Фандом: Гарри Поттер. Ты как тот хозяин, который жалея свою собаку, отрезал ей хвост по кускам.
Добавить в моё избранное
9 мин, 54 сек 1781
После того как Майк Коннор оказался припечатанным к стенке (вовсе не фигурально выражаясь), больше ко мне с недвусмысленными намеками и утешениями никто не потыкался. Муди тогда ругался сочно и виртуозно. А мне было плевать. Было, есть и будет.
Время. Итак, сегодня дежурство в Косом переулке.
Я расплатилась остатками своих маггловских денег, вышла на улицу, зашла в темную подворотню и аппарировала. Разительная разница с маггловским районом так и бросалась в глаза. На улице не было ни одного мага, а все магазины были закрыты еще до шести вечера. Тихо. Мертво. Прямо как у меня на душе. Чудно.
Палочку не прятать. Пожалуй, пойду в сторону Лютого переулка, там вероятнее всего может встретиться какая-то тварь. Да, Пожирателей я тоже записала в эту категорию.
Сегодня второй день полнолуния. Хреново тебе сейчас, Ремус. И от этого мне еще хуже. Ты не даешь себе помочь — отталкиваешь, шугаешься, бежишь как от прокаженной. Ненавижу тебя, Ремус… Но это ведь не так, черт возьми!… Ты это знаешь, ведь правда? Я даже ненавидеть тебя не могу. Не могу, черт бы тебя побрал!
Я глубоко вздохнула и сглотнула подступающий к горлу ком, глаза начало пощипывать, а предательские губы неслышно прошептали:
— Ремус…
Счастья нет и не будет. Никогда. Не становитесь в очередь, господа, и обломайтесь. Слышали, чертовы мечтатели? Слышали?!
Руки тоже начали предательски дрожать, а колени подкашивались, и чтобы не упасть пришлось опереться рукой о стенку. Рыдания, которые я сдерживала в себе неделями, прорвали барьер «Я — аврор» и вырвались наружу.
Мерлин, Люпин, ты разрушаешь меня…
Дышать стало невыносимо трудно, и я уже просто давилась слезами. Палочка выпала из рук, и я упала на колени, закрывая лицо руками и рыдая навзрыд, задыхаясь и трясясь будто в лихорадке.
Ты разрушаешь меня, Люпин. Разрушаешь…
— Экспекто Патронум!
Дементор. Мерлин, Тонкс, как же ты не поняла этого?
Дышать сразу стало легче, а мысли немного прояснились. Я услышала быстрые приближающиеся ко мне шаги, вытерла слезы рукой и быстро нашла палочку.
Как ты могла не заметить, Тонкс? Аврор грёбанный.
— Эй, ты как?
Майк. Муди совсем шибанулся.
Я истерически хохотнула, все еще глотая слёзы и шмыгая носом. Помахала головой и попыталась успокоить рыдания. Я пыталась дышать спокойно и глубоко. Сил не было совершенно, и прекрасно зная, что будет если я попытаюсь встать, я даже не предпринимала попытки сделать это. Я лишь сидела и размазывала по лицу слёзы, все еще пытаясь задавить рыдания.
— Нормально, — а голосочек-то какой! Да ты никак неделю не просыхала, Тонкс.
Нервный смех снова вырвался наружу, а затем, подняв глаза на Майка, я заметила на его лице сильное беспокойство.
— Шоколад брал? — голос все еще был очень хриплым и низким, а из-за рыданий, которые уже почти отпустили, еще и гнусавым.
Майк похлопал по правому внутреннему карману мантии и вытянул плитку шоколада. Молодец, Майк, купи себе медаль. А Тонкс сегодня непростительно безалаберная.
От шоколада в эти дни уже сводило скулы, поэтому жевался он крайне неохотно.
— Ну, как ты? — обеспокоенно глядя на меня спросил Майк.
Интересно, а как я выгляжу, Коннор? Что, по мне нельзя сказать как я себя чувствую? Разбита. Побита. Раздавлена. Выжата. На пороге обморочного состояния.
— Сносно. — Наверное, он это хотел услышать.
— Как ты умудрилась не заметить дементора, Тонкс? — в голосе Майка смешалось удивление с раздражением и злостью. Какой коктейль.
— Видимо, плохо смотрела, Майк, — злой сарказм был в моём голосе настолько очевиден, что Коннор оторопел.
— Ты ведешь себя, как ребенок, — рассержено ответил Майк.
— Я сейчас еще и заплачу, готовься.
Смешно, учитывая то, что я только-только подавила рыдания.
Я не знаю почему я на него так напала. Он спас мне жизнь, потому что, трезво смотря на вещи, если бы не он, меня бы ожидал поцелуй дементора. Полное опустошение. Никаких эмоций. Бездушное тело.
Никаких эмоций… Нет тоски и боли…
— А может оно того стоит?
Я сама не заметила, как прошептала это. Прошептала и ужаснулась. Я не могла такое сказать. Я…
Меня привела в себя сильная пощечина, после чего я среагировала мгновенно:
— Депульсо!
— Протего!
Нужно отдать Майку должное, его реакция тоже была превосходна. Видимо, не зря Муди был так доволен Коннором.
— Вот теперь я вижу, что ты приходишь в себя, — криво усмехнулся Майк и снова стал серьезным и обеспокоенным. — Доедай шоколад и отправляйся домой, я тебя сегодня заменю.
