Брат-2

Пострадал только мой кабинет.

В это мгновение вновь звонит твой сотовый. Ты тут же берешь трубку.

— Да, отец. Хорошо, подъезжаем. Да, он со мной. Едем.

Ты вновь заводишь двигатель, и пару минут спустя мы останавливаемся у арки во двор нужного нам дома. Окинув взглядом укрытые ночной тьмой окрестности, ты словно самому себе констатируешь:

— Почти все здесь.

Вдоль дороги стоят несколько едва различимых в темноте черных внедорожников. Я слегка усмехаюсь:

— А поменьше понтов никак нельзя?

Ты ласково улыбаешься в ответ.

— Истинный сын своего отца, — произносишь тихо и киваешь в зеркало заднего вида. — Так нормально?

Я оборачиваюсь. К дому медленно подъезжает старенький травянисто-зеленый «Москвич». Перевожу на тебя взгляд.

— Ты что, серьезно?

— Сиди здесь, — отвечаешь ты и, выйдя из машины, отправляешься к этой абракадабре.

Я ошарашено наблюдаю, как из каждого внедорожника выскальзывает темная фигура и так же направляется к зеленой машинке. Несколько минут спустя все расходятся обратно. Ты задерживаешься немного дольше остальных, но через пару минут тоже садишься в машину.

— Нужно подождать немного, — тихо произносишь ты.

Я бросаю взгляд на часы.

— Лео, они убьют его! Чего ждать?

— Паренька, похожего на тебя.

Внутри меня медленно закипает ярость.

— Паренька? Ты собираешься ждать, рискуя жизнью Руди, для того, чтобы потом бросить в лапы этой мрази еще одного ни в чем не повинного парня? Почему нельзя просто пойти туда и забрать у него своего человека? Зачем весь этот маскарад?

— Симба, не умничай, черт возьми! — вдруг взрываешься ты. — Если мы сейчас войдем туда, Руди умрет в то же мгновение, потому что он единственный свидетель. Дело будет выглядеть так, словно это он сам решил замочить хозяина. Даже причину никто не станет спрашивать, потому что мотивы пса никого не интересуют. Эта тварь останется чистой. Его вина просто не будет доказана. Чтобы его взять, нужно, чтоб он раскрыл карты. Ты нужен ему живым. Значит, надо дать ему тебя.

— У тебя есть запасной аккумулятор? — спокойно перебиваю я, решив все пару секунд назад.

Ты на мгновение замираешь, потом молча достаешь из бардачка заряженную батарейку. Я меняю на нее свою умершую и, взглянув на тебя, тихо произношу:

— Наберу тебя у двери. Постарайся успеть вовремя…

Ты хватаешь меня за плечо.

— Даже не думай…

— Если ты сейчас не отпустишь меня, я уйду немного позже. Но уже насовсем. И ты никогда меня не найдешь, — ты разжимаешь пальцы, видимо поняв, что я не шучу. — Жизнь Рудольфа никого из приехавших не волнует, правда ведь, Лео? Эти люди здесь, чтобы засвидетельствовать правильность раздела территорий. И Руди больше не на кого рассчитывать, кроме нас с тобой. Я не позволю ему погибнуть.

Ты вдруг ловишь меня за подбородок.

— Я боюсь потерять тебя…

Я обнимаю тебя, и наши губы сливаются в поцелуе. Как же спокойно в твоих объятьях. Как я хочу, чтобы этот поцелуй продолжался вечно…

Рудольф! Вспышка в мозгу и словно взрывная волна по телу. Вздрогнув, отстраняюсь от тебя.

— Я люблю тебя, Лео.

Сунув телефон в карман, выхожу из машины и быстрым шагом направляюсь через арку во двор дома. На душе какое-то странное, полное спокойствие… Наверное, это знак, что я все делаю правильно.

Войдя в подъезд, окидываю взглядом планировку лестничной площадки. Четвертый этаж… Поднимаюсь. Вот нужная квартира… Оцениваю дверь… Не металлическая. Уже хорошо. Нажимаю на единичку, вызывая тебя и, подождав несколько секунд, давлю на кнопку звонка.

Мне открывают почти сразу. Мордоворот в борцовке, джинсах и домашних тапочках на босу ногу несколько секунд тупо рассматривает меня.

— Че надо? — наконец выдыхает он смесью чеснока, перегара и гнилых зубов.

— Каина, — поморщившись, отвечаю я. — Скажи, Симба пришел. Он ждет меня.

Дверь распахивается полностью, пропуская меня внутрь. Окидываю взглядом помещение. Вполне сносная квартирка, чисто и уютно. Он ведет меня по коридору и открывает прикрытую дверь.

Небольшая комната, приглушенный свет, классическая музыка. Моцарт, реквием. Вишневый аромат густого сигаретного дыма. Со светлого коридора не сразу привыкаю к полумраку. Прямо передо мной — шагах в пяти — спиной ко входу стоит высокий мужчина средних лет, в строгом дорогом костюме. На тихий скрип двери он оборачивается. Ему лет сорок. Легкая седина. Правильные черты лица. И что-то до дрожи в пальцах пугающее. Глаза. Черные и какие-то пустые. Словно мертвые. Они смотрят на меня и, мне кажется, проникают куда-то внутрь. В душу. Видят меня насквозь.

Невольно отвожу взгляд, направляя его вглубь комнаты немного левее безжизненных глаз. Сердце пропускает удар…