этот раз. Я не гарантирую полную безопасность.

Молли ненадолго задумалась, подбирая слова.

— Послушай, Альбус. Тёмные времена пройдут, рано или поздно. Как ты думаешь, как я буду себя чувствовать, укрывшись от войны где-нибудь в поместье Мюриэль? Я могу спрятать свою семью, наложить заклинание оцепенения на Артура и всех моих сыновей, укрою их от беды. Но как я потом посмотрю им в глаза? Надеюсь, никто не погибнет. А если… Если вдруг… Я даже думать про это не хочу! Но мы с Артуром сделали свой выбор.

Глаза Дамблдора заблестели.

— Спасибо. Спасибо за вашу веру. К сожалению, я не могу гарантировать безопасность всем, кто оказывается рядом со мной. Но… Это война, Молли.

Молли сосредоточенно крутила чайную ложку в руках, а Дамблдор смотрел в окно. Наконец, он поднялся из-за стола и сказал на прощание:

— Значит, завтра утром я приведу сюда Гарри. Благодарю тебя за суп, Молли. Передавай Артуру привет.

Он уже взялся за ручку двери, потом обернулся.

— Береги себя, Молли…