Я помолчала немного и потерла горящую щеку. Фестрал тебя побери, Коннор, хотя бы силы попридержал. Но вместо этого я ответила:
— Я сама справлюсь, только дай мне немного времени.
Время. Итак, сегодня дежурство в Косом переулке.
Я расплатилась остатками своих маггловских денег, вышла на улицу, зашла в темную подворотню и аппарировала. Разительная разница с маггловским районом так и бросалась в глаза. На улице не было ни одного мага, а все магазины были закрыты еще до шести вечера. Тихо. Мертво. Прямо как у меня на душе. Чудно.
Палочку не прятать. Пожалуй, пойду в сторону Лютого переулка, там вероятнее всего может встретиться какая-то тварь. Да, Пожирателей я тоже записала в эту категорию.
Сегодня второй день полнолуния. Хреново тебе сейчас, Ремус. И от этого мне еще хуже. Ты не даешь себе помочь — отталкиваешь, шугаешься, бежишь как от прокаженной. Ненавижу тебя, Ремус… Но это ведь не так, черт возьми!… Ты это знаешь, ведь правда? Я даже ненавидеть тебя не могу. Не могу, черт бы тебя побрал!
Я глубоко вздохнула и сглотнула подступающий к горлу ком, глаза начало пощипывать, а предательские губы неслышно прошептали:
— Ремус…
Счастья нет и не будет. Никогда. Не становитесь в очередь, господа, и обломайтесь. Слышали, чертовы мечтатели? Слышали?!
Руки тоже начали предательски дрожать, а колени подкашивались, и чтобы не упасть пришлось опереться рукой о стенку. Рыдания, которые я сдерживала в себе неделями, прорвали барьер «Я — аврор» и вырвались наружу.
Мерлин, Люпин, ты разрушаешь меня…
Дышать стало невыносимо трудно, и я уже просто давилась слезами. Палочка выпала из рук, и я упала на колени, закрывая лицо руками и рыдая навзрыд, задыхаясь и трясясь будто в лихорадке.
Ты разрушаешь меня, Люпин. Разрушаешь…
— Экспекто Патронум!
Дементор. Мерлин, Тонкс, как же ты не поняла этого?
Дышать сразу стало легче, а мысли немного прояснились. Я услышала быстрые приближающиеся ко мне шаги, вытерла слезы рукой и быстро нашла палочку.
Как ты могла не заметить, Тонкс? Аврор грёбанный.
— Эй, ты как?
Майк. Муди совсем шибанулся.
Я истерически хохотнула, все еще глотая слёзы и шмыгая носом. Помахала головой и попыталась успокоить рыдания. Я пыталась дышать спокойно и глубоко. Сил не было совершенно, и прекрасно зная, что будет если я попытаюсь встать, я даже не предпринимала попытки сделать это. Я лишь сидела и размазывала по лицу слёзы, все еще пытаясь задавить рыдания.
— Нормально, — а голосочек-то какой! Да ты никак неделю не просыхала, Тонкс.
Нервный смех снова вырвался наружу, а затем, подняв глаза на Майка, я заметила на его лице сильное беспокойство.
— Шоколад брал? — голос все еще был очень хриплым и низким, а из-за рыданий, которые уже почти отпустили, еще и гнусавым.
Майк похлопал по правому внутреннему карману мантии и вытянул плитку шоколада. Молодец, Майк, купи себе медаль. А Тонкс сегодня непростительно безалаберная.
От шоколада в эти дни уже сводило скулы, поэтому жевался он крайне неохотно.
— Ну, как ты? — обеспокоенно глядя на меня спросил Майк.
Интересно, а как я выгляжу, Коннор? Что, по мне нельзя сказать как я себя чувствую? Разбита. Побита. Раздавлена. Выжата. На пороге обморочного состояния.
— Сносно. — Наверное, он это хотел услышать.
— Как ты умудрилась не заметить дементора, Тонкс? — в голосе Майка смешалось удивление с раздражением и злостью. Какой коктейль.
— Видимо, плохо смотрела, Майк, — злой сарказм был в моём голосе настолько очевиден, что Коннор оторопел.
— Ты ведешь себя, как ребенок, — рассержено ответил Майк.
— Я сейчас еще и заплачу, готовься.
Смешно, учитывая то, что я только-только подавила рыдания.
Я не знаю почему я на него так напала. Он спас мне жизнь, потому что, трезво смотря на вещи, если бы не он, меня бы ожидал поцелуй дементора. Полное опустошение. Никаких эмоций. Бездушное тело.
Никаких эмоций… Нет тоски и боли…
— А может оно того стоит?
Я сама не заметила, как прошептала это. Прошептала и ужаснулась. Я не могла такое сказать. Я…
Меня привела в себя сильная пощечина, после чего я среагировала мгновенно:
— Депульсо!
— Протего!
Нужно отдать Майку должное, его реакция тоже была превосходна. Видимо, не зря Муди был так доволен Коннором.
— Вот теперь я вижу, что ты приходишь в себя, — криво усмехнулся Майк и снова стал серьезным и обеспокоенным. — Доедай шоколад и отправляйся домой, я тебя сегодня заменю.
Я помолчала немного и потерла горящую щеку. Фестрал тебя побери, Коннор, хотя бы силы попридержал. Но вместо этого я ответила:
— Я сама справлюсь, только дай мне немного времени.
Страница 2 из 3
