Соловьиный остров

На столике у кровати горбом лежала толстая старинная книга, раскрытая на середине и перевернутая переплетом кверху. Гарри взял книгу в руки: готический шрифт, неудобочитаемая средневековая латынь, из которой Гарри понимал лишь каждое третье слово.

— Я пойду? — сотрудник переминался в дверях.

— Да, спасибо, что проводили, — рассеянно отозвался Гарри.

«… произошло достопамятное событие. Источник Слез»… — Гарри повернулся лицом к окну, пытаясь разобрать замысловатую вязь старинных литер, — … забил вновь, и чудесный цветок… поистине неоценимые свойства«…»

— Что еще за цветок? — пробормотал Гарри.

— Klavis Regis — если тебе это о чем-то говорит, — ответил ему знакомый голос.

Гарри вскинул голову. Драко разглядывал его яркими, насмешливыми глазами, прислонясь плечом к косяку.

— И я подозреваю, что именно ради этого цветка Лонгботтом мотался на остров каждую ночь, — продолжал Драко. — Для чего он понадобился Лонгботтому, не представляю. Этот парень даже чаю не может правильно заварить.

— Ты когда-нибудь слышал о научных исследованиях?

— Да. Я слышал. Я ведь ими и занимаюсь, Поттер. А вот тебе-то что об этом известно?

— Я не хочу с тобой препираться, — ответил Гарри сквозь зубы.

Драко отлепился от косяка и подошел ближе.

— Верно, у тебя найдутся другие занятия, — он слегка улыбнулся. — Чоу… Димсдейл, так?

Гарри вспомнил наблюдателя на холме, и ощутил беспокойство.

— А ты здесь зачем? — спросил он.

— Klavis Regis интересует не только гербологов. Я получил разрешение на сбор этого растения — завтра оно войдет в полную силу. И свойства его… — Драко подошел к Гарри вплотную и заглянул в книгу, — поистине неоценимы. Зельевары всего мира будут валяться у меня в ногах, выпрашивая хоть гран приготовленного из него порошка.

— Ты любишь, когда у тебя валяются в ногах.

— Это у нас семейное.

— Кстати, о семье, — Гарри запнулся, но отважно продолжил, — давно ли ты видел Люциуса?

— Эту ночь я провел в поместье, — Драко пристально поглядел на Гарри. Тот скучающе перелистывал страницы. — Вернулся утром. Я сообщил отцу, что ты здесь.

— А что еще ты ему сообщил? — с деланным равнодушием спросил Гарри.

— Что ты решил совершить прогулку в прошлое. И прихватить с собой подружку. — Судя по откровенному злорадству Драко, сообщение возымело желаемый эффект.

— Ты… мелкий пакостник.

Драко отвесил издевательский поклон.

— И что же он сказал на это сногсшибательное известие?

— Совет да любовь.

Гарри аккуратно положил книгу на столик, руки тряслись. Улыбка Драко стала шире, и Гарри нестерпимо захотелось забрать его белые, как у отца, волосы в горсть и бить его физиономией о стену, пока эта ухмылка не утонет в крови.

— Чоу замужем, — тихо напомнил он.

Глаза Драко вспыхнули, и Гарри понял — этой реплики он с нетерпением ждал, и ответ на нее давно заготовлен. Гарри даже знал, каким будет этот ответ.

— Разве тебя когда-нибудь останавливали слова: «Состоит в браке»?

— Тебе не в чем меня упрекнуть, — сказал Гарри, сдерживаясь из последних сил. — Разве я когда-нибудь пытался…

Он понял, что лжет, и замолчал.

— После смерти мамы полугода не прошло, как отец спутался с тобой, — улыбка Драко превратилась в гримасу ненависти. Если бы он посмел, то бросил бы не оскорбление, а «Аваду».

— У нас своя жизнь, у тебя — своя. Оставь нас в покое.

Какая-то сила удерживала их на месте, они не могли ударить друг друга и не могли повернуться и разойтись.

— Ты… — Драко запнулся, не в силах выразить клокотавших в нем чувств. — Я надеюсь, он поступит с тобой так же, как с мамой — вот и все.

Гарри на миг закрыл глаза. Все в его душе опустело с этими словами, осталась лишь боль — и желание причинить ответную боль.

— Она мертва, — сказал он и с жестокой радостью наблюдал, как отхлынула краска с лица Драко.

Назревающую безобразную потасовку предотвратило появление Медеи Трего.

— Ваши спутники ждут вас, — сообщила она Гарри, оглядела опрокинутые лица молодых людей и подняла бровь.

Драко развернулся и покинул комнату.

— Можно мне ненадолго взять книгу? — спросил Гарри.

— Возьмите. Но до наших дней дошло всего пять экземпляров этого трактата, поэтому не выдирайте из него листов и не роняйте его в воду.

Гарри прижал книгу к груди, давая понять, что обращение с инкунабулой будет подобающим.

— Что это за книга? — спросила Тонкс, едва они вышли за пределы центра.

Они не стали подниматься на скалы, а пошли понизу, в обход. Холодный воздух лился Гарри за ворот. Неплохо бы аппарировать прямо в Инверэри, подумал он, вместо того, чтобы сбивать ноги о каменистую дорогу.